Безумный карнавал (СИ) - Эльтеррус Иар - Страница 9

Ни Кейсав, ни Сейла, ни таламарские мастера не знали, что, воспользовавшись неразберихой, несколько совсем другого вида тварей, имевших свое, особое задание, миновали дозоры и скрылись на бесконечных травянистых равнинах.

Придя в себя, Сейла поспешила вернуться в Наэрту, оставив Кейсава в Таламаре — слишком беспокоилась о сыне. Однако молодой чародей тоже не собирался особо задерживаться. Проверит, что с тварями справились окончательно, и тоже отправится домой. Жаль что гарнизону придется дожидаться следующей активации портальной арки в Городе Мастеров, до нее еще двадцать шесть дней. Но так все равно будет быстрее, чем если воины отправятся в Наэрту на быках, на что потребовалось бы полтора месяца. Нет, надо все-таки разобраться с портальными арками и настроить их как следует. Вот только нужно еще время найти на это — забот столько, что дышать некогда.

Возможных учеников в Наэрту пока так и не пришло, а сам Кейсав до сих пор из одаренных сталкивался только с маленькими детьми, которых учить просто рано. Но этот вопрос требовалось решать, и как можно быстрее. Его не оставляло предчувствие какой-то беды, что-то должно было случиться, но что? Молодой чародей не знал, и от того еще сильнее нервничал.

Несколько раз облетев Таламар, Кейсав не обнаружил выживших тварей и вернулся в ратушу, ему следовало договориться об очередных поставках продовольствия в Наэрту. Золота пока еще хватало, но надо будет озаботиться поиском еще нескольких кладов древних коллег. Где они приблизительно спрятаны молодой чародей узнал еще от Фаэра. Так что о деньгах он не переживал, да и за исцеление богатые горожане готовы были платить.

Поиски посоха Фаэроль ни к чему не привели — он как в воду канул. А найти его необходимо — без него с жрецами не справиться. Последнее нашествие показало это четко. Что будет, если стаи окажутся раз в десять больше, чем были сейчас? Ведь тогда заклятие, дважды использованное Кейсавом, не спасет. К тому же существовало еще и предсказание о нападении во время большого карнавала в Олантане. Если это случится, потери будут грандиозными, и праздник превратится в горе. Откуда возникло понимание, что допускать этого ни в коем случае нельзя. Почему? Трудно сказать. Вполне возможно, что этого хочет один из управителей.

— Мастер, что нам делать? — подошел к Кейсаву Байра.

— Ждать меня или Сейлу здесь, вот деньги для прокорма воинов, — молодой чародей достал из пространственного кармана кошель с золотом. — Возвращаться домой пешком или на быках будет дольше, чем дожидаться новой активации арки. Так что к этому времени кто-то из нас прилетит. Кстати, каковы наши потери?

— А их нет! — радостно улыбнулся командир гарнизона. — Только раненые, но вы их всех на ноги поставили. Мы и повоевать-то толком не успели! Ополченцы сработали на отлично! Мы только бреши перекрывали. Вот у них потерь хватает, почти четверть ополчения полегла, в городе сейчас вдовий плач стоит…

— Не слышали, Совет выполнил свое обещание? — поинтересовался Кейсав.

— Выполнил, — подтвердил Байра. — Всем семьям, кто кормильцев лишился, выплатили пособие и назначили пенсию, никто не жаловался.

— Слава миру! — улыбнулся молодой чародей. — Проследите, пожалуйста, чтобы воины тут не слишком шалили. А то перепьются и натворят дел, а мне потом с Советом объясняться.

— Прослежу, — пообещал командир гарнизона, прекрасно знавший, что солдаты — это те же дети, только большие, и за ними нужен глаз да глаз. Только чуть отвлечешься, как они уже что-то натворили.

В какой-то момент он вспомнил о просительнице, передавшей письмо для владетеля, и отдал его Кейсаву.

— Это что? — удивился тот. — Откуда?

— Да из приюта местного, с хлеба на воду перебивающегося, — объяснил Байра. — Там говорят, и одаренные дети, которых вы ищете, есть. Его содержательница под вашу руку просится, тут ни она, ни ее приют никому не нужны, Совет бедную прочь погнал, когда пришла денег просить. А оно бы неплохо свой приют в замке иметь, не пришлось бы воинов и работников на стороне искать, своих бы выращивали.

— А что, это хорошая мысль! — заметил молодой чародей. — Мы не обеднеем, не объедят нас несколько десятков ребятишек. Будет, где содержать малышей, которых еще рано учить. Где этот приют, говорите?

— На триста семнадцатой улице, в самом конце, из серого гранита, приземистый, двухэтажный, давно ремонта требующий, вот-вот развалится, судя по виду. Если еще не развалился.

— Хорошо, тогда я скажу содержательнице, чтобы собиралась, вместе с вами через арку в Наэрту уйдет.

— Пусть ко мне подходит, малых не обидим.

— Тогда я полетел.

Кейсав превратился в кайру и взлетел, оставив внизу покачивающего головой воина, которого до сих пор удивляла эта способность их владетеля. Молодой чародей уже неплохо знал Таламар, до трехсотых улиц гигантского города лететь было довольно далеко, на северо-восточную окраину, они считались самыми трущобами, там жила, в основном, беднота. А бал правили многочисленные банды. Стража в эти места просто не совалась.

Нужную улицу удалось обнаружить далеко не сразу, да и описанный Байрой дом тоже — почти все дома в округе строили из серого гранита, привезенного из восточных гор — ежедневно в Таламар по Таире сплавлялись десятки барж с камнем из из Горного края Древних. Когда-то там находились бесчисленные подземные города акала, но что с ними случилось дальше Кейсав не знал, а Фаэр не рассказывал.

В какой-то момент молодой чародей заметил, что в дверь полуразрушенного дома на самой окраине стучат трое громил, если это можно было назвать «стучат» — они лупили в хлипкую дверь ногами с воплями: «Кхара, открывай по-хорошему, хуже будет!». Наконец дверь скрипнула и на пороге появилась худая женщина лет традцати пяти на вид. Она тоскливо посмотрела на посетителей и спросила:

— Ну чего вам?

— Деньги давай! — хрипло рявкнул один из громил.

— У меня нет денег ни медяка, дети третий день голодные, — не вытирая потекших по щекам слез прошелестела женщина. — Совсем совесть потеряли?

— Чуешь, чем пахнет? — поднес ей под нос кулак второй громила. — Денег нет, так давай девчоночек своих молоденьких, сочненьких. Попользуем. С их не убудет! Го-го-го!

Услышанное возмутило Кейсава до глубины души, он мгновенно ощутил ледяное спокойствие, этого своего состояния он сам побаивался, в нем молодой чародей был способен сотворить что угодно. Люди, простые работающие люди вышли защищать свой город, а эти твари мало того, что отсиделись за их спинами в безопасности, так еще и собрались детей грабить⁈ А может и чего похуже? Он смотрел на похохатывающих громил, как на нечто поганящее самим своим существованием мир. Таких просто не должно быть.

То, что случилось после этого, запомнилось выжившим бандитам на всю оставшуюся жизнь, впрочем, бандитами быть они вскоре перестали — завязали. Пришлось, иного выхода им не оставили. Слишком большой шок и ужас испытали. В нескольких шагах от них с неба рухнула большая белая кайра, грянулась об землю и превратилась в молодого мужчину, который протянул руки вперед, на них появились и завертелись клубки мохнатого пламени. Потянуло жаром, как от кузнечного горна.

— Значит, девочек маленьких тебе захотелось, ошибка мироздания? Это ты зря, за это ты приговариваешься к смерти, — спокойно произнес колдун, небрежно махнул рукой, и еще недавно гогочущий от чувства вседозволенности и уверенности в собственной силе бандит запылал и завыл от боли, рухнув на выщербленную мостовую. Впрочем, выл он недолго, за несколько мгновений превратившись в невесомый серый пепел.

Колдун повернулся к остальным двум бандитам, мертвенно побелевшим от жуткой картины, и тяжело уронил:

— Отныне этот детский приют находится под защитой чародея Кейсава, ученика Фаэра. Любой, осмелившийся ему навредить хоть в мелочи, будет иметь дело со мной. А вы обо мне слышали, думаю.

— Да кто ж о вас не слышал, ваша милость?.. — хрипло выдохнул один из громил, падая на колени, второй, чуть не теряя сознание от страха, последовал его примеру. — Спаситель города…