Код личности 4 (СИ) - Кароль Елена - Страница 27

— Обычно магия в детях просыпается после четырнадцати лет, — ответила ему, сразу видя, как расстроенно вздохнул мальчик. — Ну что ты, не огорчайся. Зато к этому времени ты будешь достаточно силен и образован, чтобы суметь обуздать всю свою силу. А ведь это непросто. Недостаточно просто чувствовать её внутри себя, необходимо четко понимать, что это такое и ради чего.

— А ради чего?

— Ради того, чтобы защищать свои земли и живущих на ней людей. Ради того, чтобы защищать свою семью и близких, — произнесла твердо. — Магия — это не игрушка. Это очень большая ответственность. И пользоваться ею надо с умом, только во благо.

Кивнув так, словно понял каждое моё слово, Ванюша посмотрел на отца, который тоже очень внимательно меня слушал.

И спросил:

— Пап, а когда у меня будет братик? Ты спрашивал, что я хочу на день рождения. Я решил. Я хочу братика. Сестренку тоже можно, но лучше братика. Я буду давать ему свои игрушки и мы будем играть ими вместе.

Упс…

Немного растерянно мы переглянулись с супругом, затем он кашлянул и, тщательно подбирая слова, ответил:

— Сынок, понимаешь… Всё не так просто. Живые люди не появляются только потому, что нам захотелось. Это дар стихий. И не всегда… кхм, получается то, что нам хочется. Особенно братики или сестрички.

— Но у мамы Евы есть брат, — возразил малыш. — Мне тоже надо.

Ох, уж эти дети!

— Нет, Ваня, — уже строже произнёс Евтушенко. — Это так не работает. Увы.

— Жаль.

Мальчик расстроился, но мне показалось, что не очень сильно. А когда мы приехали домой, то спокойно произнес:

— Тогда я хочу железную дорогу. И чтобы из трубы паровоза пар шел. Вот.

Нда. И вот как-то даже не знаю… Смеяться или… Смеяться?

Променять гипотетического брата на железную дорогу — это конечно сильно.

— Будет тебе железная дорога, — с улыбкой пообещал ему Николай. — С дымящим паровозиком. И вагончиками. Да?

— Да!

В общем, трагедии не произошло и все были довольны, так что обед прошел на позитиве и в волнительном предвкушении предстоящей поездки в Софрино — городок на пятнадцать тысяч жителей, где проживало семейство графа Головина и находилась в том числе его конная ферма.

Помимо этого в Софрино находилось порядка тридцати предприятий среднего звена, которые обеспечивали работой не только жителей городка, но и близлежащих поселков, а сам граф был очень и очень обеспеченным аристократом. Если верить ежегодному имперскому вестнику — числился в первой сотне из более чем тысячи относительно успешных семейств империи, не считая купеческой братии.

Как бы то ни было, прямо сейчас меня благосостояние графа не сильно волновало, всё-таки ни породниться, ни повоевать нам с ним не светит. Поэтому я просто переоделась в черные брючки для верховой езды и нейтральную голубую блузу, обулась в модные высокие сапожки, куда для надежности сунула охотничий нож, поверх облачилась в стильную замшевую курточку цвета модного этой осенью марсала, взяла с собой сменную одежду, хорошее настроение, и мы отправились в гости.

В поместье нас уже ждали. Причем я сразу заметила, что мне Анна лишь любезно улыбнулась, не более, наспех перезнакомив с пятью девушками и тремя парнями из аристократических семей, проживающих поблизости, с которыми дружила и периодически приглашала на конные прогулки, а вот Саше Головина уделила гораздо больше внимания, начав чуть ли не сходу кокетничать и делиться своими успехами на занятиях по рунологии, где она уже успела блеснуть знаниями, которыми с нею щедро поделился мой брат.

Нда… Судя по всему, погорячилась я, заявляя, что породниться нам не светит. Как бы не скомпрометировали мне братика насильно!

Саш, а Саш? Ты бы поаккуратнее там, ага? Моргнуть не успеешь — оженят!

«Только через мой труп», — мрачно отшутился братишка и стал вести себя более сдержанно, отстраненно и даже прохладно, то и дело переключая внимание Анны на лошадей и периодически заговаривая с её гостями.

Я же, видя, что в целом у него всё под контролем, пристроилась ближе к Ксении и Михаилу Головиным, ведь лишь одна из всей присутствующей молодежи помимо Ксении была замужней дамой. Хотя и младше всех.

Как бы то ни было, до конюшни мы дошли, лошадок выбрали (мне досталась пегая красотка Звездочка), по седлам взлетели и отправились на прогулку по заливным лугам и прочим местным красотам.

Периодически переходя с рыси в галоп и чувствуя, как свистит в ушах ветер, а пульс бьется в ритме безграничного удовольствия, неожиданно услышала чей-то предостерегающий крик и обернулась. А когда увидела, что все смотрят на север, где располагается граница земель графа Головина, тоже повернула голову в нужном направлении и прижала ладонь ко лбу, фокусируя зрение.

Ох, черт! А ведь там не только граница земель Головина и Тимирязева. Там ещё и Мурановская аномалия с креченегами! Некрупными, но жутко пакостными птичками, которые летают стаей по двадцать-тридцать особей и могут в считанные минуты сожрать любого, кто попадется им на пути.

Живьем!

Как раз одна такая стая, явно перелетев туманный барьер в поисках пропитания, сейчас летела в нашем направлении.

А мы без нормального оружия!

— Домой! Домой!! — испуганно закричала Анна, пытаясь организовать впавших в ступор гостей и кто-то уже несся прочь во весь опор, а вот я предпочла спешиться и шлепнуть свою кобылку по крупу, чтобы тоже бежала прочь. — Ева, что ты…

— Охотники не бегут от опасности. Охотники её уничтожают, — усмехнулась, мысленно прося Сашу увести эту суетливую девочку прочь, пока она нам всё не испортила.

— Ты без оружия! — ужаснулась она.

— С чего ты взяла? — удивилась, доставая из-за голенища сапога охотничий нож.

Вот не зря взяла. Как знала, что пригодится!

— Сумасшедшая… — опешила она и с какой-то стати начала кричать на моего брата: — Саша, ну хоть ты скажи ей! Надо бежать!

— Беги, — произнес он таким зловещим тоном, вручая ей поводья своего жеребца Вулкана, что даже меня пробрало. — Быстро беги. И не оборачивайся.

После чего так звонко свистнул, что кони занервничали, всхрапнул и рванули прочь, а Головина едва из седла не вылетела.

Но нет, удержалась. И, зло стиснув зубы, поскакала прочь, шипя на ходу что-то определенно нецензурное об одном идиоте, который вообще-то ей слишком нравится, чтобы вот так бестолково умирать.

Но это не точно.

— Итак, каков план, Афина? — усмехнулся Саша, когда мы, наконец, остались почти одни, а до стаи было уже не больше ста метров и расстояние стремительно сокращалось.

— Как всегда, Арес, — подмигнула ему. — Слабоумие и отвага, вот наш девиз!

Ну а посмеявшись, посерьезнела и добавила:

— Жги пламенем, я добавлю воздушное торнадо. Перемелем и поджарим. Будут у нас рябчики в собственном соку.

— Всецело одобряю.

Ну и, кто бы сомневался, у нас всё получилось. Только сначала торнадо закрутила я, а Саша добавил туда огонька и когда птички резко пошли на снижение, выставив вперед кинжально острые когти, я добавила торнадо мощи и объема, и выпустила его вперед.

Двадцать секунд делов — опасность ликвидирована.

Самодовольно переглянувшись и дав друг другу «пять», мы подошли к тлеющим на жухлой траве обугленным тварям и я пнула ближайшую мыском сапога.

— Нда… Убить мы их убили, это хорошо. А народу что предъявлять будем? Тут невооруженным взглядом видно, что поработал опытный пиромаг. А мы с тобой, если помнишь, вообще-то презренные цифромаги.

— А артефакты нам на что? — многозначительно ухмыльнулся мне братишка, предъявляя затейливый перстенек с крупным алым рубином, который я прежде у него не видела. — Всё продумано, Афина. Начальник службы твоей безопасности бдит по всем фронтам.

Невольно отметив игру слов, когда он сказал «твоей безопасности», я предпочла сосредоточиться на другом и, похвалив братика за находчивость, вынула из внутреннего кармана курточки коммуникатор, куда тревожно названивал супруг.