Безумный карнавал (СИ) - Эльтеррус Иар - Страница 3

— Связность мира⁈ — чуть не подавился воздухом от такого известия Ранит. — Ты уверен⁈

— А вы давно смотрели на Дэлоуэ из верхних слоев ментала? — язвительно поинтересовался принцип Разума. — Поднимитесь, поглядите. Может, чего дойдет. А я подожду.

— Подтверждаю, — понурилась Эллана. — Я тоже не верила во многое, пока не поднялась в ментал впервые за последнюю тысячу лет. Не буду описывать увиденное, своим глазам вы поверите больше.

Переглянувшись, Ранит с Гантой покинули Серебряный город и скользнули сначала в астрал, а затем в ментал, начав подниматься в последнем все выше. Они действительно не делали этого много сотен лет, просто не считали нужным, будучи уверенными, что в случае беды их предупредят старшие. Хотя бы те же Айан и Найа. Тем более, что за связностью мира следили созданные еще при помощи демиурга энергоконструкты.

Поднявшийсь на максимально доступный им уровень, принцип Сознания и соответствие Животного мира принялись изучать картину энергетических потоков родного мира. И ужаснулись. Танан оказался полностью прав — связность Дэлоуэ была не то что нарушена, а разрушена напрочь. Язвы на энергетическом теле планеты выглядели омерзительно, возникало ощущение, что в них бурлит что-то чужое, скорее даже чуждое и жуткое. Хотя нет, связность была все же не разрушена, а извращена. Очень сильно извращена. И ситуация явно продолжала ухудшаться.

Вернувшись в Серебряный город, Ранит с Гантой хмуро уставились на Танана с Элланой.

— Увидели? — неприятно усмехнулся Небесный Канатоходец.

— Увидели, — подтвердили принцип и соответствие.

— Дошло?

— Дошло. Очень доходчивая картина.

— И что будем делать? — пристально посмотрел на остальных Управителей Танан.

— Аватаров вырастить мы не успеем… — констатировал Ранит.

— Мой вырос и уже занят делом, — сообщил принцип Разума. — Надо будет только ему немного помочь. Главное, вывести на него возможных учеников и подсказать, где искать Дары Обета и оставшиеся книги великого Тетроса. Часть их уже у него. Также наша задача мешать Шиннане, всеми силами восстанавливая связность мира, ее планам это не даст реализоваться в полной мере. К сожалению, права на прямое вмешательство мы не имеем.

— Ты знаешь как можно восстановить связность? — поинтересовалась Ганта.

— Частично знаю, — ответил Танан. — Необходимо сильные всплески позитивных чувств. Например, я планирую сделать олантанский большой караван глобальным праздником, распространить его на все города и селения Дэлоуэ. Это даст такой всплеск положительных эмоций, что закроет сразу несколько брешей в эгрегоре мира.

— Шиннана обязательно попытается помешать, — покачал головой принцип Сознания. — Тех же тварей на город во время карнавала натравит. И радость превратится в горе.

— Да, она это планирует, — кивнул Танан. — Точнее, планирует Грахва. Мне это известно. И надо хорошенько подумать, как заранее отбить атаку, чтобы она не помешала проведению карнавала. Хотя бы Олантане, Лэре, Зерте, Таламаре и Эсталане. Мне нужен этот всплеск радости, причем неоднократный, чтобы заштопать несколько особо опасных прорех. Тогда мой аватар успеет создать школу и воспитать учеников, чтобы было кому вести последнюю битву. А ее не избежать, вы должны это понимать.

— Понимаем, — в один голос отозвались управители. — Теперь понимаем. И очень сожалеем, что не понимали раньше.

Вскоре все четверо разошлись, обсудив, что каждому необходимо будет сделать. Танан радовался, что он больше не один, но все еще полностью не доверял остальным. Слишком странным, непонятным и порой откровенно глупым было происходящее. Что-то во всем этом он не понимал. Но что? Придется приложить все силы, чтобы это выяснить.

— Мастер Кейсав! — заставил подпрыгнуть уснувшего за книгой чародея чей-то голос. — Просыпайтесь! Беда!

— Что случилось? — подхватился он на ноги, уставившись на Ромеса, ответственного за связь с Таламаром. Парень был ответственным и никогда бы не разбудил владетеля без причины.

— Наблюдателями замечены выходящие из Выжженного леса огромные стаи тварей! Об этом немедленно сообщили нам.

— Тревога по замку! — скомандовал Кейсав. — Гарнизону приготовиться к выдвижению и собраться возле портальной площадки.

За миновавшие с момента нахождения Черной книги полтора года успело произойти немало событий. Главным стало рождение у четы чародеев сына, названного Карианном. Сейла почти полностью ушла в уход за ним, ее даже ради учебы с трудом удавалось оторвать от младенца. Но все же продолжала учиться, прекрасно понимая, что их в покое не оставят.

Не так давно Кейсав нашел портальную арку в замке Наэрта, однако активировать ее сумел частично — она связывала замок только с ратушей Таламара, да и то срабатывала не чаще раза в месяц. Требовалось серьезно перенастроить ее, но такой возможности не было — никакой информации по настройке порталов обнаружить не удалось. Хорошо хоть в Город Мастеров можно было изредка переместить человек двести. И этого не изменить в ближайшее время. Молодой чародей довольно быстро понял, что это пока не его уровень — чтобы разобраться со столь сложными вариаторами и рунными конструктами понадобятся годы, если не десятилетия.

Помимо этого ценой немалых усилий удалось наладить постоянную связь с владетелями почти всех городов Дэлоуэ. Для этого пришлось посылать каждому из них заверенные Советом Мастеров письма, сообщая о наличии в его замке системы связи Древних. В результате этого к общей сети в течение года подключились Уантан, Лэр, Олантан, Зерт, Нарион, Таламар, Эсталан, Илмар, Тарихарад, Лиатхан, Кайсаро и Интар. Разве что с Наро и его капризным царем решили не связываться — слишком близко этот город находился от резиденции Грахвы. Чревато попаданием терминала связи в руки последователей Разрушительницы.

После разосланных по всему Дэлоуэ писем за жрецом и его подручными развернулась самая настоящая охота, гильдии убийц разных городов гоняли последователей Шиннаны нещадно, не простив попытки убийства их руками спасителя Лэра и Таламара. Одного подозрения о принадлежности человека к жрецам, которых за связь с тварями люди истово возненавидели, достаточно было для вынесения ему смертного приговора. Немало невинных пострадало из-за этого, но и множество подельников нового Даргала приказали долго жить, разрушив тем самым немало его схем.

Владетели, с подачи лэрского герцога Ферула и уантанского правителя Анфара, вскрыли сети влияния жрецов Шиннаны, казнив почти всех придворных чародеев, служивших на самом деле не им, а Грахве. Все связи оных чародеев отслеживались службами безопасности городов-государств, и каждого хоть в чем-то заподозренного без промедления брали к ногтю, допрашивая самыми жесткими способами. А затем всем желающим доставили из Уантана сыворотку правды, и скрыть от дознавателей что-либо стало совершенно невозможно, сыворотка действовала на всех, даже на самых сильных и опытных чародеев. Они, впрочем, почти не попадались, называвшиеся таковыми придворные большей частью оказались шарлатанами. Официальный замок Грахвы опустел, куда подевались его многочисленные обитатели выяснить не удалось. Найти там тоже ничего не смогли. Ни книг, ни мебели, ни тайников — жрецы все вывезли.

Кейсав носился между Наэртой и Таламаром, как ошпаренный, организовывая в последнем оборону, обучая местных ремесленников строить боевые машины, способные даже без помощи чародеев сдерживать тварей. Информация о них нашлась в книгах замка. Запасалось земляное масло, разливалось в кувшины, тренировались расчеты требушетов. Никто не отлынивал — люди хотели жить, и совсем не хотели терять нажитое имущество. Они понимали, что в битве многие полягут, но старшие мастера Совета издали постановление, что семьи погибших защитников не будут оставлены на произвол судьбы, о них позаботятся. Это сильно повысило мотивацию ополченцев, и они с новыми силами принялись за тренировки.

Однако нападение почему-то задерживалось. Видимо, Грахва узнал, что его ждут, и решил придержать коней. Но и отказаться от него жрец явно не мог — таламарские мастера портили ему игру везде, где только могли, донося информацию о новом Даргале даже в самые забытые медвежьи закутки. И не только словами — Кейсав нашел на складах Наэрты артефакты, позволяющие показывать зрителям свои воспоминания на большом, возникающем прямо в воздухе экране, и разослал при помощи таламарцев эти артефакты и кристаллы с записями воспоминаний о нападении тварей на Лэр по всем городам Дэлоуэ. Увиденное своими глазами напугало людей так, что за одно упоминание Шиннаны или Повелителя человека могли разорвать в клочья. Те, кто служил последнему, предпочли затаиться после того, как большинство их коллег развешали за ребра на крепостных стенах.