Бастард рода Неллеров. Книга 11 (СИ) - Усов Серг - Страница 35

Тут же продают всякую всячину, благодаря которой пахнет не только гниением и канализацией изо рва, но и свежей выпечкой и даже жаренным мясом, как когда-то у шашлычки Грача, это имя моего старого армейского друга в прежнем мире, открывшим мне вкус этого настоящего продукта, главный секрет которого — приготовление из парного мяса, только что с убоя. Достаточно крупные куски, соль, лук и часа полтора мариновать. Больше ничего не нужно, всё остальное добавляй потом по вкусу.

Здесь холодильников нет, сразу с бойни на огонь, так что, по идее тайна друга-армянина при готовке мяса здесь всеми применяется как единственно возможный способ, но не знаю, я бы тут у ворот есть ничего не стал, хотя, да, ароматы аппетитные.

Мои парни лихо раздвигают столпотворение перед стенами, для чего авангард нашего отряда увеличился до четырёх бойцов, туда направился сам сержант, а вот Эрик с Юлькой устроили настоящую свалку. Лейтенант у меня достаточно легко относится к деньгам, чего не скажешь об его юной жене, та всегда была жадновата, если дело не касалось самой себя любимой, тратилась лишь на всякие тряпки, украшения и сладкое, и то, последнее старалась получать от меня на дармовщину. Однако, свадебная неделя — это свадебная неделя, и не только от Эрика, а и от почтенной Ромм в стайку ребятишек, затем и в унылую группу увечных коллег уже при самом подъезде к мосту через ров, полетели горстки мелочи. Как по мне, вполне неплохая традиция. Чета Роммов от потери нескольких десятков зольдов не обеднеет, зато кому-то сегодня удастся поесть.

Уже на въезде на мост возникла небольшая заминка, выясняли, кто толще, если образно говорить, мой отряд или взвод графских егерей, направлявшихся из города. После коротких эмоциональных переговоров нашего сержанта с их лейтенантом выяснилось, что всё ж мы, и егерям пришлось попятить своих коней освобождая для нас дорогу. За что получили от меня благословение Создателя. Пусть я сейчас и не в сутане, а в походных зимних одеждах, под которые меня без особых уговоров уговорили надеть кольчугу, укреплённую магией, знак Жезла на моей груди виден хорошо, ярко. Накидка этому не мешает, как только дождик прекратил накрапывать, я её с себя скинул.

— Добнеса видишь? — спрашивает у меня Виктор.

— Да где ж в такой толпе-то его… а вон, ага, вижу, топчется с учеником, с двумя. — заметил при выезде из воротной арки Арчи, стоявшего с парнишками между телег короткого крестьянского обоза. — Зачем только припёрся, непонятно. Можно подумать, мы дорогу до подворья не знаем.

— Это он просто показывает, что ситуация под контролем. — ответил вместо подьячего Эрик.

Лейтенант опять бросил молодую супругу и догнал меня, оттеснив Ивана Чайку. Что ж, спасибо за пояснение, кэп. Мои спецназовцы на своих двоих, что называется. Впрочем, мы по городу мчаться не будем, тут не разгонишься. И без того узкие улочки загорожены всем чем ни попадя, от прилавков и лотков, до тележек и бочек под дождевую воду, стекающую с крыш, и конечно людьми и животными.

— Начальник гонца в замок послал, — обратил подьячий внимание на помчавшегося от караулки стражника. — Наверняка сообщить о твоём прибытии.

— И что? — жму плечами. — Я из своего приезда тайны делать не собираюсь. Наоборот, сам нанесу визит вежливости. Проявлю, так сказать, уважение соседу. Подарки вручу. Заодно дам Олегу порадоваться, как он молодого аббатика вокруг пальца обвёл, передав за реальные деньги права на добычу неликвида, я про оловянные рудники, и продав запасы этого металла, залежавшегося у его управляющих на складах. Вот, брат Виктор, пример сотрудничества с ненулевой суммой. Когда обе стороны окажутся в выигрыше.

— Недолго, — засмеялся подьячий. — Как только до графа дойдёт, какие доходы ты начнёшь получать от его олова, а поймёт он это очень скоро, оловянная посуда уже даже кое-где в Готлине появилась, придёт в бешенство. Привет, Арчи. — поздоровался он с приблизившимся сержантом Добнесом.

— И вам всем здравствовать, — склонила передо мной и получил благословение наставник моих спецназовцев. пара его подопечных к нам не приблизились, делая вид, что просто прогуливаются. — Наши друзья, все семеро, сейчас занимаются своими делами. Так что, можете спокойно ехать до подворья.

Да я и так особо-то не переживаю. У меня я сам и весь отряд снабжён амулетами и экипирован на все сто. Если что насторожило, так это появление оловянной посуды здесь в городе. Специально ведь отправляю её подальше в Верцию к Барту Итрову, своему представителю, чью семилетнюю дочь поставил на ноги, и он теперь помимо крупной торговли скотом занимается продажами в республике и её портах продукции нашей обители. Как здесь-то оказались оловянные миски, кружки и ложки с вилками? Контрабанда из монастыря? Воровство? Или кто-то настолько тупой, что не смог запомнить моих жёстких указаний. С этим нужно будет обязательно разобраться. Хотя, кажется сейчас вспоминаю что-то о том, как казначей бросил фразу насчёт того, что, дескать, первую бракованную партию изделий в переплавку посылать не стали. Типа, вот какие молодцы, сэкономили. Ослы, если так, если и в самом деле здесь в Готлине продали придурки. Тут ведь не в том принцип, хороши изделия или плохи, а в том, что пусть при чуть более высокой цене, чем дерево или глина, экономия у владельцев заведений получится очень большой, отсюда и растущий спрос обеспечен. Ладно, надеюсь, до местного правителя и до соседки баронессы ещё не дошли сведения о дополнительных возможностях в использовании этого мягкого металла. Успею обстряпать с ними наши делишки до того, как сообразят.

Заговорил о другом, когда свернули на улицу Жестянщиков:

— Виктор, Эрика с красавицей супругой посели в гостинице, разумеется, в новой, и миледи Паттер там же номер найди. Сможешь?

— Да легко, — пожал тот плечами. — А что так, твоё преподобие, не нравится их компания или считаешь, вам там во флигеле тесно в четырёх комнатах будет? Так в нём и кухня с верандой имеются, и три кладовые.

— Не в этом дело. — отмахиваюсь. — Пока ехали, план, который вызревал у меня в голове, наконец сложился. Разместимся, расскажу, что придумал, и почему так, а не иначе.

Расследования прошлого покушения, устроенного зилотами империи, мне и так, как говорится, выше крыши хватило. Опозорили хвалёных диверсантов, и будет с них. Сейчас вот думаю, ни к чему мне это всё. Только гусей дразнить. Нет, не стану шум поднимать. Придумал, как и выманить на себя, перебить и прикопать где-нибудь по тихому. Графу скажем, что разбойники пытались ограбить подворье, да мы своими силами с ними справились. Думаю, он даже не сильно на это внимание обратит. Мало что ли в его городе разных грабежей, успешных или провальных, случается?

Вот и наше подворье, вон, вертеп, а там кабак, многолюдный базар на площади, бабу какую-то рыхлую, дебелую кнутом у столба хлещут к огромной радости собравшихся зевак, гончарный магазин, запах подгнивших овощей от лавки хромого Степа, моего старенького тёзки, мимо которой мы и въехали на площадь. Такое чувство, что и не уезжал.

А, нет, вру. Ограда подворья с левой от ворот стороны теперь выложена кирпичом, а не из заострённых брёвен, подьячий начал переделку, благо, мой кирпичный заводик после захвата пленных виргийцев, кого не выкупили, теперь пашет в две смены. Только и успеваем, что из глиняного карьера сырьё подвозить, он там рядом. Крыши, вижу, на наших зданиях новые. О, вон и тот самый флигель, недавно сооружённый. Так, глядишь, Витя здесь настоящий оазис комфортного и безопасного отдыха соорудит такой, что и в столицах не встретишь. Правда, нужно будет ещё изнутри оценить.

Несмотря на увлекательное зрелище — интересно, за что такой пожилой и явно не из голодающих тётке достаётся? — появление моего отряда на базаре незамеченным конечно же не осталось, да и не только на базаре. В спину нам из вертепа раздался молодой женский голос: «Мужчины! Заходите в гости! Ждём!», и смех поддержавших её призыв нескольких, высунувшихся из окон и демонстрирующих свои обнажённые груди девиц.