Бастард рода Неллеров. Книга 11 (СИ) - Усов Серг - Страница 28

Да уж, плохо, когда вот так сидишь у себя в глуши и не знаешь, что в мире происходит. На мачеху обижаться нет смысла, она от рычагов власти отошла, пусть и во многом формально, но братик-то мой единокровный Джей мог бы хоть иногда какие-нибудь весточки присылать? Я понимаю, что мы по местным меркам только недавно расстались, но уж у нас голубей для общения друг с другом полно, и этот запас пополняется, вон, как сейчас, иду к северному входу в здание, там лестница в библиотеку, и вижу, как у складов в сотне шагов от ворот грузится очередной обоз в Неллер и в один из фургонов запихивают клетку с почтовыми птицами. Сколько их там? На взгляд, десятка три, а ведь в нашем родовом замке ещё и четверти их числа для сообщения с обителью не отправлено. И это с начала лета. Герцог мог бы и почаще сообщать мне новости, к ним там наверняка больше, быстрее и подробней сведений о происходящем в королевстве и вокруг него доходят.

Ладно, за Бертой мои родственники не отслеживают, не того уровня особа, чтобы ей главы Неллеров интересовались, ну, это они так думают, посмотрим, что запоют, когда я их огорошу тем, что моя девочка их племянница, но об остальном-то я б на их месте держал могущественного мага своего рода постоянно в курсе. Сам не ожидал, что буду так переживать за то, что происходит в столице. Как там непутёвый папаша моей Берты Курт Неллерский поживает? Справляется ли прелат с делами нашего рода? Он в курсе, что мои Ригер с Эльзой вправе к нему в любой момент обратиться. Сказал, что сделает всё, что в его силах, чтобы в случае чего помочь.

За других родных тоже беспокоюсь — за баронета Митрия с моей прекрасной тётушкой Никой, за виконта Андрея, вице-канцлера, за баронета Василия Нарата и прочих членов неллерского клана. Сам от себя не ожидал, что буду так близко к сердцу воспринимать благополучие в общем-то не очень и близких мне людей. Наверное, их постоянная готовность прийти мне на помощь, уже не раз ими доказанная, сыграла свою роль. Понимаю, что они это делали не из симпатий или во всяком случае не из одних лишь симпатий ко мне, а в соответствии с традициями и правилами здешней жизни, но всё равно как-то сгорело душу и вызывает ответный поток благодарности и желания помогать.

Конечно же, и про своего друга принцессу Хельгу часто думаю. Может она уж королева, а я всё тут считаю, сколько мои куры яиц снесли. Кстати, зимой продуктивность птичников естественным образом резко падает, будь то кладки кур или уток с гусями Индеек, страусов и прочей экзотики не держим, а вот с имеющимся хотелось бы что-то сделать.

Увы, в родном мире, где как-то научились эту проблему решать, я не поинтересовался, самому же придумать сложно. Это, Степан Николаевич, вам не воровством и плагиатом кем-то у нас придуманного промышлять.

Да, глянуть бы хоть глазком, что там в Рансбуре сейчас у моего друга принцессы. Если б не её немножко вздорный характер и не столь высокий статус, в свете открывшихся обстоятельств, касающихся Берты, кто знает, как бы у нас с Хельгой всё срослось. Девчонка-то красивая, не отнять. И живость мыслей необыкновенная, хотя с этим никто и близко не может сравниться с маркизой Анной Миорской. Вот уж кто живчик-то. Совсем безбашенная.

А как там Люсильда, шпионка моя? Надо будет ей награду какую-нибудь с оказией послать. Эльза бывшей неудачливой отравительнице серебра помаленьку подкидывает, да, но деньги деньгами, а, по себе знаю, внимание и почёт дороже. Пошлю ей такой же набор косметики, что и родным. Пусть порадуется прохиндейка. Перефразируя известную фразу родного мира, она сукина дочь, но она моя сукина дочь.

— Ой, ваше преподобие! — молодой монашек, едва я подошёл к нашему боковому крыльцу и только поставил ботинок на первую ступень, едва не сбил меня с ног, выскочив из двери и сбегая по ступеням, приподняв полы сутаны.

Вот да, я тоже сейчас в своей форменной церковной одежде и приходится задирать мантию, словно бабы подолы длинных платьев. В кои-то веки иду, направляясь в библиотеку один, кто б знал, как мне надоело постоянное наличие хвоста в виде друга, помощников, соратников, охраны, эскорта. Даже при том, что, видя мою задумчивость, они ко мне с разговорами не лезут и по пустякам не тревожат, а всё равно присутствие других рядом ощущается. С сегодняшнего дня — пора начинать устанавливать свои порядки, меньше оглядываясь на общепринятые — я сообщил всем, чтобы ко мне, пока не подзову, никто не подходил, если нет никаких срочных дел. До этого молодого монашка — Игорь или Юрий? — не вспомню сейчас — видимо решил, что сбивать с настоятеля с ног — это не то же самое, что подходить без вызова.

— Смотреть нужно, куда несёшься, — нравоучительно говорю брату Не-помню-как-его-там. — Пожар? Удар молнии? Наводнение? Что случилось?

— А, это, ваше преподобие, краска для кожи обёрток закончилась. Мне брат Валерий вчера сказал забрать из мастерской брата Густава, а я забыл. — опустил он голову.

— Плохо, плохо, — качаю головой. — Ай-яй-яй. Ну, да, повинную голову меч не сечёт, — произношу мудрость родного мира и вздрагиваю от грохота за спиной.

Обернулся и увидел, как демонтаж виселицы превратился если не в катастрофу, то в аварию. Полностью развалилась — и два из трёх поддерживающих перекладины столбов упали, и, соответственно, обе перекладины и подпорки. Угу, криворукие. Вернее, недоумки, недоумок. Я про брата Кирилла. На такое дело взял рабов-неумех. Ладно, понимаю, сейчас с народом у меня дефицит в перезагруженных мастерских, но из оставшихся-то можно было выбрать покрепче, а не этих задохликов.

Да и чёрт с ними. Главное, не покалечился никто, один лишь, смотрю, ушибом отделался. Ага, а остальным сейчас палкой от монаха достанется. Уже начал лупить почём зря.

Демонтаж производится по моему приказу. Всё, надоело мне выступать судьёй по каждой мелочи. Теперь на мне только рассмотрение преступлений религиозного характера. Уголовные все передал, как это принято в городах, назначенным мною двум судьям из состава совета поселения. Я теперь стану только утверждать их приговоры, ну и естественно отклонять, если меня что-то в них не устроит. Права амнистии за мной разумеется остаётся. Это из области общегосударственного владетельного права.

И казнить теперь за уголовку будут на центральной площади поселения, надоело мне трупный замах чувствовать, особенно по утрам, и особенно при высоком давлении, прибивающим утренний туман к земле, из-за которого и мертвечиной воняло невыносимо, и даже ароматы вынесенного за пределы стен обители свинарника доносятся. От второго избавиться никак не получится, зато с первой бедой проблему решил. У нас напротив церкви останется только помост для порки. Все виды смертоубийств, не только повешения, вон отсюда. На площади, всё на площади. Заодно народ мой порадуется. Кто тут не любит на жуткие муки себе подобных смотреть?

— Вы меня простите, ваше преподобие? — а то ли Игорь, то ли Юрий так и не ушёл, смотрит на меня с испугом.

— Нет, брат, всю жизнь буду помнить, — сказал и вспомнил, что тут не все могут оценивать иронию, особенно если она исходит от такого великого человека как аббат Степ, принимают мои слова всегда за чистую монету. Поэтому сразу же поправляюсь: — Я уже забыл о нашем столкновении. Только удивляюсь, почему ты ещё здесь? Не получишь подзатыльник от доброго брата Валерия? Беги же, пока не случилось столь страшное событие.

Парень, вдруг икнув, что вызвало у меня непроизвольную ухмылку, раньше я только читал в прошлой жизни, что можно икать от испуга, а воочию увидел впервые, побежал к мастерским, едва не попав под лошадь выехавшего из-за угла нашего главного здания лейтенанта Макса. Мой наставник сегодня лично возглавляем патрулирование монастырских владений и взял с собой вдвое большее количество людей — помимо десятка вооружённых братьев ещё и взвод лейтенанта Вилкова без своего командира. Крестьянские мальчишки из Гутово, самой большой моей деревни, подаренной обители нашим родом ордену Молящихся в качестве взноса за мои приём и назначение, позавчера, собирая хворост — за рубку деревьев без ведома старосты им бы руки отрубили несмотря на возраст — увидели в дубраве на левом берегу Готы каких-то подозрительных вооружённых мужчин. Четверых.