По гроб жизни - Павлова Ольга - Страница 2

Так прошло несколько недель. Человек привыкает ко всему или ломается под тяжестью обстоятельств… Вальд привыкал. Уже не цепенел внутренне под чужими взглядами, не сторонился разговоров со своими людьми, знал почти всех по именам и на ощупь мог ориентироваться в эверрском замке. Если его назначение и не признали справедливым, то, по крайней мере, начали принимать как данность.

Отгорела осень, минула первая неделя зимы. Холода в тот год обрушились на Эверран внезапно, будто из засады: еще несколько дней назад деревья пестрели разноцветной листвой, а теперь кругом, насколько хватает глаз, все выбелено морозами. Холод продирал до костей, ветер и снег хлестали по глазам, метель не стихала которые сутки кряду. Город вымер, на улицу без крайней надобности не сунулся бы и умалишенный, вот только у замковой охраны выбора не было. Вальд приказал сменяться втрое чаще положенного, и все равно за каких-то несколько дней шестеро гвардейцев успели свалиться с жаром. Помнится, Вальд и сам тогда проклял все на свете, обходя посты.

«Скоро погода наладится, – говорили придворные ученые. – Не бывает, чтоб такая напасть длилась долго». Говорили и, наверно, сами в это верили. Вальд тоже верил. Никто в ту пору не знал, что зиму эту впоследствии назовут траурной и что закончится она непоправимо поздно.

А на восьмой день месяца ветров состоялось то злополучное собрание. В зале совета было дымно, пахло копотью и мокрой шерстью – многие, как и сам Вальд, только что пришли с улицы и еще не успели обсохнуть. Плащи остались в прихожей, но снег налипал на воротник и манжеты, набивался в сапоги. От тепла и дыма кружилась голова. Обсуждали снабжение крепости. Конечно, запасы в замковых кладовых имелись, но, если так пойдет дальше, с их пополнением могли возникнуть определенные сложности, причем беспокоила многих не столько нехватка продуктов, сколько неимоверный расход дров. Потом говорили о переселении гвардейцев и стражников: отапливать казармы целиком становилось слишком накладно, так что часть помещений предстояло на время расселить. Вальд сам намеревался провести ближайшие месяцы в гвардейских казармах. Разумеется, у него были покои в замке, но граф не привык наслаждаться комфортом, когда его люди вынуждены терпеть лишения. Потом очередь дошла до предстоящего весной посольства в Альдору… И лишь в самом конце граф Ивьен поднял еще один вопрос.

– Вчера вечером прибыл гонец из Нирмара. Он выехал в столицу несколько недель назад, но по понятным причинам задержался в дороге. – Вальд попробовал вспомнить, где находится Нирмар, но, кажется, название это он прежде не слышал, разве что мельком. Тем не менее, тот факт, что в нынешних условиях человек вообще сумел добраться до столицы, вызывал в нем определенное уважение. – Осенью произошел пожар в амбаре, где хранились общие запасы. Дрова, зерно, овощи… Люди остались без продовольствия и просят помощи.

Регент замолчал, давая собравшимся возможность обдумать услышанное. Впрочем, обдумывать было особо нечего. Собрать нужные запасы можно, хоть сейчас это и будет непросто. Вот только ни один обоз не выдвинется в дорогу по такой погоде.

Вальд вместе с другими подошел к карте, взглянул. Нирмар там обозначен не был, Ивьен сам сделал пометку кончиком пера. Выходило, что расположен он неподалеку от Сигвальда. Почти тысяча аттов от Эверры… В обычных условиях это неделя пути, но с обозом, в метель, утопая в снегу?.. Скверная выходила картина. Что ж, хорошо, что Вальд отвечал лишь за свой отряд, а подобные вопросы его не касались. Стало быть, и решать не ему.

– Господин Озен, что вы думаете об этой ситуации? – Ивьен поднял равнодушный взгляд на казначея. Видно было, что на мнение его графу глубоко плевать, как, собственно, и на чье угодно еще.

Озен зашелестел страницами, откашлялся.

– Нирмар… население триста двадцать человек, деревня, ваша светлость. Собрать обоз, доставить… По такому холоду нельзя, риск слишком большой. Да и затраты выйдут солидные…

Вальд поморщился. Этот человек говорил разумные вещи, но ситуации это не меняло. Тем трем сотням человек неоткуда ждать помощи, кроме как от своего правителя! Кругом такие же деревни, где люди сами еле сводят концы с концами. Но, проклятье… В такую метель ехать никуда нельзя, это правда. Забирать запасы из замка, оставляя столицу пустой? Да еще и понимая, что обоз до цели, скорее всего, не доберется. Нет, Ивьен не пойдет на подобное! И как бы ни ненавидел Вальд Гарта эверранского регента… Что он мог возразить?

– Верно я понимаю, что вы считаете вмешательство… неэффективным? – ровным голосом уточнил Сэйгран. Наверно, так же спокойно и равнодушно этот человек когда-то решил судьбу мятежного Агальта.

Казначей смешался, заюлил.

– Господин, как я могу… Конечно, нужно обдумать этот вопрос, изучить все данные…

– Хорошо, оставляю это на вас. Совет объявляется закрытым, вы можете…

Вот тогда Вальд впервые и услышал на подобном собрании голос Лиара Нейда:

– Постойте! – он дождался, пока присутствующие обернутся к нему. – Если мы промедлим, то жителям Нирмара от нас понадобятся разве что лопаты. Живых там не останется! Здесь все свои, дядя, и все всё понимают… Если мы не вышлем помощь в ближайшие дни, помогать будет уже некому.

Вальд окинул собравшихся враз отяжелевшим взглядом. Одни смотрели на принца с осуждением, другие просто удивленно. В самом деле, граф не сумел бы припомнить, чтобы кто-то прежде осмеливался вот так перебить Сэйграна Ивьена. Что ж, похоже, этому человеку дозволено все.

– И что вы предлагаете? – регент не изменился в лице. – Прямо сейчас снарядить обоз, оставив замок без припасов, и выдвинуться в Нирмар? Тогда подумайте вот о чем… Мы лишь потеряем людей и продукты, а до Нирмара сейчас не добраться.

Это было отвратительно и страшно, но Сэйгран говорил правду. Скверно, если Лиар этого не понимает.

– Отчего же? Гонец сюда добрался, значит, проехать все-таки возможно, так что…

Регент не дал ему закончить.

– Гонец ехал почти три недели, прибавьте время на сборы и путь до Нирмара. Допустим, вы правы, и обоз доберется до места… Но случится это в лучшем случае через полтора месяца. Полтора месяца без еды и топлива. Скольких вы надеетесь застать живыми? Десять человек? Двадцать?.. В дороге погибнет больше.

Проклятье, Сэйгран был прав. Шестеро гвардейцев свалились в горячке за несколько дней, неся дежурство на замковых стенах. Сменяясь дважды в час! Что же станет с людьми вдали от жилья!.. Вальду доводилось зимой совершать переходы, он слишком хорошо помнил, как лошади ломают ноги в снегу, как валятся наземь всадники… А кругом только промерзший лес да озверевшие от холода волчьи стаи. Граф насмотрелся на подобное в Айхане, на всю свою жизнь насмотрелся! Вот только там было и вполовину не так холодно, сейчас куда страшней.

– Скольких я надеюсь застать?.. – повторил принц, рассеянно глядя на собравшихся. – А неважно. Сколько бы их ни было. Я хочу, чтобы люди в моей стране, попав в беду, знали, что их не бросят и про них не забудут, нужно только дождаться помощи. Чтобы каждый в Эверране это знал! Тогда выходит уже не двадцать и даже не триста двадцать человек, а десятки и сотни тысяч! Это укладывается в вашу математику, дядя?

Сэйгран молчал. А Вальд смотрел на принца почти с ужасом и чувствовал, как в груди все сильней закручивается узел из сомнений, растерянности и невозможной, недопустимой злости. Он все понимал, он был абсолютно согласен с эверранским регентом, но… Проклятье, почему же так отзывались в душе слова Лиара Нейда?! Откуда взялась эта нелепая вера в то, что можно всех спасти и все исправить?.. Такие мысли позволительны благородной девице, но не командиру замковой охраны и уж точно не будущему королю! Их долг оценивать риски и верно распределять ресурсы. И, боги, как же в эту секунду Вальд ненавидел Лиара Нейда! За неуместную детскую надежду, за сомнения, всколыхнувшиеся в груди… Мальчишке легко говорить, и ломанный медяк – цена его пустому, насквозь фальшивому благородству! Сидя у камина в своих покоях, он понятия не имеет, каково там, снаружи. Не ему предстоит расплачиваться за эту проклятую веру в невозможное!