Я – Ректор Академии Темных Тварей (СИ) - Солнечная Тина - Страница 1

— Неужели в двадцать пять лет и уже ректор? — восхитилась пожилая женщина и хлопнула в ладоши.

Я улыбнулась, опуская ложечку в чашку чая.

— Да, это вышло совершенно случайно, — призналась я. — Сначала замректора слёг, потом ректор сломал ногу… Так из простой учительницы химии я стала ректором целого университета. Но мне нравится, и даже наши черти уже меня побаиваются.

— О как! — похвалила незнакомка, с которой я случайно разговорилась полчаса назад, выбирая очередную книгу «для повышения квалификации» в книжном. — И с чертями опыт имеется.

Я рассмеялась. «Чертями» мы называли старшие курсы — студентов, которые стали уже слишком наглыми, смелыми, никого не боятся и правила не соблюдают.

— Да, говорю, даже с ними. Но это ненадолго. Скоро настоящий ректор выйдет с больничного, и я наконец займусь своей любимой «магией», как и мечтала.

— Магию тоже практикуете, выходит? — улыбнулась старушка.

— А разве не всё в мире магия? — ответила я, вспоминая, как в детстве была уверена, что именно магия заставляет вулкан «извергаться», когда мы с мамой добавляли уксус в жерло поделки.

— Всё, — кивнула бабушка. — Деточка, а пойдёшь ко мне в академию ректором?

Я даже поперхнулась.

— Да что вы, я только временно, на постоянку не могу.

— Можешь, вижу, что можешь, — уверенно заявила она. — А что не сможешь, так профессора тебе подсобят. Они у меня очень способные в магии. И холостые.

Я вежливо отказалась, но её следующая фраза заставила меня напрячься.

— Ты уверена, Анюта?

Я замерла. Вроде бы я не называла своего имени. Или?..

Но спорить не стала. Всё это выглядело странно, и мне вдруг захотелось поскорее закончить разговор. Я даже не особо помню, почему после книжного мы зашли в кафе. Странно.

— Всё равно не могу, — твёрдо сказала я.

Старушка печально покачала головой и достала из сумки аккуратно завернутую шоколадку.

— Очень жаль… Но вот, пусть будет на память о надоедливой бабушке. К чаю.

Я машинально взяла её, чтобы не обижать, и вскоре направилась домой, стараясь поскорее выкинуть старушку из головы.

Дома меня ждала работа. Я села за стол, разложила перед собой отчёты, которые не успела проверить днём, и попыталась сосредоточиться. Но через десять минут глаза начали слипаться, буквы расплывались перед глазами.

Решив, что срочно нужен чай, я отправилась на кухню. Вода закипела, ароматный пар поднимался из чашки, но бодрее мне не стало. Я потянулась за чем-то сладким, но полки оказались пусты.

Вспомнив про подарок, я развернула шоколадку и откусила кусочек. Густой, насыщенный вкус разлился по языку.

Но, кажется, не помогло. Глаза продолжали закрываться сами собой.

Отложив бумаги в сторону, я уронила голову на руки и провалилась в сон…

Я проснулась от того, что что-то твёрдое и неприятное давило мне на щёку. Голова гудела, а спина неприятно ныла, словно я проспала несколько часов в неудобной позе.

Резко сев, я зашарила руками по столу, сметая бумаги. Бумаги? Оглядевшись, я поняла, что нахожусь не в своей квартире.

Высокие книжные шкафы доходили почти до потолка, их полки были забиты массивными фолиантами и чёрными папками. Окно, массивное и старинное, украшали витражи с узорами, в которых угадывались магические символы. В воздухе пахло старой бумагой, древесным дымом и чем-то пряным, едва уловимым.

Я опустила взгляд на стол. Прямо передо мной лежал сложенный лист бумаги с неровным почерком.

Прости, Анюта, но в отпуск мне невтерпёж. Оставляю тебе мою академию и всех этих тёмных тварей, уверена, ты справишься. Мос на третьей полке слева.

Я перечитала записку три раза.

— Что за…

Медленно подняв голову, я встретилась взглядом с портретом на стене. Та самая старушка, с которой я разговаривала в кафе, только теперь она выглядела лет на тридцать моложе. Не добродушная бабушка, а властная женщина с проницательным взглядом и хитрым прищуром, словно знала что-то, чего не знала я.

Я попыталась понять, что мне делать дальше, но тут в дверь раздался требовательный стук.

Я вздрогнула, но не успела ничего сказать — дверь с глухим звуком распахнулась.

В кабинет буквально влетел мужчина.

Высокий, широкоплечий, с резкими, выразительными чертами лица. Его тёмные волосы были чуть растрёпаны, а в глазах сверкало раздражение, смешанное с лёгким недоумением. Но больше всего меня поразило то, как ему шло это хмурое выражение.

Он окинул меня цепким взглядом, прищурился и недовольно бросил:

— Ты ещё кто?

Я моргнула, но инстинктивно выпрямилась, профессионализм взял верх.

— Не «ты», а «вы». Меня зовут Анна Николаевна. Я временно занимаю должность ректора этой академии, пока ваш постоянный ректор не вернётся.

В воздухе повисла напряжённая тишина.

— Быть того не может. Эта старая карга…

— Попрошу не выражаться в моём кабинете, — твёрдо перебила я.

Мужчина замер, его тёмные брови дернулись вверх.

— Твоём? Да какой он твой? Ты хоть знаешь, где тут что? Где, скажем, Мос?

Я мысленно поблагодарила хитрую «старую каргу» за записку и, грациозно развернувшись, потянулась к книжному шкафу. Третья полка слева.

Чем бы ни был этот Мос, я его нашла.

Достав небольшую, странно холодную на ощупь сферу, напоминающую кусок дымчатого стекла, я медленно повернулась к мужчине и демонстративно показала находку.

Он хмурился так, словно я сейчас опровергла все его представления о реальности.

Но, что любопытно, спорить перестал.

— С чем пожаловали? — решила взять инициативу в свои руки.

Мужчина ещё секунду молча разглядывал меня, словно оценивая, а потом сказал совершенно ошеломляющее:

— Оборотни подрались с вампирами на тренировке по сокрытию для неспособных миров.

Я моргнула.

— Простите, что⁈

Но он, не обращая внимания на мой шок, продолжил:

— … из-за того, что один из новеньких решил проверить, насколько быстро заживёт рана, если случайно укусить оборотня во время схватки. Кровь, ярость, ну, и пошло-поехало. Вмешаться пришлось лично, но теперь они требуют разбирательства…

Он ещё что-то говорил, но я не слышала. Я просто не могла осознать предыдущие слова.

Оборотни. Вампиры. Тренировка.

Какие к чёрту оборотни⁈

— … ректор?

Я дёрнулась, выныривая из ступора. Мужчина склонил голову, явно ожидая ответа.

— Что делать прикажете?

Прикажете? Ой, мама…

Я сделала глубокий вдох, пытаясь отключить панику и включить логику. У меня был опыт работы с трудными студентами, пусть и не столь… зубастыми.

— Что делать прикажете? — повторил мужчина, чуть наклонив голову.

Чёрт. Мне действительно нужно что-то приказать.

Я быстро перебрала в голове все возможные варианты. Если драку уже прекратили, значит, нужно сместить акцент и сделать так, чтобы ситуация не повторилась.

— Провести официальное собрание обеих сторон, — сказала я, складывая руки на груди, будто я всё продумала заранее. — Неофициально, без бумажной волокиты, но так, чтобы они ощутили всю важность момента. Собрать их в одном зале, выслушать обе стороны и предложить нечто вроде… ритуала примирения.

Мужчина прищурился.

— Ритуала примирения?

— Конечно. Если они хотят драться, пусть сделают это по правилам. Выберите официального дуэлянта от каждой стороны, создайте магически контролируемое пространство и пусть докажут свою силу, но без летальных последствий. Победившая сторона получает право первой выбрать награду — например, какие-то привилегии или бонусы. Это даст им выход для агрессии, но без новых жертв.

Мужчина медленно выдохнул, затем хмыкнул, в уголках его губ мелькнула тень одобрения.

— Интересный подход, — признал он, затем развернулся и вышел, бросив напоследок: — Посмотрим, что из этого выйдет.