Красный священник (ЛП) - Юань Е - Страница 10

«Эх, приятная наружность, благородная стать, да еще и костюм, кричащий о статусе… Даже разменяв пятый десяток, с таким арсеналом можно без труда купаться в лучах женского внимания…» — впервые в жизни вкусив прелести подобного обращения, Клейн не удержался от мысленного, полного горькой иронии вздоха.

Этот крошечный эпизод заставил его еще острее осознать всю ту поистине критическую важность главного правила «Безликого»: «ты всегда должен оставаться лишь самим собой».

Стоит лишь дать слабину, забыть об этом постулате и с головой окунуться в те пьянящие выгоды, что дарит чужая личина, как ты неминуемо начнешь цепляться за этот образ. А там и до полного отторжения собственного прошлого «я» недалеко — прямой путь к окончательной, безвозвратной потере себя!

Вскоре Белин подошла к нему с изящной чашкой белого фарфора с золотой каемкой. Бережно опустив ее перед Дуэйном Дантесом, она с мягкой полуулыбкой произнесла:

— Ему нужно немного остыть.

Клейн опустил взгляд на фарфор и полушутя отозвался:

— Идеально. Как раз хватит времени, чтобы настроиться на нужный лад и воздать этому чаю должные почести.

Скрытый в этих словах изящный комплимент и искренняя признательность заставили сердце Белин забиться от радости еще сильнее. Девушка окончательно уверилась, что мистер Дантес — истинный, утонченный джентльмен, виртуозно владеющий искусством светской беседы.

«Он уж точно не из тех мужланов, что бьют поклоны Повелителю Бурь…» — поправив каштановые, слегка вьющиеся локоны, Белин по собственной инициативе вновь юркнула в служебные комнаты, чтобы поторопить сослуживцев.

Не прошло и пары минут, как она вернулась с пухлой стопкой документов. Опустившись в соседнее мягкое кресло, служащая заговорила:

— Мы тщательно просеяли наши списки и подобрали троих подходящих дворецких. Позвольте вкратце обрисовать их кандидатуры.

— Кандидат номер один — мистер Асния, пятьдесят пять лет. В свое время нес вахту в доме виконта Йорквилля. Увы, милорд вложился в гиблую горнодобывающую авантюру и прогорел. Финансы запели романсы, пришлось пустить с молотка усадьбы и распустить штат. Так Асния и оказался на вольных хлебах. За минувший десяток лет он верой и правдой служил двум весьма состоятельным господам, и оба отзывались о его талантах управляющего исключительно в превосходных тонах.

Во время рассказа карие глаза Белин лучились живым светом, словно в них затаилась пара сияющих звезд, выдавая ту самую очаровательную, бьющую через край энергию юности.

Клейн ответил едва заметным кивком:

— И что же заставило его покинуть этих господ?

Белин с готовностью улыбнулась:

— Первый его наниматель вбухал уйму денег в Восточный Балам и в итоге перебрался туда со всеми домочадцами. Мистер Асния же наотрез отказался покидать Баклунд и подал прошение об отставке. Что до второго, то тот сдал здоровьем и передал бразды правления наследнику. А у молодого хозяина уже имелся свой, проверенный временем мажордом.

— К тому же мистер Асния истово верует в Богиню Вечной Ночи и в политике тяготеет к Консервативной партии. За свои услуги он просит сто тридцать фунтов в год.

— Да пребудет с ним благословение Богини, — Клейн привычным жестом очертил на груди четыре точки по часовой стрелке, рисуя символ багровой луны.

Глаза Белин радостно вспыхнули:

— Мистер Дантес, так вы тоже принадлежите к пастве Богини?

— Разумеется, — с улыбкой подтвердил Клейн, благоразумно не вдаваясь в долгие разъяснения.

«Немудрено, что он так утончен и обходителен!» — мысленно восхитилась девушка и продолжила:

— Следующий кандидат — мистер Ребак, сорок восемь лет. Долгие годы прислуживал роду Неганов, проделав путь до помощника управляющего и заместителя дворецкого. Впоследствии, благодаря одной удачной сделке, перешел на должность мажордома к барону Синдрасу.

— Увы, вскоре после трагической гибели герцога Негана срок его службы подошел к концу. Барон так и не предложил ему продлить контракт, отчего мистеру Ребаку пришлось искать нового места через нашу Ассоциацию.

— Он числится среди умеренных прихожан Повелителя Бурь, нрав имеет покладистый, без изъянов. Как и предыдущий кандидат, поддерживает консерваторов. Запрашиваемое жалованье — сто двадцать фунтов.

Клейн слушал с абсолютным, вдумчивым спокойствием, то и дело кивая и не пытаясь перебить Белин ни единым словом.

С шуршанием перевернув несколько листов и пробежавшись по ним глазами, девушка заговорила вновь:

— И, наконец, третий претендент — мистер Вальтер, сорок два года. За его плечами опыт работы управляющим усадьбой и помощником мажордома в семье виконта Конрада. К сожалению, из-за разногласий с главным дворецким он счел за благо подать в отставку. Его ценник — сто пятнадцать фунтов в год.

— Верует в Богиню Вечной Ночи, но в политике отдает предпочтение Новой партии.

«Новоиспеченный губернатор острова Олави как раз из Конрадов. А уж эта семейка слывет преданными, цепными псами короны…» — в голове Клейна молниеносно всплыло соответствующее досье.

Закончив презентацию, Белин изящно протянула ему стопку бумаг:

— Мистер Дантес, на ком из них вы бы хотели остановить свой выбор?

Погрузившись в раздумья на несколько секунд, Клейн ответил с мягкой улыбкой:

— Давайте поступим так: пусть вся троица явится в мои апартаменты завтра к девяти утра. Потолкуем с каждым с глазу на глаз, а уж потом я вынесу окончательный вердикт.

Сыщик прекрасно знал, что подобные конторы — лишь посредники, не предоставляющие прислуге кров. Ткни он пальцем в любого прямо сейчас — и новоиспеченный слуга предстал бы перед ним лишь к вечеру, а то и вовсе на следующий день. Так что устроить небольшой кастинг и придирчиво выбрать того, кто лучше впишется в его легенду, было куда прагматичнее.

— Как пожелаете, — кивнула Белин. — Не подскажете ваш адрес?

Клейн сделал неспешный глоток чая. Вооружившись пером и бумагой, он изящным почерком вывел название и координаты гостиницы, в которой обосновался.

— Вы… вы только что прибыли в Баклунд? — мельком взглянув на адрес, на одних инстинктах выпалила девушка.

Лишь в эту секунду она обратила внимание на то, что кожа мистера Дуэйна Дантеса чуть темнее привычной бледности столичных франтов. Густой, отливающий бронзой загар, выжженный долгими часами под палящим солнцем, придавал его облику некий налет суровой, брутальной мужественности.

«Да и акцент у него явно не наш, не баклундский…» — Белин начала шаг за шагом подмечать всё новые и новые детали.

Клейн ответил сдержанным смешком:

— Я прибыл прямиком из залива Диси. И теперь отчаянно нуждаюсь в толковом мажордоме, на чьи плечи лягут хлопоты по поиску достойного особняка и найму вышколенного штата.

Отстегнув три полновесных фунта задатка, юноша из вежливости отпил еще немного чая, после чего поднялся с кресла и откланялся.

Белин лично проводила его до самого крыльца, не сводя глаз с того, как он садится в наемный экипаж.

«Сдается мне, мистер Дантес — тот еще толстосум… Впрочем, его манеры и эта безукоризненная, джентльменская стать манят куда сильнее любых денег…» — застыв на пороге, Белин позволила себе погрузиться в легкие, девичьи грезы.

Тем временем в салоне кареты Клейн, полуприкрыв глаза и привалившись к стенке, уже лихорадочно, с параноидальной дотошностью подбивал свой грядущий бюджет:

'Дворецкому вынь да положь фунтов сто двадцать. Личному камердинеру — если брать по среднему — отсыпь все тридцать пять. Повару — тридцатку, садовнику и кучеру — по двадцать пять. На гувернантку или сиделку уйдет еще двадцатка. Трем горничным — по пятнадцать, а троим судомойкам — по десятке. В сухом остатке, на одно лишь жалованье этому табору в год будет улетать триста тридцать фунтов! То бишь по шесть с лишним фунтов и семь сулей в неделю… Да это с головой перекрывает мой былой заработок в Тингене!

И это еще не всё. Солидному господину без собственного экипажа никуда — а это еще сотня фунтов как с куста. Приличный особняк с садом сожрет фунта два в неделю за аренду. Приплюсовать сюда прокорм всей этой оравы, униформу, уголь для каминов и прочие житейские мелочи… Итоговая смета выходит просто астрономической!