P.S. Не прощай меня (СИ) - Бузакина Юлия - Страница 4

Я жму на газ. Машина несется вперед, обратно к роскошному особняку Вятича. Туда, куда вход запрещен. Я должна спасти свою девочку.

По дороге я спускаю последние деньги на торт и открытку «Любимой доченьке», и отчаянно гоню машину вперед. Антон не может мне запретить отметить ее день рождения вместе с ней! Не может…

Вот и роскошная резиденция Вятича. Огромный трехэтажный дом, отстроенный в стиле «Хай-тек» невольно притягивает взгляды. Антон Вятич обожает срывать восторги по поводу своей персоны и окружающих его вещей. Я еще ни разу не встречала мужчины более привлекательного и жесткого, чем мой муж. Его холодность в отношении близких людей граничит с безумием, но его внешняя харизма и привлекательность с лихвой искупают этот недостаток в глазах окружающих. Увы, я слишком поздно поняла, что оказалась в западне — запертой в красивой золотой клетке вместе с его нелюбимой дочерью. Даже не верится, что по воле судьбы я оказалась выброшенной на обочину этой шикарной жизни.

Паркуюсь поодаль. Дом, который я еще два месяца назад считала своим, теперь для меня недоступен. Он охраняется, везде поставлены видеокамеры.

Но я знаю все лазейки. В зоне кухни-столовой есть черный ход, туда привозят продукты из доставки. Там нет охраны, а видеокамеры выключаются вместе с электричеством.

В конце концов, что мне сделает Антон? Вызовет охрану? Я проберусь бесшумно, никто не заметит. Прислуга вряд ли меня сдаст. Личный повар Антона Вятича со мной в хороших отношениях.

Сжимая у одной руке торт, а в другой пакет с куклой, я крадусь к черному входу.

Да, дверь не заперта. Пробираюсь внутрь, предварительно сняв с ног оранжевые туфли. Вырубаю электричество в доме.

Мне удается проскользнуть через кухню, и я поднимаюсь по лестнице в комнату Аннушки.

В доме пусто. Видимо, семья Вятичей еще не вернулась после заседания. Скорее всего, отмечают развод в пафосном ресторане. Что ж, так даже лучше. Я оставлю подарок в ее комнате и уберусь из дома.

Ставлю торт и коробку с куклой на рабочий стол девочки. Вставляю красивую открытку, внутри которой оставляю подпись взятым из пенала красным маркером: «Люблю тебя так сильно, как только возможно. Твоя мама Таисия».

Смахиваю со щек слезы и тороплюсь обратно к выходу. Сжимая в руках туфли, бесшумно спускаюсь по лестнице. Двери кухни уже близко, и вдруг… Входная дверь распахивается, и в холле появляется беременная Прасковья. Следом за ней заходит Антон. Моей Аннушки нигде не видно. Я едва успеваю затаиться под лестницей. Сердце колотится так сильно, что мне тяжело дышать.

Прасковья подходит к хрустальному графину и наливает в стакан воду.

— Антон, девчонка невыносима! Я требую, чтобы ее удалили из этого дома.

Вятич криво ухмыляется.

— Она останется, ясно? — произносит уверенно.

— Для чего? Она уже выросла. Одиннадцать — тот самый возраст, когда можно отправиться в самостоятельное плавание. В округе есть закрытые школы, в которых дети живут неделями. Домой приезжают в лучшем случае на каникулы, и то не всегда. Я подыскала пару интернатов, в которых отличные условия для таких, как она. Сейчас скину тебе ссылки…

Прасковья достает телефон и начинает искать ссылку.

Антон подходит к ней ближе. Пережимает ее запястье с такой силой, что она вздрагивает.

— Уймись, — рычит зло. — Девочка останется в этом доме.

— Зачем?! Что в ней такого?!

В глазах Антона Вятича мелькает нечто человеческое.

— Я любил ее мать. Она погибла.

— Что такого в том, чтобы удалить Анну из дома? Она будет мешать нашему сыну! Когда он родится все внимание семьи должно быть сконцентрировано на нем.

— Аня будет помогать. Я против чужих людей в доме, так что нянек здесь точно не будет. После рождения ребенка полностью сконцентрируешься на моих детях. Советую найти подход к Анне. Научишь ее менять памперсы и разводить детское питание. Моя старшая дочь станет бесплатным приложением к наследнику.

Прасковья бледнеет.

— Ты… сейчас пошутил, да? — в ее глазах плещется непонимание. — Я известный блогер! Мои обзоры ждут тысячи подписчиков. После рождения ребенка я планирую вплотную заняться своей привычной работой. Извини, но няня нам жизненно необходима. Именно она будет нянчиться с малышом, пока я буду ездить по командировкам.

Я стою, прижавшись к перилам, и едва дышу. Мысленно молюсь только о том, чтобы эти двое отправились наверх, дав мне возможность уйти незамеченной. Только сейчас я осознаю, как опрометчиво поступила, забравшись в дом к Антону.

На красивом лице моего бывшего мужа проступает улыбка, от которой у меня стынет кровь.

— Мне кажется, моя дорогая, это ты кое-что не поняла. Неужели ты думаешь, что я позволю своей жене болтаться по винодельням в то время, как ребенок будет находиться дома без присмотра? Блог закроешь. Он тебе больше ни к чему. Планируй долгий декретный отпуск. До того момента, пока мой наследник не пойдет в школу, ты будешь ходить за ним по пятам и предупреждать каждое его желание.

Прасковья усмехается. Посматривает на него с вызовом.

— Так не будет. Или ты сдашь девчонку в интернат, или твой сын родится незаконнорожденным. Я даже не дам ему отчество. У него будет матчество.

Вятич испепеляет беременную любовницу взглядом.

— Матчество? Какое интересное слово, — чеканит медленно. Хватает ее за локоть, резко притягивает к себе. — Слушай сюда, курица. Я разрушил полностью устраивающий меня брак с Таисией исключительно из-за ребенка, который сейчас находится у тебя внутри. И если будет нужно, я вырву его из тебя вот этими руками вместе с твоими внутренностями. Запомни: со мной шутки плохи. А сейчас пошла в спальню и не смей оттуда выходить, пока я не разрешу!

Обстановка накаляется. Я слышу, как шумно дышит Прасковья. Практически ощущаю кожей, как бурлит в ней дикое возмущение.

Решаюсь на риск — делаю бесшумный шаг в сторону кухни, но чертова шпилька оранжевой лодочки с громким стуком цепляет перила...

Мое сердце летит в пятки, а с поплывших губ Прасковьи срывается изумленный вскрик. Я отшатываюсь. Оттолкнув новую жену Антона, несусь к черному входу.

— Держите ее! Держите воровку! — визжит Прасковья. — Охранааааа!

Меня колотит от страха. Я бегу вперед, сбиваю посуду. От грохота закладывает уши. Никогда не думала, что придется пробираться в свой дом незаконно, а потом спасаться бегством.

Толкаю дверь, кажется, еще немного — и я окажусь на улице, но удача сегодня точно не на моей стороне. Крепкая рука Антона перехватывает мой локоть и сжимает стальной хваткой.

— Таисия? — ухмыляется он. — Так и знал, что ты воровка. Хотела обнести дом, пока мы обедали в ресторане? Что ж, это даже весело. Мне всегда нравился твой креативный подход.

От ужаса я немею. Бьюсь в его руках, как попавшая в силки дикая птица.

Антон пронизывает меня насмешливым взглядом.

— Охрана, обыскать! А еще — вызовите полицию. Я требую, чтобы мою бывшую жену арестовали за незаконное проникновение в дом.

— Ты не можешь так поступить… — шепчу растерянно, чувствуя, как меня покидают остатки мужества. — Я ведь ничего у тебя не украла…

Звонкая пощечина заставляет меня заткнуться.

Я хватаюсь за горящую щеку. Ощущаю на губах соленый привкус крови. Пугаюсь — я ненавижу насилие.

Двое плечистых охранников тут же принимаются меня обыскивать. Еще одна унизительная процедура, которая ни к чему не приводит.

— Убедился? — шиплю зло, ощущая, как горит кожа от грубых прикосновений амбалов, подчиняющихся бывшему мужу. — Мне ни к чему твое добро! Подавись своими деньгами!

Губы Антона растягиваются в жесткую улыбку. Он притягивает меня к себе.

— Да что ты? А может, ты проглотила что-то из дорогой ювелирки? В любом случае, дождемся приезда полиции.

— Вышвырни ее, Антон! Что ты с ней возишься? Теперь это наш с тобой дом. Таисии здесь места нет, — брезгливо требует Прасковья.