Соцслужба для монстров. Люди на блюде (СИ) - Сиалана Анастасия - Страница 8

Когда она ушла готовить бумаги, я осталась стоять у окна. Снаружи город медленно просыпался: вдалеке уже доносился звон рынка, стук каретных колес и крылатые силуэты мелькали между крыш. Всё казалось новым, странным, пугающе живым.

А внутри дома снова что-то щёлкнуло — коротко, будто кто-то тихо рассмеялся.Я посмотрела на стену и сказала шёпотом:

— Не начинай, я и так полночи не спала.

В ответ камин слегка треснул, как будто усмехнулся.

Я допила кофе, чувствуя, как горячая жидкость возвращает мне способность мыслить, и подумала: «Если утро начинается с улыбок, которые не греют, и домов, которые подшучивают над тобой, значит, день обещает быть… Бодрым». 

Мэрию Кросса невозможно было не заметить: здание возвышалось над площадью, как хищная птица над добычей, с остроконечными шпилями, огромными окнами и гербом города — переплетёнными силуэтами дракона и человека.Я остановилась у входа, машинально поправила воротник пиджака и вздохнула. Мой первый рабочий день. Новый дом, новая должность, новый шанс убедиться, что я действительно не создана для этого города.

— Вы отлично выглядите, — ободряюще произнесла Эльвина, шагая рядом с лёгкостью балерины. На ней, как всегда, всё сидело идеально: форма выглажена, волосы сияют, улыбка ослепительная и абсолютно пустая.

— Вы это говорите всем новичкам? — уточнила я, с сомнением поглядывая на отражение в стекле.

— Только тем, кто выглядит так, будто собирается на казнь, — с лучезарной мягкостью ответила эльфийка. — Она одарила меня тем самым сияющим, обнадёживающим взглядом, в котором, впрочем, не было ни крупицы настоящего участия.

Идеальный образ сочувствия. Идеально пустой внутри. Я вдруг поняла, что за её мягкостью прячется холод, привычный и вышколенный, как у врача, который уже видел слишком много пациентов и перестал верить в исцеление.

Мы миновали длинный коридор с табличками, из-за дверей доносились голоса, шелест бумаг, иногда приглушённое рычание. В воздухе пахло кофе, пылью и магией — лёгкой, как запах грозы. Здание казалось живым, будто впитало дыхание всех, кто когда-либо здесь работал. Мраморный пол блестел, отзываясь под каблуками приглушённым эхом.

Эльвина шла быстро, а я плелась следом, ощущая себя школьницей, которую ведут к директору. Ничего не могла поделать со своей неуверенностью. Профессионализм все еще спал.

— Итак, это наше отделение, вы были здесь вчера. Дорогу запомните быстро — сказала она, останавливаясь у массивной двери с табличкой «Служба социальной адаптации». — Ваша команда уже в сборе. Они ждали вас с самого утра.

Я успела подумать, что это звучит немного как обвинение, но невозмутимость эльфийки не давала никаких подсказок о ее истинных мыслях, поэтому я просто открыла дверь и вошла.

Помещение оказалось просторным, но не менее хаотичным. Три стола стояли вдоль стены, заваленные бумагами, кружками, магическими сферами и какими-то растениями в горшках, которые, кажется, шевелились. У дальнего окна сидела демоница в строгом костюме и читала документы, скрестив ноги и постукивая хвостом по полу. Волосы цвета темного вина, глаза янтарные, с вертикальными зрачками.

— Мисс Эверхарт, — произнесла она, даже не поднимая взгляда, — рада вас видеть. Если поступит обращение о нападении или угрозе жизни, это моё направление. С людьми всё понятно, с монстрами сложнее, но мы стараемся, — поприветствовала меня Сайра.

Я кивнула, чувствуя, что это «мы» пока ко мне не относится.

Рядом стояли два громилы: Бран и Тир, мои охранники. Медведь и тигр, оба в человеческой форме, но с той звериной мощью, что чувствуется на уровне инстинкта. Бран приветливо кивнул, а Тир просто смотрел с выражением «ещё один начальник, посмотрим, сколько продержится».

И, наконец, у третьего стола я увидела человека. Молодой мужчина, лет тридцати, с растрёпанными каштановыми волосами и улыбкой, которая могла означать всё что угодно: от приветствия до издёвки. Он оторвался от бумаг и легко поднялся.

— Джек Росен, — представился он, протягивая руку. — Юрист. Городской защитник, представляю жертв, если дело доходит до суда, но в идеале вы, мисс Эверхарт, должны сделать всё, чтобы до суда не дошло. Не люблю залы заседаний, так что считайте меня вашим мотиватором по деэскалации конфликтов.

— То есть, вы хотите сказать, что моя работа — это делать так, чтобы у вас ее не было?

— Абсолютно верно, — Джек подмигнул. — И, если честно, вы мне уже нравитесь. Обычно новых соцработников приходится доставлять в офис в предобморочном состоянии.

Я предпочла не уточнять, что вчера именно так все и произошло.

Кабинет, выделенный мне, оказался уютным. Большой письменный стол у окна, шкаф с бумагами, чайный уголок с сервизом, диван и кресло напротив друг друга — всё выглядело удивительно мирно, если не считать ощущения, будто стены развесили уши. Я подошла к окну, открыла жалюзи — внизу кипела городская жизнь, странная, но интригующая.

— Всё довольно неплохо, — сказала я, скорее себе. — Если не считать… Монстров.

— Я запишу это как «довольна», — отозвалась Эльвина, появившись в дверях. — У нас через час совещание, но пока можно немного освоиться.

Я села на свое рабочее место, глубоко вдохнула и впервые за день позволила себе подумать, что справлюсь. Я провела рукой по столу — он был гладким, прохладным, будто только что полированным. На мгновение мне даже показалось, что дерево под пальцами отозвалось лёгким теплом.

Разумеется, именно в этот момент дверь в общий зал с грохотом распахнулась.Я вздрогнула, выглянула в коридор и замерла. На пороге стоял огромный медведь в поношенной человеческой одежде. Нет, не оборотень, не мой охранник, а настоящий медведь… С оторванной человеческой головой в лапах.

— Святые архивы… — прошептала я, чувствуя, как кровь отливает от лица.

У меня пересохло во рту. Сцена была настолько нелепой, что мозг просто отказался её воспринимать.

— Я требую, чтобы меня немедленно проводили к соцработнику! — возмущённо выкрикнула голова. Голос был мужской, раздражённый и с лёгким столичным акцентом. — Это вопиющее нарушение моих прав!

Я почувствовала, как волна холода прошла от шеи до кончиков пальцев.

Это сон. Это безусловно сон. Или галлюцинация от стресса. Я не могу видеть, как чья-то голова разговаривает. Нет. Не могу.

— Э-э-э… Мисс Эверхарт? — осторожно окликнула Сайра, заметив моё состояние.

Голова тут же повернулась в мою сторону, и я увидела, как её глаза сощурились.

— Это вы соцработник? Отлично! Разберитесь с этой тупоголовой горой шерсти, клыков и когтей! — И голова, скрежеща зубами, попыталась качнуться в сторону стола.

Мир качнулся вместе с ней. Звук пропал, а комната стала медленно вращаться, будто я стояла в центре воронки. Последнее, что я ощутила, это чьи-то руки, перехватывающие меня под локти, и знакомый голос, насмешливо вздохнувший прямо над ухом:

— Ну вот, теперь вы официально прошли боевое крещение. Первый день и сразу расчлененка… Да это рекорд! — сказал он, пока комната терялась в предобморочной дымке. — Добро пожаловать в Кросс, мисс Эверхарт.

Потом всё погасло. Я уже ненавижу эту фразу «Добро пожаловать в Кросс, мисс Эверхарт». 

Я очнулась от запаха, который мог бы воскресить даже мёртвого и заставить его пожалеть об этом. Воздух был густой, ядовитый, словно кто-то сварил тухлые яйца, добавил к ним каплю лимона и щепотку безысходности. Я закашлялась, схватилась за край дивана и с ужасом поняла, что лежу на нём, положив голову на чей-то пиджак.

— И снова здравствуйте, мисс Эверхарт, — услышала я знакомый насмешливый голос.

Я приподнялась, чувствуя, как мир плывёт, будто подо мной раскачивается земля. Охранники стояли рядом, огромные и молчаливые, вселяя уверенность. Бран сложил руки на груди и выглядел так, будто готов одним движением смять любого, кто приблизится. Тир был чуть расслабленнее, но его тигриная суть угадывалась в каждом плавном движении.