Оглянись в темноте 3 (СИ) - Рымжанов Тимур - Страница 3

В столичный порт приходят только парусные корабли морского класса, те огромные плоскодонные баржи что ходят по рекам из-за конструкционных особенностей, для выхода в море непригодны. В устье реки Нильм, из-за разросшейся дельты морской и речной порты совместить не получается, слишком неудобное место для навигации. У морских кораблей слишком низкая осадка, а речные суда неустойчивы в морской воде, даже на малой волне могут легко перевернуться. Вот и приходится разгружать товар с заморских кораблей в Таминаке, и по прибрежному тракту везти примерно двести километров до городка Дахт, который стоит уже на левом берегу Нильма и связывает паромной переправой два берега. Вот такая сложная и накладная получается логистика.

Выйдя из тени в темном проулке торгового квартала, я, не забывая отыгрывать роль состоятельной дамы, вышел сначала в небольшой переулок, а затем влился в поток людей на большой торговой улице. Этот квартал вплотную подходил к району где жили богатые горожане и местная знать, так что и публика в этом месте соответствовала, и уровень безопасности, поддерживался на высоте, судя по пешим патрулям, то и дело мелькающим в толпе. Тут и городская стража, и личные охранники знатных особ и служители ордена в самых разных званиях.

Неспешно двигаясь вдоль улицы, я присматривался к еще открытым лавкам, к публике, отмечал для себя местные особенности и слушал речь. Южный акцент был заметен и здесь, так же как у цисарийцев. Быстрая и несколько скомканная манера говорить с заметными эмоциональными качелями. Чаще всего жители юга континента сопровождали эмоциональные слова неосознанными движениями рук, позами, движениями головы и выразительной мимикой. На эту тему в самой империи ходило множество шуток. С уверенностью можно сказать что местную речь можно смело назвать диалектом, потому что в некоторых случаях использовались слова, не употребляемые в империи.

В целом у каждой профессии или гильдии существовал свой собственный жаргон или сленг. Как, например, у торговцев, к роскошному зданию гильдии которых я вышел в конце улицы. Или у портовых рабочих, или тех же воров, один из которых только что попытался срезать у меня кошелек с пояса, но тут же был пойман за руку.

Мелкий сопляк лет десяти, попытался вырваться из моего захвата, но не смог.

Заломив мальчишке руку отвел его в переулок где было не так людно.

— Ты что же щенок, не распознал масть и полез с пиской мошну стричь? — прошипел я, прижимая парнишку к стенке за сломанными овощными ящиками.

Нелепо вывернув голову, мелкий воришка только сейчас распознал кольцо, надетое на моей левой руке поверх тонкой шелковой перчатки. Кольцо настоящее, воровское, снял с трупа авторитетного вора, которого лично убрал, после того как окончательно раздавил гильдию воров в Хадарисе.

— Звиняй баршня-фортова, непризнал, мыя вна.

— Кто на торговых масть держит?

— От Брюхатой толчеи до Луженого моста Страк, я под ним работаю.

— А над городом?

— Барон Тарталь, он в «Куцей лапе» дела ведет, — не стал юлить малец.

Порывшись в кошеле достал серебряный империал и протянул парню.

— На, писарь, веди к Тарталю, а в другой раз будь повнимательней.

Вариантов парнишке я не оставил. Мало того, что он попался, так еще и на авторитета нацелился, о чем говорил мой перстень, теперь по местным «понятиям» пока я не решу, что парень мне больше не нужен, он просто обязан выполнять любые мои требования.

Трактир «Куцая лапа» находился на самом краю торгового района, на границе с портовым. В стороне от больших улиц, но сам выглядел шумным и многолюдным.

— Мне внутрь нельзя, — пискнул мальчишка. — Не по масти. Страк узнает, башку мне открутит.

— Твой Страк, что законов не знает? Ты попался, шепелявый. А это уже значит задолжал. Ладно, дуй на свою делянку. Сама тут разберусь.

Идти в подобный кабак в такой одежде как у меня, конечно несколько странновато, тоже не в масть, если можно так выразиться, слишком хорошо я одет для подобного заведения, но выбора нет.

Распахнутые окна, тусклый свет, в углу зала сидит мертвецки пьяный шарманщик, которому только и хватает сообразительности что крутить ручку своей сиплой бандуры. Прокуренный воздух сизый от дыма, пропитанный зловонием дешевой сивухи и кислым пивом. Посетители жмутся по темным углам, что-то негромко обсуждая вливаясь голосами в монотонный гомон.

Мое появление в дверях таверны заставило весь этот гул мгновенно стихнуть, и только шарманщик наяривал, не обращая внимания ни на что вокруг.

Окинув взглядом большое помещение, я скорчил недовольную гримасы и переступив через ногу валяющегося на полу забулдыги, направился к стойке трактирщика, который так же как все, еще способные держаться на ногах с открытыми глазами, изучал меня с ног до головы.

— Есть что-нибудь, что не стыдно подать даме, — спросил я трактирщика выкладывая на прилавок пару серебряных империалов, одновременно с этим демонстрируя свой перстень.

— Пестийское белое, из молодых, весьма хвалят, даже в верхнем городе, — тут же ответил трактирщик смахнувший серебро со стойки.

— Сойдет, — киваю в ответ. — А еще организуй поговорить с Тарталем.

В ответ на это трактирщик только покосился на бугая-вышибалу, что сидел с торца стойки. Бугай ушел, куда-то на второй этаж, а трактирщик при мне отбил сургуч на горлышке новой бутылки демонстрируя мне что наливает из непочатой. Сообразительный, этот видать хорошо в мастях разбирается.

Минуты через три спустился вышибала и только кивком пригласил подняться вместе с ним. Прихватив с собой бокал с вином, я спокойно проследовал за верзилой по скрипучей лестнице на второй этаж.

Местный глава гильдии явно экономил на масле для ламп, почти весь второй этаж оказался погружен во мрак, и только в дальнем конце длинного коридора сквозь щели в дверях пробивался яркий свет.

За дверью, окружив игральный стол резались в местный аналог карточной игры пятеро крепких ребят. Одеты неброско, но видно, что не в простые ткани. У парочки из парней на левых руках красовались перстни с мастями чуть пожиже чем у меня.

Стоило только войти в дверь как все пятеро тут же похотливо уставились на меня.

— Доброго вечера, мальчики. Представляться не стану, для вашего же блага. Я в городе по делу, выполняю заказ. К вам зашла только из вежливости. После выполнения работы, занесу десятину, — произнес я, уверенно подтягивая к столу свободный стул, кокетливо усаживаясь на него. — Есть вопросы?

— Масть у тебя козырная, дамочка, но у нас так дела не делаются. Мы берем четверть от всей добычи, а с имперской гастролерши вроде тебя, так и вовсе возьмем половину, — высказался лысый увалень во главе стола, видимо тот самый Тарталь.

— Говоря о масти, ты имел ввиду перстень? Лысик? Так он не мой. Сняла с трупа авторитетного вора имперской гильдии, которую я же и раздавила. Представляешь, пухляш, требовали от меня двадцать долей. А я девушка очень капризная, прижимистая и крайне несдержанная. Повторю еще раз, тугоухий ты мой, я работаю по заказу.

Один из собутыльников главаря нагнулся и что-то тихо прошептал боссу на ухо. В этот же момент Тарталь побледнел и нервно прижал руки с игральными картами к столу.

— Десятая доля, это оскорбление, леди Мара. Вы не у себя в империи, а нам тоже надо свой авторитет поддерживать. Мы не имперцы, по мелочам не щиплем, место у нас бойкое, добычи много. Наша доля справедливая.

— Раз уж слухи обо мне дошли и в эту глушь, скажу от себя вот еще что, моему Хозяину нужна переписка Верховного иерарха здешнего монастыря с главой ордена на острове Фолис. Вот моя специализация. Что ты будешь делать со своей половиной моей добычи? А пухляк? Попытаешься продать обратно его святейшеству? В монастыре наверняка полно золота, но я не за ним туда пойду, смекаешь? После прочтения я смогу отдать тебе хоть всю переписку, перепродавай, дело твое, а я порадуюсь на центральной площади города тому, как инквизиторы будут вышибать из тебя радостный вид, прежде чем усадят на кол, или закроют в клетке на столбе с переломанными руками и ногами после колесования. Вот такая веселая перспектива ждет всех вас если получите половину моей добычи. Специально ради вас прихвачу немного золотишка, но не больше чем на десятую долю, да и то, сколько смогу унести. Теперь вам все понятно? Да и кстати, что я получу за свои десять долей? В чем будет заключаться ваша роль? Это ведь золото, и я готова его отдать, вот только хочу знать, за что?