Теряя рассвет - Коэн Эбби - Страница 2

Минка засмеялась в ответ и Отэм медленно опустила трубку. Успокоить подругу было легко — та верила каждому её слову. Успокоить же саму себя было невозможно. Отэм чувствовала себя загнанным зверем.

— Свадьба? — коротко бросил Ник. Он не ушёл. Он видел её панику.

— Ты… Ты подслушивал? — её голос дрожал, и она ненавидела себя за эту слабость.

— Я юрист, Уильямс. Я слушаю всё, что касается наших сотрудников. О чем был звонок на самом деле?

Отэм горько усмехнулась, закрыв лицо руками.

— Свадьба на земле, где я выросла. Вернон. Хотя, это не просто свадьба, Ник. Это казнь. Моя личная, публичная казнь.

— И в чём проблема? Найми эскорт. Или соседа. Город полон парней, готовых подыграть за ужин, — Стейт пожал плечами с присущим ему цинизмом.

Отэм подняла на него глаза, в которых блестели злые слёзы.

— Ты же знаешь, Джеймс — это не просто бывший муж. Это холодный металл у горла. Любой мой знакомый рядом с ним будет выглядеть как картонная декорация. Мне нужен кто-то, кто сможет его раздавить одним взглядом, если он появится. Кто-то, от кого реально можно ждать угрозы. А у меня в списке контактов только мой отец-фермер, пара коллег и доставщик пиццы.

Она безнадёжно обвела взглядом пустую приёмную.

— У меня нет такого человека, Ник. В моём мире не водятся акулы, способные перекусить хребет такому, как Джеймс.

Ник Стейт молчал долгую минуту. Он смотрел на неё — маленькую, зеленоглазую девушку, отчаянно пытающуюся сохранить достоинство под прицелом прошлого. Его острые скулы на секунду дрогнули.

— Значит, тебе нужна акула? — его голос стал еще тише и опаснее. — И ты считаешь, что в твоём окружении их нет?

Отэм медленно подняла взгляд, и её глаза встретились с его — холодными, как арктический лёд, в которых сейчас плясали искры недоброго веселья.

— Ты? — она издала короткий, сухой смешок, в котором не было ни капли радости. — Ник, мы говорим о семейном торжестве в маленьком городке, а не о слушание в суде. Если я приеду с тобой, люди решат, что я приехала не на свадьбу, а объявить войну соседнему округу. Или что я наняла киллера, но у него закончились патроны, и он решил просто загрызть всех присутствующих своим сарказмом.

Ник оттолкнулся от косяка и сделал шаг в её личное пространство — туда, куда Отэм не пускала никого последние полгода. Он опёрся ладонями о край её стола, нависая над ней, как грозовая туча над беззащитным побережьем.

— А разве это не так, Уильямс? — его голос вибрировал у самого её лица. — Ты и так на тропе войны. Просто ты пытаешься сражаться зубочисткой против танка. Джеймс — не просто «бывший муж». Он паразит, которого я когда-то выжег из твоей жизни калёным железом правосудия. Ты думаешь, я позволю какому-то недобитому юристу-неудачнику испортить мою работу? Я потратил три месяца, чтобы лишить его тебя и растоптать его эго в пыль. Если он прикоснется к тебе, это будет личным оскорблением моей профессиональной квалификации.

Даже после официального развода Джеймс не считает себя проигравшим. Для него Отэм — это собственность, которую он намерен вернуть. Потеря статуса адвоката из-за вспышек гнева и алкоголя сделала Джеймса ещё более непредсказуемым.

— О, конечно, — Отэм вскочила со стула. — Всё дело в твоей квалификации! Как я могла забыть? Мистер Стейт не терпит изъянов в своих кейсах. Я для тебя просто «дело № 42», которое внезапно решило ожить и испортить статистику.

Она обошла стол, пытаясь увеличить дистанцию, но Ник последовал за ней, его движения были хищными и точными. Отэм никак не удавалось привыкнуть к такой разнице в росте, подавляюще высокий, он умел наводить страх.

— Не обольщайся, — парировал он, сузив глаза. — Если бы ты была просто «делом», я бы сейчас сидел в кабинете и пил виски, а не тратил своё время. Но я видел, как этот подонок смотрит на тебя. Он не хочет вернуть любовь, Отэм. Он хочет вернуть контроль. А ты стоишь здесь и дрожишь, как осиновый лист, подтверждая его право на этот контроль.

— Я не дрожу! — выпалила она.

— Лгунья, — почти ласково произнёс Ник. Он внезапно перехватил её запястье. Его хватка была железной, но странно тёплой. — Смотри.

Он поднял её руку. Пальцы Отэм заметно мелко вибрировали.

— Ты боишься, что без брони он снова заберётся к тебе под кожу. Так вот, — он сделал ещё шаг, сокращая расстояние до опасного минимума, — я предлагаю тебе лучшую броню, которую можно купить за деньги или, в твоём случае, за терпение моего скверного характера. Я поеду. И я сделаю так, что Джеймс будет бояться даже дышать в ту сторону, где находишься ты.

Отэм вырвала руку, чувствуя, как на месте его прикосновения кожа начинает гореть.

— И что я скажу отцу? Стивену? «Познакомьтесь, это Ник Стейт, человек, который ненавидит весь мир и меня в частности, но он здесь, чтобы Джеймс нечаянно не съел меня с потрохами»? Это безумие. Это жалко. Ты же не умеешь просто… быть гостем. Ты начнёшь допрашивать священника и предъявишь иск торту за недостаточное количество сахара!

Ник внезапно усмехнулся — редко, остро, так, что у Отэм на мгновение перехватило дыхание.

— Я буду само очарование, Уильямс. Буду улыбаться, хвалить дешёвое вино и держать тебя за руку.

Он развернулся в сторону выхода и, не оборачиваясь, бросил через плечо:

— У тебя есть время, чтобы научиться не морщиться, когда я буду стоять рядом и говорить с твоими родственниками. Начни тренироваться прямо сейчас. И закажи мне номер с большой кроватью. Я не собираюсь спать на сеновале.

Отэм замерла на мгновение, а затем её плечи мелко задрожали. Она не выдержала. Громкий, искренний смех, в котором смешались истерика, облегчение и чистый сарказм, эхом отразился от высоких потолков приёмной. Хорошо, что её никто не слышал.

— Номер с большой кроватью? О, Стейт, твоё эго явно занимает больше места, чем всё наше ранчо вместе взятое, — она вытерла выступившую в уголке глаза слезинку и сложила руки на груди, глядя на него с вызовом. — Спустись с небес на землю. Ты едешь в Вернон, а не в Лас-Вегас. В гостевом домике стоит кровать, на которой спал ещё мой прадед, и матрас там такой жёсткий, что твоя спина решит, будто её допрашивает инквизиция. Никаких пяти звёзд, Ник. Только скрип половиц, запах полыни и полная изоляция от цивилизации.

Ник обернулся у самой двери, медленно подняв одну бровь. Его взгляд скользнул по её лицу, задержавшись на губах, которые всё ещё дрожали от остатков смеха.

— Прадедовский матрас? Звучит как начало плохого триллера, где столичного мужчину приносят в жертву богам урожая. — сухо заметил он.

— Неужели адвокаты знакомы с поп-культурой? — съязвила Отэм. Ей нравилось задевать этого заносчивого выскочку по всем фронтам.

Ник пропустил её колкость мимо ушей.

— Я надеюсь, там хотя бы есть замок на двери? Или ты планируешь врываться ко мне среди ночи, чтобы обсудить график свадебных тостов?

— Единственное, ради чего я к тебе ворвусь — это чтобы проверить, не задохнулся ли ты от собственного высокомерия, — парировала Отэм, делая шаг к нему. — Я не сказала, что согласна, Ник.

Ник сократил расстояние между ними одним длинным шагом. Его тень снова накрыла её, но теперь в этом не было угрозы — только странная, давящая близость.

— Я не спрашивал твоего согласия, Уильямс. Я констатировал факт.

Отэм не попятилась. Напротив, она упёрлась ладонями в его грудь — твёрдую, как та самая скала, о которую разбилась не одна компания. Ткань его дорогого пиджака была прохладной, но жар, исходящий от его тела, обжигал пальцы.

— Ты не констатировал факт, Ник. Ты просто выписал ордер на исполнение моих действий, — процедила она, глядя ему прямо в переносицу. — Но это не зал заседаний. Здесь нет присяжных, а я — не твой ответчик. Мне нужно работать, Стейт. И мне нужно… дышать.

Ник не шелохнулся. Его руки медленно скользнули в карманы брюк, что сделало его фигуру ещё более массивной и неизбежной.

— Дышать? — его голос опустился до едва различимого рокота. — Ты не дышишь, Отэм. Ты задыхаешься. С того самого момента, как подняла трубку. Ты уже видишь его лицо, чувствуешь запах перегара, слышишь его скулёж и руку на шее.