Принцип трех обезьян - Левит Ирина - Страница 1

© Левит И.С., 2026

© ООО «Издательство „Вече“», оформление, 2026

Ах, каким замечательным получился вечер!

Душевным, содержательным, возвышенным… Каким и следовало быть вечеру поэзии.

Галина Павловна Добрецова, уже пятнадцать лет возглавляющая Кураевскую районную библиотеку, свое дело любила, знала и считала, что вверенное ей учреждение – не просто хранилище книг, но и место особого культурного досуга. А потому регулярно проводила литературные вечера.

На 27 декабря был намечен вечер поэзии. Главным его устроителем стала Леночка Шумкина, самая молодая сотрудница библиотеки, трепетная поклонница поэзии и мастерица читать стихи. Начиналось все в 19:00, но уже за полчаса в большом зале на первом этаже был установлен стол для ведущей, расставлены уютным полукругом диванчики, принесены стулья, в том числе парочка со второго этажа – так, на всякий случай. Хотя Галина Павловна считала, что гостей соберется немного: во-первых, все заняты предновогодними хлопотами, а во-вторых, с утра разыгралась такая безудержная метель, в какую совсем не хочется выходить из дома.

Однако собрались двадцать четыре человека. Для библиотеки сельского района – весьма прилично. Причем семеро приехали на микроавтобусе из санатория – две пожилые супружеские пары, две женщины среднего возраста и молоденькая девушка. Галина Павловна, отметившая в ноябре пятидесятилетие, русоволосая, с «формами» и естественным румянцем, с мимолетным сочувствием оценила девушку: бледнолицая брюнетка с коротко стриженными волосами и карими глазами фигурой напоминала карандаш – никаких женских выпуклостей. К тому же и одета она была так, словно старалась зрительно сузиться: во все черное. Правда, одно яркое пятно имелось – длинный, из плотного материала красный шарф, обвитый с нарочитой вольностью вокруг шеи и плеч, концами ниспадающий на почти отсутствующую грудь. Вопреки моде, девушка явно не гналась за пышным бюстом. Повесив куртку на одну из установленных в углу вешалок, шарф гостья, однако, не сняла, заняв место с самого края, рядом с выходом из зала.

Вечер действительно удался. Стихи, посвященные Новому году и Рождеству, в основном читала Леночка Шумкина, но еще три человека составили ей в этом компанию, а также многие приняли активное участие в обсуждении, задавая вопросы и высказывая свои соображения.

Мероприятие было рассчитано на полтора часа, но никто не проявлял торопливость. Лишь девушка с красным шарфом минут за десять до окончания поднялась со своего места, взяла куртку и, кивнув куда-то в пространство, словно извиняясь, тихо вышла из зала. Через короткое время звякнул колокольчик, вывешиваемый над внутренней входной дверью, когда рядом отсутствовал охранник, и это означало, что девушка покинула библиотеку.

Разошлись все часам к девяти. Леночка рвалась привести зал в первоначальный порядок, но Галина Павловна решила, что это без проблем можно сделать завтра, а сейчас Леночке лучше отправиться домой вместе с четой Перепелкиных, с которыми она живет по соседству.

Распрощавшись со всеми, Галина Павловна оделась в своем кабинете, выключила везде свет, заперла двери и вполне удовлетворенная отправилась домой.

Библиотека открывалась в десять утра, но Добрецова на следующий день пришла на полчаса пораньше, чтобы расставить весьма легкие диванчики, стол и стулья по своим местам. Два стула предстояло вернуть в дальний зал на втором этаже. Они обычно стояли у стены, рядом с крайними стеллажами, упирающимися торцами в глухую стену. Галина Павловна включила свет и увидела…

Между стеллажами ничком, в распахнутой куртке, раскинув руки, лежала вчерашняя девушка. На ее шее был плотно затянут красный шарф. Рядом валялась небольшая сумочка, но на ногах почему-то не было обуви.

Галина Павловна сразу поняла, что девушка мертва. Однако не закричала, не впала в истерику, лишь замерла на минуту, а потом достала из пиджака телефон и ткнула пальцем в цифру быстрого набора. Под этой цифрой значился номер ее родного брата – начальника Кураевского районного отдела полиции полковника Олега Павловича Добрецова.

Ноябрь выдался болезненным. В буквальном смысле слова.

Во-вторых (именно так!), грипп скосил сразу нескольких сотрудников Первого отдела регионального Следственного управления СК, и у старшего следователя майора Веры Ивановны Грозновой случился на работе аврал.

Во-первых (именно так!), Верин пятнадцатилетний сын Ярослав поскользнулся на плохо вычищенном тротуаре и со всего маху грохнулся на присыпанную тонким снегом наледь. Подозревали перелом позвоночника; к счастью, жуткий диагноз не подтвердился, но все равно пришлось проваляться неделю в больнице, а затем еще три недели оклемываться дома.

– Хорошо, что я спиной ударился, а не головой. Сохранил главное семейное достояние. – Как большинство умных людей, Ярослав был весьма ироничен.

Вера, выдохнувшая после известия об уцелевшем позвоночнике, горела на работе. Ее успокаивало то, что за сыном есть кому приглядеть. И прежде всего – бабе Зине, которая приходилась мальчику прабабушкой. Она вовсе не была древней старушкой – в свои 74 года прекрасно сочетала мудрость и боевитость. Поскольку долго сидеть врачи Ярославу не разрешили, вторая школьная четверть обошлась без его непосредственного присутствия. И в процессе обихаживания правнука в бабе Зине просыпалась бывшая учительница, и она спрашивала:

– Ты мне можешь показать, какие выполненные задания ты отправил в школу?

На что получала встречный вопрос:

– Ты сто лет преподавала русский язык и литературу, ты в состоянии проконтролировать физику и математику?

– Ну да, – соглашалась разумная баба Зина.

Впрочем, Ярослав всегда учился легко, без всякого учительского и родительского назидания, умея быстро найти и усвоить нужную информацию. Он вообще с малолетства отличался особой любознательностью и (как заметила еще в первом классе учительница) виртуозными мозгами. Недаром получил прозвище Ярослав Мудрый.

А еще по несколько раз в день звонила живущая в последние годы в Москве бабушка Саша – дочь бабы Зины и мама Веры. Ей было 54 года, она считалась очень хорошим врачом и заботу о здоровье внука воспринимала, помимо всего прочего, своей профессиональной прерогативой.

– Ты же терапевт, а не травматолог, – охлаждал врачебный пыл Ярослав.

– Во-первых, в организме все взаимосвязано, – парировала бабушка, – а во-вторых, у меня хорошие связи в медицинском сообществе.

– У нас есть Юрий Дмитриевич Луньков.

– Но он же патологоанатом!

– Судмедэксперт! С большущими связями. И к тому же его жена – суперский травматолог. Они на пару все организовали по полной программе.

В самом начале декабря раздался звонок от Олега Павловича Добрецова – полковника полиции, начальника Кураевского РОВД, с которым Вера познакомилась в самом начале октября, во время расследования убийства фитнес-тренера в районном спорткомплексе, и с тех пор поддерживала весьма теплые отношения.

– Значит, я к вам, Вера Ивановна, с советом, – начал с ходу полковник. – По поводу сына вашего. – Вообще-то Добрецов, прослышав про беду с Ярославом, уже не раз осведомлялся, помощь предлагал. Правда, не знал, чем конкретно может помочь, а тут явно имел в виду нечто вполне определенное. – Надо бы вам с ним к нам в Кураевск приехать на лечение.

– На какое лечение? – не поняла Вера.

– Ну, не совсем на лечение, а на реабилитацию. У нас тут санаторий есть, «Светлое озеро» называется, он на Светлом озере стоит. Его еще в пятидесятых годах прошлого века построили, когда обнаружили, что на другом озере, километрах в семи, есть исключительно целебная грязь. То озеро безымянным было, а потом его назвали Грязевым, и в том месте, где грязь добывают, оно не замерзает. Так вот, за долгие годы санаторий, конечно… здание то есть… старело и старело, но сюда все равно приезжали за свежей грязью и вообще… там главврачом лет тридцать одна женщина работала, Савушкина, она лечебное дело держала и медперсонал сохранила. Она и сейчас там главврач, только теперь еще и директор есть и вообще многое поменялось. Лет шесть назад санаторий купили москвичи, вернее, один москвич, у которого сеть санаториев по стране, все реконструировал, перестроил, и вот уже года два с половиной это не просто санаторий, а прямо пятизвездочный отель. И на Грязевом озере порядок навели, никакой там кустарщины, специальную конструкцию соорудили, механизировали, нормальных работников поставили, все аккуратно, чисто, хоть ешь эту грязь, не запивая…