Попаданка.Истинная для дракона (СИ) - Янчевская Анжелика - Страница 4

— То есть, — я аккуратно промокнула губы салфеткой, — мое дело — сидеть тихо в восточном крыле и не мешать вам... жить как прежде?

— Именно, — отрезал он. — Рад, что мы поняли друг друга.

— Прекрасно, — я отложила салфетку. — Но позвольте и мне кое-что прояснить, милорд.

Что-то в моем тоне заставило его нахмуриться.

— Я действительно пока не хозяйка этого дома. Но я — ваша законная жена. Нравится вам это, или нет. И если вы думаете, что я буду тихо сидеть в углу, пока ваша любовница распоряжается в моем доме... — я улыбнулась, глядя ему прямо в глаза, — вы очень сильно ошибаетесь.

В комнате повисла звенящая тишина. Даже слуги, замершие у стен, казалось, перестали дышать.

— Вы забываетесь, — процедил лорд Дариан.

— Нет, милорд. Это вы забыли, что я теперь ваша жена. А не украшение для восточного крыла.

Он резко встал, опрокинув бокал. Красное вино растеклось по белоснежной скатерти как свежая кровь.

— Ужин окончен, — бросил он. — Леди Авелина, советую вам хорошенько обдумать свое поведение. И помнить, что не вы здесь диктуете правила.

Он вышел, оставив нас с леди Розалией наедине. Она смотрела на меня с плохо скрываемым торжеством.

— Что, дорогая, не так все просто, как казалось?

— О нет, — я тоже поднялась. — Все именно так просто, как я думала. Вы боитесь меня, леди Розалия. И правильно делаете.

С этими словами я покинула столовую, чувствуя, как её взгляд прожигает мне спину. Что ж, этот раунд остался за ними.

Я как раз закончила утренний туалет, когда в дверь негромко постучали.

— Да-да, — отозвалась я, поправляя выбившийся локон.

В зеркале отразилась экономка Брикс — невысокая женщина с поджатыми губами и безупречно прямой спиной. За её плечом маячили две молоденькие горничные, делавшие вид, что протирают пыль с канделябров.

— Миледи, — Брикс присела в коротком реверансе, — его светлость передал для вас... — её рука скользнула в карман передника и достала увесистый кошелек, — на случай, если вы пожелаете пройтись по магазинам. Охрана будет сопровождать вас.

Я заметила, как горничные переглянулись. Мэри, кажется её так звали, даже перестала делать вид, что занята уборкой, и откровенно прислушивалась.

— Его светлость очень... предусмотрителен, — я взяла кошелек. Тяжёлый. — Что-то ещё, миссис Брикс?

Экономка замялась — совсем немного, но достаточно, чтобы я заметила. Её взгляд на мгновение метнулся к двери, словно она хотела убедиться, что там никого нет.

— Нет, миледи. Разве что... экипаж будет подан, когда прикажете.

Она снова присела в реверансе и направилась к выходу, но у самой двери обернулась:

— И... будьте осторожны в городе, миледи.

Что это было? Предупреждение? Забота? Я не успела спросить — Брикс уже выскользнула за дверь, а следом за ней и горничные, торопливо подхватив свои щётки и тряпки.

За дверью послышался приглушённый шёпот:

—...ты видела? Совсем не боится!

— Тише, дура! Услышит же...

— А вчера в столовой...

— Молчи!

Я невольно улыбнулась. Значит, вчерашний ужин уже стал достоянием всей прислуги. Интересно, как они пересказывают эту историю на кухне? Наверняка с добавлением красочных подробностей.

Присев у туалетного столика, я начала собирать волосы. В зеркале отражалась совсем юная девушка — бледная, с огромными глазами и упрямо сжатыми губами. Совсем не похожа на ту тихую мышку, которую все ждали увидеть.

А ведь правда — они готовились к появлению забитой девочки, которую можно будет задвинуть в дальний угол дома и благополучно забыть. Которая будет бояться собственной тени и никогда не посмеет перечить хозяину или его... любовнице.

Снизу донеслись голоса — там, в холле, горничные собрались вокруг Ханны, личной служанки леди Розалии:

—...а она прямо так и сказала — "постороннюю женщину"!

— Не может быть!

— Клянусь! А его светлость как побледнел...

— Тише вы! А что леди Розалия?

— А что леди Розалия... Сидит у себя с самого утра, даже завтракать не спускалась.

— И правильно! Нечего теперь...

— Да погоди ты, рано радуешься. Мало ли что ещё будет.

— А я слышала...

Голоса стихли — видимо, кто-то из старших слуг разогнал сплетниц. Но я уже поняла главное: дом замер в ожидании. Кто возьмёт верх? Законная жена или многолетняя любовница? Тихая девочка оказалась не такой уж тихой, и теперь никто не знает, чего ждать.

Я поднялась, расправила складки платья. Что ж, пусть гадают. А я, пожалуй, действительно прогуляюсь по магазинам. Нужно показать городу новую леди Дариан.

— Передайте конюху, — сказала я заглянувшей горничной, — пусть подают экипаж через полчаса.

Девушка присела в реверансе и выскользнула за дверь. Я успела заметить, как блеснули её глаза — новость о том, что молодая госпожа собралась в город, наверняка облетит дом быстрее ветра. Пусть. Пусть говорят, пусть гадают, пусть выбирают, кому служить.

А там посмотрим, кто останется хозяйкой этого дома.

Аромат свежей выпечки из булочной мадам Форе заставил меня улыбнуться. Я давно не баловала себя сладостями, а эти пирожные... От одного их вида настроение поднималось. Маленькие произведения искусства: воздушное тесто, нежнейший крем, россыпь свежих ягод сверху. Эти пирожные стоили каждой потраченной монеты.

— Заверните, пожалуйста, вот эти, с малиной, — я указала на витрину, чувствуя себя ребёнком в кондитерской. — И те, с шоколадом.

Коробка, перевязанная атласной лентой, казалась сокровищем. Я прижала её к груди, выходя из лавки, предвкушая, как устроюсь в саду с чашкой чая и...

— Надо же, какая... милая картина.

Я обернулась. Дама средних лет, затянутая в модное платье цвета бургундского вина, разглядывала меня, как диковинное насекомое.

— Новая леди Дариан покупает пирожные. Как... очаровательно.

— Простите, мы знакомы? — холодно поинтересовалась я, крепче прижимая к себе коробку.

— О, какая досада! — она театрально всплеснула руками. — Леди Элизабет Карстон, ближайшая подруга леди Розалии. Я практически живу в ее помес... простите, в поместье лорда Дариана.

Каждое слово сочилось ядом. Я почувствовала, как щёки начинают гореть.

— А, так вы одна из тех, кто составляет компанию любовнице моего мужа? Как... познавательно.

Её улыбка стала острее.

— Любовнице? О нет, дорогуша. Леди Розалия — истинная хозяйка дома. А вы... — она окинула меня презрительным взглядом, — вы просто досадная формальность. Необходимое условие для наследования титула. Ничего больше.

Внутри словно что-то щёлкнуло.

— Что вы сказали?

— Ах, неужели я задела ваши... чувства? — её смех напоминал звон битого стекла. — Бедняжка. Думали, брак что-то значит? Его светлость просто выполнил свой долг перед родом. Ему нужна была жена из благородной семьи — любая, самая незначительная. Вы просто оказались... под рукой.

Воздух вокруг начал густеть. Странное покалывание пробежало по коже.

— А знаете, что самое забавное? — продолжала леди Элизабет, упиваясь моей реакцией. — Розалия рассказывала, как его светлость морщится каждый раз, когда вынужден называть вас своей женой. Как извиняется перед ней за то, что должен терпеть ваше присутствие в доме. Как...

Звон! Стёкла в витринах задрожали. Коробка выпала из моих рук, пирожные рассыпались по мостовой.

— Терпеть? — мой голос стал неузнаваемым, низким, с металлическим призвуком. — ТЕРПЕТЬ?!

Вокруг моих рук заклубилась тьма. Леди Элизабет отшатнулась.

— Передайте леди Розалии, — процедила я сквозь зубы, чувствуя, как что-то мощное рвётся изнутри, — что ТЕРПЕТЬ больше никто никого не будет!

Воздух над нами закрутился спиралью. Вывески сорвало с петель. Люди закричали, бросаясь врассыпную. А я стояла в центре этого хаоса, и ярость внутри меня превращалась в чистую, неконтролируемую магию.