После развода. Я всё ещё люблю (СИ) - Яхонтова Ася - Страница 25

отдал ему ключи от калитки.

— Ты говорил ему о моем приезде? — ощущение, что мое сердце сейчас разорвется на части.

— Нет. Настя сказала не вмешиваться, — зять смотрит на меня с сочувствием.

— Спасибо, — тихо говорю и смотрю прямо перед собой.

Прошу остановить у дома Давида. Обещаю, что сама чуть позже приду домой.

Денис уезжает. А я стою около забора, где растет куст с белыми розами. Сердце щемит.

Медленно иду к калитке, каждый шаг даётся с трудом. В окнах горит свет – значит, он дома.

Вытираю вспотевшие ладони о джинсы, делаю глубокий вдох. Господи, как же страшно! Никогда в

жизни не было так страшно. А вдруг он даже не откроет? Вдруг захлопнет дверь перед носом?

Но отступать некуда. Я проделала этот путь не для того, чтобы развернуться у самого порога.

Собираю всю свою решимость и тянусь к звонку. Секунда – и мелодичная трель разрезает

вечернюю тишину. Слышу шаги за дверью, и кажется, что время остановилось...

Дверь открывается. Черные как омуты глаза впиваются в меня. В них смесь удивления и боли...

С ужасом понимаю, что я причинила боль своему любимому мужчине.

Несколько секунд мы стоим на пороге и просто смотрим друг на друга. Мне хочется протянуть

руку и дотронуться пальцами до его смуглой кожи, легкой щетине и этим губам, которые дарили

мне настоящее наслаждение.

— Давид... — мой голос срывается, превращаясь в шепот. Все заготовленные слова испаряются.

Остается только оглушительное биение сердца и желание прижаться к нему, спрятать лицо на его

груди, вдохнуть родной запах.

Он все еще молчит, только желваки ходят на скулах. Я вижу, как напряжены его плечи. В этой

звенящей тишине я слышу его прерывистое дыхание. Или это мое?

— Между мной и Князевым ничего не было! — слова вырываются сами собой, и я делаю шаг

вперед. — Ты же знаешь, что мой бывший — полный идиот. Он пробрался в мой дом и разделся до

трусов, — с каждым словом понимаю, насколько это все неправдоподобно звучит. Если Давид мне

поверит, то он просто святой человек. — Я бы никогда не вернулась к Князеву! Неужели ты мне

не веришь? — тараторю так быстро, что едва сама различаю собственные слова из-за шума в ушах

от излишнего волнения.

— Лер... — прерывает мой словесный поток Давид. Несколько секунд смотрит на меня

внимательно. — Я люблю тебя, Лер, — берет в охапку и вносит в дом.

Глава 26. Валерия

Глава 26. Валерия

Просыпаюсь на рассвете. Выхожу на террасу и вдыхаю свежий морской воздух.

Тело приятно ноет от страстного секса, в голове — ни единой мысли, а на губах — счастливая

улыбка.

Вчера мне удалось отправить дочери сообщение о том, что останусь у Давида. В ответ Настя

прислала улыбающийся смайл.

Запахиваю плотнее рубашку Давида, которую натянула на себя. Прижимаю рукав к носу. Как

можно любить запах? Оказывается, можно... Если любишь мужчину.

Его рубашка такая большая, что доходит мне почти до колен. Рукава пришлось закатать, но все

равно они то и дело сползают. И мне это нравится – тонуть в его вещах, окутывать себя его

присутствием. Как будто метка: я его, а он мой.

Слышу шаги позади себя. Чувствую, как теплые руки обнимают меня сзади, и улыбка становится

еще шире. Давид целует меня в шею, и я таю от нежности.

— Доброе утро, любимая, — шепчет он, и эти простые слова наполняют сердце невероятным

счастьем. Поворачиваюсь к Давиду, заглядываю в эти бездонные черные глаза, в которых теперь

нет ни тени боли – только любовь и обещание вечности.

Целую его плечо. Рисую невидимую дорожку.

Давид хрипло смеется, видя, как я зарываюсь носом в его шею.

— Ты как котенок, — говорит он с нежностью.

Внутри так тепло и хорошо. Я и правда чувствую себя маленьким домашним котенком –

избалованным, любимым, окруженным заботой.

Губы скользят по смуглой коже, запоминая каждый изгиб, каждую маленькую родинку. Давид

замирает, его дыхание становится глубже. Чувствую, как напрягаются мышцы под моими губами,

как учащается его пульс.

Поднимаю глаза – его взгляд затуманен желанием. Эта молчаливая игра сводит с ума нас обоих.

Мои пальцы скользят по его груди.

— Ты сводишь меня с ума, — хрипло шепчет он, зарываясь пальцами в мои волосы. От его

прикосновений по телу бегут мурашки, внутри разгорается пожар. Его рубашка на мне уже

кажется лишней.

Давид легко подсаживает меня под бедра. Мои ноги обхватывают его тело. Прижимаюсь к нему

всем телом, чувствуя, как бешено колотится его сердце. Его руки скользят по моей спине,

оставляя огненные следы на коже. Рубашка соскальзывает с плеча, обнажая кожу для его жадных

поцелуев.

— Я так скучал по тебе, — шепчет он между поцелуями, и от его голоса, низкого, с хрипотцой,

по телу пробегает дрожь. Зарываюсь пальцами в его волосы, притягиваю ближе, еще ближе.

Кажется, что даже воздух между нами лишний.

Нежность, смешанная со страстью, накрывает с головой. Мы оба как изголодавшиеся по сексу.

Буквально накидываемся друг на друга. Нам точно не до разговоров.

— Я люблю тебя, — выдыхаю ему в губы, и чувствую, как он улыбается в ответ. В этот момент я

абсолютно уверена — вот оно, мое счастье. Здесь, в его объятиях, в этом городе у моря, в

новой жизни, которую мы начинаем вместе.

Давид несет меня обратно в постель. Наши ласки доводят до умопомрачения. Я ни о чем не могу

думать. И лишь одна шальная мысль прорывается в сознание — какая же я дура, что чуть не

отказалась от всего этого...

Поцелуи Давида горячие, прикосновения обжигающие. Все чувства обострены до предела – каждое

касание отзывается электрическим разрядом по телу. Мне нравится ощущать его в себе — весь

мир расплывается, превращаясь в одну лишь точку.

Его руки скользят по моему телу, изучая каждый изгиб, словно запоминая заново. А я отдаюсь

этой ласке. Я полностью отдаюсь Давиду, зная, что он искусно доводит мое тело до оргазма,

заставляет тело изгибаться от удовольствия.

После безумного утреннего секса мы нежимся на постели. У меня нет ни желания, ни сил

прикрыть свое обнаженное тело.

Это раньше я могла стесняться целлюлита на бедрах, лишнего объема на попе... Но сейчас,

когда вижу взгляд Давида, полный желания и удовлетворения, чувствую себя самой красивой

женщиной на свете.

Женщина расцветает рядом с мужчиной. Он как садовник, который знает, сколько тепла, заботы

и нежности нужно подарить, чтобы распустился самый прекрасный цветок. И я чувствую, как

расцветаю рядом с Давидом – от его любви, от его прикосновений, от его взглядов.

Он раскрывает во мне что-то новое. Рядом с ним я становлюсь другой – более женственной,

более чувственной, более живой. Его любовь словно напитывает меня силой, как солнце питает

своими лучами нежный бутон.

В его объятиях я чувствую себя желанной, любимой, единственной. Каждое его прикосновение –

это признание в любви, каждый взгляд – обещание вечности. Он умеет любить так, что каждая

клеточка тела поет от счастья.

И теперь я понимаю – вот она, настоящая любовь. Когда рядом с мужчиной женщина становится

лучшей версией себя. Когда его любовь делает тебя сильнее, а не слабее. Когда в его глазах

ты видишь отражение собственной красоты и женственности. Давид – мой садовник, превративший

меня из робкого бутона в прекрасный цветок любви.

— А если бы я не прилетела в Турцию... — решаю озвучить волнующий меня вопрос. Страшно даже

представить, что мы оба могли не узнать о любви друг к другу.

— То я бы снова полетел в Россию, — Давид ложится на бок, подпирает голову рукой и смотрит

с обожанием на мое тело. — Я — дурак, Лера. Поверил твоему бывшему. Всю дорогу до Турции