Мой жестокий Дракон. Искушение пламени (СИ) - Миллс Виктория - Страница 1

— Ты боишься меня, Лира? — хриплый шепот дракона прозвучал у самого уха.

Я стояла неподвижно, прижатая его мощным телом к каменному выступу, и боялась даже пошевелиться.

— Ты не сделаешь этого… — сдавленно произнесла я, пряча страх.

На лице дракона отразилась хищная ухмылка.

— Ты в этом уверена?

Тело била мелкая дрожь. Сердце бешено колотилось в груди, а холодный камень за спиной резко контрастировал с жаром его тела.

Я испуганно смотрела в алые глаза дракона, в которых отражался огонь.

— Пока на твоей шее магические оковы, а на моем пальце сдерживающее кольцо — ты не посмеешь, — мой голос дрогнул.

— Наивная глупышка… — обманчиво ласково произнес он в сантиметре от моих губ.

Я затаила дыхание.

— Тогда попробуй меня остановить.

Что?

Рэйгар внезапно склонился к моей шее, и его горячие губы коснулись кожи, оставив за собой влажный след.

Возбуждение, словно огонь, пронеслось по венам.

Я боялась его. Опасалась каждого его взгляда и каждого движения, прекрасно зная, как сильно он ненавидит меня и жаждет отомстить…

Но, несмотря на это, не могла сопротивляться, когда он находился так близко. Желание вспыхивало, как пламя, сердце неистово колотилось, а кровь закипала в жилах.

Наверняка, это была какая-то драконья магия или колдовство, которое делало меня в его руках покорной.

Драконы — невероятно жестокий, опасный и своенравный народ. Их сила внушала ужас, магия поражала воображение, а традиции и устои казались дикостью.

Долгие десятилетия люди сражались с ними за право существования, пока однажды каким-то немыслимым образом не одержали верх. Они уничтожили большинство драконов, а оставшихся поработили. Все потому, что их кровь — ценный ресурс с магическими и лечебными свойствами, а один дракон по силе равен сотне воинов.

И вот сейчас один из них угрожающе нависал надо мной — играя, словно со своей добычей.

— Рэйгар… — его имя сорвалось с моих губ, и в ответ раздался приглушенный рык.

Одна его рука сжимала мои запястья над головой, когти осторожно впивались в кожу, а другая скользила по бедру, приближаясь к опасной грани.

— Остановись.

— Давай, скажи, что тебе это не нравится… — возбужденно прорычал он. — Скажи, что не хочешь меня, Лира.

Я до боли закусила губу.

В его алых глазах мелькнуло торжество. Будто именно этого момента он ждал. Будто мечтал увидеть меня сломленной, покорной, стоящей перед ним на коленях.

Но я ничего не ответила. Не могла солгать.

Это было постыдно. Порочно. Совершенно неправильно.

Передо мной стоял не мужчина, а дракон. Жестокий враг человечества. Тот, кто ненавидел меня и жаждал отомстить…

И кого я боялась больше всего на свете.

Но почему тогда сердце готово было вырваться из груди от одного его прикосновения? Почему рядом с ним я забывала обо всем? Почему хотелось остаться, даже зная, что должна бежать?

Ведь он тот, кому суждено принести погибель всему человечеству.

И уничтожить этот мир.

Несколькими днями ранее…

— Ты жалкая, безродная девка! — звонкая пощечина обожгла мое лицо, и я рухнула на пол посреди гостиной.

Голова закружилась. Слезы хлынули из глаз, но я оставалась неподвижной у ног сводного брата, чувствуя, как сердце рвется из груди.

Гарет с силой вцепился в мои волосы, заставляя поднять голову и заглянуть ему в глаза.

— Тебе повезло, что лорд Вивер согласился взять в жены такое убожество, как ты, и заплатить за тебя огромную сумму денег… — прошипел он с отвращением. — А ты смеешь нос воротить, неблагодарная дрянь!

— Я не выйду за него замуж, — отчаянно произнесла я.

Внезапно новая пощечина оглушила меня, и я снова рухнула на пол.

В глазах заплясали искры. Половина лица онемела от боли, а во рту появился солоноватый привкус крови. Кажется, он разбил мне губу…

Но это было не самым страшным, что он мог со мной сделать. Я это понимала и потому оставалась на полу, тихо рыдая от беспомощности. Я боялась, что любое мое движение снова вызовет гнев Гарета.

А ведь сегодня был мой день рождения…

Еще не прошло и дня, как мне исполнился двадцать один год — я только стала совершеннолетней, а сводный брат уже продал меня старому извращенцу, который похоронил уже восьмую жену и теперь захотел купить меня.

— Поднимайся, — вдруг рявкнул он. Но не успела я сесть, как он швырнул мне в лицо белое свадебное платье. — Надевай!

Я подняла на Гарета растерянный взгляд.

— Но з-зачем? — прошептала я побледневшими губами. В его глазах вспыхнул странный блеск, и мне стало еще страшнее. — Свадьба ведь только завтра.

— Я сказал: надевай, — угрожающе повторил он. Затем отошел и сел в кресло напротив, закинув ногу на ногу.

Он что, собирается смотреть?

Я сидела неподвижно, сжимая в руках ненавистное платье, и смотрела в глаза чудовищу, а точнее — своему сводному брату. Тому, кого ненавидела всей душой, кого презирала, чье присутствие вызывало у меня омерзение и желание убежать прочь…

Но я не могла.

Гарет вдруг потянулся к камину и достал оттуда раскаленную кочергу. Задумчиво покрутил ее в руке, и мое сердце рухнуло в пятки.

— Не вынуждай меня заставлять тебя, Лира… — угрожающе произнес он.

Подонок!

Сквозь пелену слез я смотрела в глаза тому, кто на самом деле никогда не был мне братом.

Когда я была совсем маленькой, лорд Алман возвращался с последней битвы против драконов и нашел меня у дороги: грязную, голодную, слабую. Он забрал меня к себе, потому что я напомнила ему его умершую дочь Риэль, у которой были такие же волнистые рыжие волосы, как и у меня.

Однако с возрастом мои пряди начали менять цвет. Они становились все более яркими и насыщенными, пока не приобрели красный оттенок. Черты моего лица заострились — и я сразу же перестала для него существовать, став лишь тенью.

А что касается Гарета…

Он ненавидел меня за сходство с Риэль. Их мать забрала ее с собой на тот свет, заразив болезнью. И, видимо, с тех пор они с отцом так и не оправились от утраты.

С самого детства Гарет издевался надо мной. Он бил меня, отрабатывал на мне приемы, швырял в меня кинжалы — и никому до этого не было дела. Он был наследником знатного рода, законным сыном лорда Алмана, а я…

Я хоть и носила их фамилию, но была никем.

Все стало намного хуже месяц назад, когда умер лорд Алман, и Гарет словно сорвался с цепи. Он устраивал дома оргии, спускал все деньги семьи на азартные игры, а его наказания по отношению ко мне становились все жестче и извращеннее.

Он привязывал меня в конюшне, истязал кнутом и запирал в загоне на недели, потому что напрочь забывал о моем существовании. К счастью, в такие дни слуги кормили меня тайком, спасая от голодной смерти.

Всего полмесяца понадобилось ему на то, чтобы спустить все состояние отца. И теперь он заставлял расплачиваться за это меня, принуждая выйти замуж за старика, который был готов вновь пополнить его карманы.

— Я жду, — он взмахнул кочергой, угрожая. — Надевай наряд, Лира.

Он смотрел на меня с откровенным интересом, а моя душа леденела от страха, пробуждая тошнотворное чувство беспомощности.

Дрожащими пальцами я начала расстегивать крохотные пуговки на вороте платья, ощущая на себе его липкий взгляд.

— Умница… — удовлетворенно произнес Гарет, вскинув подбородок.

Я неуверенно сбросила с себя платье, оставшись в одной сорочке. Его взгляд потемнел, став почти черным, а губы исказились в удовлетворенной ухмылке.

По телу пробежала леденящая дрожь.

Я быстро надела свадебное платье, простое и полностью закрытое.

Длинные рукава доходили до запястий, высокий ворот обрамлял шею кружевом, а прямая юбка касалась пят. Видимо, его специально сшили для меня — чтобы скрыть шрамы, которых должно было остаться куда больше.