Вампирус Новус. Трансильвания - Пелевина Оксана - Страница 8

«Что же там происходит?»

И вдруг за окном выросла чья-то фигура. А на пыльном стекле холодным отпечатком проявилась ладонь с длинными тонкими пальцами.

– Ах! – Каталина немедленно отпрянула назад, едва не врезавшись спиной в Талию. Но не обернулась, не в силах отвести испуганного взгляда от нечто, что безмолвно наблюдало за ними с обратной стороны. Дыхание почти остановилось. Девушки боялись, что любой шорох, любое движение выдаст их. Измученная страхом фантазия рисовала картины тревожного будущего. А тень все неподвижно стояла за окном. Не выдержав этой пытки, Каталина продолжила отступать, потянув за собой дрожащую сестру. Упершись спинами в стену, сестры обнялись и опустились на пол. Талия зажмурилась и безмолвно зашептала известную ей молитву. Каталина опустила взгляд в пол, стараясь сосредоточиться на неровных гнилых досках под ногами. Девушки уже не видели, как по ту сторону окна в непроглядной темноте мелькнули глаза, горящие холодным мертвым светом.

Громкий крик петуха ознаменовал наступление утра. Смотря в одну точку на стене, Каталина медленно хлопала уставшими глазами. Рядом с ней, положив голову ей на плечо, дремала Талия. Минувшая ночь измотала их сильнее, чем любой из самых активных дней. Вдруг кто-то громко постучал в дверь.

– Ах! – вздрогнув, Талия открыла глаза.

– Папа, ну наконец-то, – недовольно проворчала Каталина. И, поднявшись на ноги, добрела до двери. Ей едва хватило сил справиться с тяжелым засовом. Потянув на себя ручку, она широко распахнула дверь и тотчас отпрыгнула назад, прикрывая руками ночное платье. На пороге вместо отца стоял деревенский староста. Его потрепанный внешний вид и лицо, выражавшее вину и неуверенность, заставили девушку разволноваться.

– Где мой отец? Он уходил с вами.

– Госпожа, не знаю, как и сказать… – староста опустил глаза, неестественно сгорбившись. – Понимаете, дороги у нас опасные, неровные… Ночи темные. Господин Петер так спешил, хотел не допустить греха.

– Говорите прямо, я не понимаю вас! Где отец? – Каталина начинала злиться. Из-за ее плеча осторожно выглядывала Талия.

– Катиш, что происходит?

– Господин не справился с лошадью. Припустил слишком скоро по незнакомой тропе… Конь угодил в яму, подвернул ногу, и господин Петер упал, свернув себе шею. Простите меня за дурные вести, – продолжая топтаться на пороге, Драгош не знал, куда деть взгляд. Каталина расслышала каждое его слово, но никак не могла понять, почему этот мужчина рассказывает ей небылицы. Она была уверена: с минуты на минуту вернется отец и заставит этого проходимца извиниться за свои ужасные речи. Время шло, но Петер не появлялся. А за спиной, теряя равновесие и будто задыхаясь, всхлипывала сестра.

– Папа… Катиш, – тихо бормотала Талия. – Он ведь не… он… он…

Паника, душная и мучительная, постепенно начинала захватывать женский разум. Колени затряслись, больно защемило сердце.

– Где мой отец? Вы можете позвать его? – хрипло выкрикнула Каталина.

– Госпожа, я же говорю… Мне бы знать, куда девать тело. Лето ведь, попортится быстро.

– Какое тело? Чье тело? Где мой отец? ГДЕ МОЙ ПАПА?! – до последнего борясь с осознанием непоправимого горя, Каталина вдруг закричала, что было сил.

– Я не верю вам! Не верю! Аааааа!

В одночасье голову острой стрелой пробила жуткая реальность. Девушка поняла, ее не обманывают. Петер Эстерхази действительно погиб этой ночью, сделав своих дочерей круглыми сиротами.

Следующие несколько суток прошли словно в тумане. И даже если бы девушки напрягли память, не сумели бы точно восстановить события тех дней.

Услышав о гибели отца, Талия рухнула в обморок. Несколько раз она приходила в себя, а после вновь лишалась сознания. Каталина же помнила лишь отдельные моменты – вспышки, что порой вырывали ее из болезненного забвения, наполненного слезами и громкими стенаниями. Кажется, она мельком увидела тело отца, лежащее в чьем-то холодном подвале. Помнила, как кто-то вызвался доставить в Дебрецен весть о гибели Петера. Затем из города прибыли две машины. Кажется, в одной из них приехал сам губернатор. Он усадил девушек в автомобиль, обещая самому позаботиться о доставке Петера в Дебрецен. А потом сестры очутились дома…

Сидя на краю кровати, Каталина безучастно смотрела на лежащее подле нее платье.

«Черное… Почему оно черное…»

Рядом, не зная, как подступиться к хозяйке, виновато стояла Тереза.

– Госпожа, вам пора одеваться. Похороны уже через час.

– Похороны… – тихо, без каких-либо эмоций повторила Каталина.

Долгие годы это неприятное слово, ставшее синонимом обреченности, было для девушки синонимом прощания с детством. Она повзрослела тогда, когда последняя горсть земли упала на могилу матери. А теперь должна была вновь пройти через это испытание, но в этот раз она была лишена родительской поддержки. Сегодня Каталина сама должна была стать опорой для младшей сестры. Когда погибла мать, Талия была еще совсем мала, чтобы понять всю глубину поразившей их трагедии. Теперь же ей предстояло столкнуться с суровой реальностью. И пережить эту встречу могла помочь ей лишь старшая сестра.

Поднявшись на ноги, Каталина, наконец, потянулась к темной ткани и спустя некоторое время облачилась в траурное платье. Справиться с прической самостоятельно Каталина не могла, и Терезе пришлось взять все в свои руки. Рассматривая свое отражение в зеркале, Каталина удивилась тому, насколько изменилось ее лицо. Щеки будто впали, а заплаканные глаза обрамляли заметные синяки. Но сегодня все это ни капли не волновало девушку.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.