Лейкстоун. Спаси меня, если сможешь - Ривенс Сара - Страница 10

– Ну, я так понимаю, одна ты сегодня не уснешь, – усмехнулся Коди. – Можешь завалиться ко мне.

– И что ей у тебя делать, Уилсон? – фыркнула Рокс. – Лучше пусть спит у меня. Как раз мама приедет!

Такие заботливые. Я изобразила улыбку. Было бы здорово переночевать у Рокс, но я не хотела мешать их встрече с матерью.

– Давай я сегодня поеду к Коди, – решила я. – Я знаю, ты соскучилась по маме, и она по тебе тоже. Но завтра точно приду.

Коди прыснул со смеху, глядя, как злится Рокс.

– Короче, Уилсон…

– «Если с ней что-нибудь случится, твоя жизнь превратится в ад». Да-да, знакомая песенка, Райдер, – вздохнул Коди. – Не переживай. Ты мне не доверяешь, потому что мы плохо знакомы, зато Айрис я знаю хорошо и позабочусь о ней. Собирай шмотки, Саймонс. Сегодня у нас пижамная вечеринка.

01:00 Студия Коди

– Нет, не хочу.

– Айрис, ну пожалуйста! Я ни разу не видел тебя без линз!

Я закрыла глаза ладонями и застыла, живот свело судорогой при мысли, что придется открыть веки. Настоящий цвет моих глаз знали только моя семья и Рокс. Родители, конечно, юмористы, имя мне подобрали удачное[2].

– Ты будешь надо мной смеяться.

– Совсем сдурела? Конечно нет.

– Они все так говорили! – трагическим тоном воскликнула я.

Меня накрывало все сильнее. Грудь сдавило, дышать стало тяжело. Я медленно убрала руки от лица. Я, конечно, пыталась отшучиваться, но внутри мне было реально страшно.

Коди разочарованно вздохнул, увидев, что я не открыла глаза, но потом все-таки усмехнулся.

– Вот интересно. Я был достаточно бухим, чтобы ты мне об этом рассказала, но недостаточно, чтобы об этом забыть, – пробормотал он, сидя на полу. – Давай, Саймонс. Честно, я ничего тебе не сделаю, если ты их покажешь.

– И смеяться не будешь?

– Обещаю.

Я сделала глубокий вдох, чуть приподняла веки, и желудок сразу скрутило. Меня трясло, как в лихорадке.

– Почему ты так боишься?

– Потому что мало кому нравятся мои глаза, – призналась я, заморгав.

Когда я наконец посмотрела на Коди, глаза его округлились, а рот приоткрылся. Мне стало ужасно неловко: слишком откровенно он пялился.

– Но нафига ты носишь линзы?

У меня чуть не лопнули барабанные перепонки от его вопля.

– У тебя нереальные глаза, Айрис, – уже тише заговорил он. – Да блин, куча народу обзавидовалась бы!

Неправда. Они мерзкие, и он это знает.

– А я завидую тем, у кого нормальные глаза, – пожала плечами я.

– Чем тебе свои не нравятся?

– Расскажу, когда ты набухаешься, а я обкурюсь.

Он захохотал и выпрямился. Я сжала кулаки, стараясь унять дрожь. Теперь Коди знает о моей главной слабости, и от этого тревога накрыла с новой силой. Скорее всего, он просто врет. Просто не хотел меня обидеть, а на самом деле не считает мои глаза красивыми.

Но вдруг…

Ничего не вдруг, не будь дурой.

– Мне звонила стервоза, то бишь мать, – внезапно признался Коди. – Но как твой отец не берет трубку, так и я не взял. Не стал совершать ошибку.

– Ты знаешь, чего она хотела?

– Да насрать мне на ее хотелки. Надеюсь, это было что-то из разряда «вопрос жизни и смерти» и этот звонок был ее последним шансом выжить.

Я покачала головой. Мать бросила их с братом, когда у отца обнаружили рак кишечника. Коди пришлось тащить все на себе. Финн был старше на три года, но тогда был еще ребенком, совершенно не готовым брать на себя такую ответственность. В отличие от Коди. Их мать устроила новую жизнь, обзавелась новым мужем и новыми детьми, которых любила. Почти как мои родители.

Несколько лет Коди с Финном проводили больше времени в больнице, чем дома. А когда Коди исполнилось девятнадцать, болезнь унесла отца. Они с братом продали большой семейный дом, чтобы купить две маленькие квартиры и погасить долги за лечение. Финн сначала был против, но решать было не ему. Он всегда был куда менее самостоятельным, чем брат… И ждал, что мать вернется – как я ждала отца.

– Ты уже засыпаешь, Саймонс.

Коди погасил свет, задернул шторы, и комната погрузилась в темноту. Я почувствовала, как он ложится рядом со мной на диван-кровать и с облегчением выдыхает. Я тихо рассмеялась.

– Можно вопрос?

– М-м?

– Почему ты так уверена, что к тебе кто-то заходил?

– Коди, я себя знаю. Я растяпа. Я бы швырнула мобильник куда попало, как дикарка, но никогда – слышишь, никогда – не положила бы его аккуратно на тумбочку и не намотала бы наушники. А еще… я проснулась ночью и… почувствовала, что в доме кто-то есть.

– Серьезно?

– Да, хотя… не знаю. Мне всегда так кажется, когда я одна в темноте. Слушай, даже если там и правда кто-то был, я бы ни за что не пошла проверять, боже упаси. Жизнь – это не фильм ужасов, я притворялась бы трупом до утра. Собственно, я так и сделала. Я ведь даже не умею защищаться!

Коди фыркнул. Ну да, такая я трусиха.

– Да ты на меня посмотри, – добавила я. – Пятьдесят пять кило со всеми потрохами, если возьму нож, то обязательно порежусь, а когда мне страшно, я плачу. Он к тому же дебил, раз выбрал самую убогую нищебродку в районе.

– А с чего ты взяла, что это был вор? – спросил Коди, заливаясь смехом.

– Я на это надеюсь, вообще-то. Потому что если он пришел за мной, это уже называется похищение.

Прикалывайся, это полезно, прячь свой страх за шуточками.

– Ты была права. Рокс сегодня даже не пыталась тебе позвонить.

– Она даже не проверила наш секретный код, охренеть можно!

– Я так и не въехал, в чем там смысл, – поморщился Коди.

– Надо спросить любимое число. Если называешь цвет, значит все нормально. Если число – это сигнал об опасности, – объяснила я.

– Круто. Я думал, вы тупее.

Я ткнула его в плечо, и он засмеялся.

– Думаю, они просто давно с мамой не виделись, – сказал он.

Я кивнула. Рокс заслужила вечер наедине с мамой, заслужила, чтобы о ней заботились, ведь сама она опекала меня, как собственное дитя.

– Спокойной ночи, Саймонс.

– Спокойной ночи, Коди.

Два дня спустя, 23:00

Я сидела на багажнике машины, жевала бургер и прокручивала в голове свои проблемы. Вокруг – тишина, деревья, ночь. Я всем сказала, что готова ехать домой, но на самом деле тянула время. Мне не хотелось возвращаться, поэтому я остановилась у озера за городом. Это место, полностью скрытое от глаз, я нашла случайно два года назад.

Все мои чувства забили тревогу, когда раздался рев мотоцикла. Байк ехал не по тропе, а прямо ко мне. Я с трудом проглотила кусок, когда мотор заглох всего в нескольких метрах. Обернуться я не решилась. По спине пробежал холодок, и я сразу же написала Рокс.

Официальное заявление: если незнакомец меня не прикончит, это сделает Рокс.

– Не думал, что кто-то еще знает это место…

Сердце в груди отчаянно дернулось. Это был тот самый голос, который уже несколько дней крутился у меня в голове. Парень из клуба.

Ах ты ж, блинский блин…

– Опасно такой девушке гулять тут одной ночью.

Пожалуйста, только не неси пургу, а…

– Наверное, таких девушек не особо волнует опасность, – выдавила я через несколько секунд, упорно избегая его взгляда.

Ой, не смеши. Ты уже пару раз за десять минут чуть не обоссалась от страха. И еще что-то там вякаешь.

Внутренности скрутило от смеси страха и возбуждения. Черт, этот парень разжигает во мне все мои сексуальные порывы. Я помнила, что у него идеальны и тело, и лицо. Дьявольски идеальны.