"Фантастика 2026-114". Компиляция. Книги 1-30 (СИ) - "Фантом" - Страница 69

Валентайн недоуменно вскинулся, но, проследив за моим взглядом, издал невнятный возглас.

— Что там у вас? Судьба Дайрена покоя не дает? — к нам присоединились Арэн и Рика, но тут же осеклись от увиденного.

— Каковы шансы на то, что муравьи в природе вдруг облепят самый обычный участок коры на дереве таким образом, чтобы получилась стрелка? — все же озвучила вслух женщина.

— Если не ошибаюсь, муравьи так и вовсе не делают, — прокомментировал тихо подошедший Вайдер чуть дрогнувшим голосом.

— Только если кто-то, желающий подать нам знак, не измажет древесной смолой или, так понимаю, какой-то едой эту кору, — проговорил молчавший до этого Тристан.

— Что это? Масло? Мед? Что у них там было в сухпайке?

— А не все ли равно, если это означает главное — мы их нашли? — почти прошептала я и, лишь услышав свой голос будто со стороны, окончательно поверила в то, что это правда.

Что я там говорила, по хлебным крошкам невозможно никого найти и глупо пытаться оставить след из еды в лесу? Похоже, я ошиблась. И какое счастье, что в этом мире никто не читал сказку «Гензель и Гретель»…

Сайрен:

— Тихо, потерпи, — онемевшими губами прошептал я в ухо Джастина. Друг сжал зубы и мучительно зашипел, пытаясь сдержать стон. Муравей на его плече щелкнул ненормально большими жвалами. Мутант сероземный, чтоб ему… Если бы у нас была наша магия, ни одна нежитеголовая тварь даже не приблизилась бы! Но магии нет, а злобных чудищ с садистскими наклонностями по десять штук на каждого. Скрутят, разденут, сделают что хотят, как ни сопротивляйся. За сопротивление еще и отдельно добавят.

Проклятущие насекомые жалили так, что в глазах темнело. Мы лежали голые и связанные возле муравейника уже несколько часов, и мне оставалось только надеяться, что наказание закончится, как нам и объявили — на закате.

Остальные парни и девчонки из нашей группы сидели и «работали над заданием» совсем рядом. Поначалу это доставляло мне особое неудобство — не очень мужественно, знаете ли, светить выпоротым голым задом на публику, да еще когда тебя распяли в таком виде на земле возле муравейника. Но через несколько часов мне стало все равно, тем более что никто и не думал смеяться или злорадствовать. Оно, конечно, и от их сочувствия было кисло… Ладно. За прошедшее время на моем месте так или иначе побывал каждый из парней. Хорошо, девчонок пока не тронули…

Радовало одно. Кажется, в этот раз у нас получилось. Нас наказали за украденное масло и то, что мы «пытались бежать», вместо того чтобы послушно выполнять «задание» лича. Эта дохлая морда даже в голову свою пустую не взяла, что мы не пытались сбежать и масло воровали не для того, чтобы сожрать по дороге. Мертвый садист вообще, по-моему, сдох слишком давно и плохо помнил, как там у живых людей все устроено с физиологией и мотивацией поступков. А про остальную живую природу вообще понятия не имел.

Шанс слабенький… но он есть. Благодаря одной слишком умной девчонке, заставившей нас задуматься над глупыми, как нам тогда казалось, вещами. Кто бы мог знать, как скоро пригодятся те глупости? Только бы… только бы они догадались хоть примерно, где нас искать!

По крайней мере, мы сделали все, чтобы оставить хоть какой-то след, несколько дней продумывая, что можно сделать за от силы пятнадцать минут. Иллюзий мы не питали: сбежать невероятно сложно, а остаться непойманными просто нереально. Не с теми, кто может выследить нас просто по запаху и способен передвигаться с нереальной скоростью, используя подчиняющихся им сероземных тварей. У нас могла быть лишь одна попытка и всего несколько минут на реализацию задуманного.

По некоторым признакам мы с ребятами уже намозговали, что нас держат в плену вовсе не в той аномалии, в которую мы влипли изначально. Местность другая — раз, нас тут, в лагере, огороженном колючими нежитевидными кустами, много. И все из разных групп — два.

Времени и возможности пообщаться с собратьями по несчастью почти не было. Но мы все равно пытались, несколько раз нарвавшись на «наказание». Дурацкий лич, который руководил командой загонщиков, а потом и надсмотрщиков, не нуждался ни во сне, ни в еде. А потому мог бдить круглые сутки, подлюка. Одна радость — раз в трое суток ему требовалась подзарядка от некроартефакта, и эти три часа были единственным временем, когда и остальная нежить ослабляла контроль за пленниками.

Мозги пришлось включать на полную мощность. Уж больно пугали неясные перспективы — зачем нас вообще поймали и держат здесь? С какого перебеса заставляют учить странные заклинания, практического применения которых не требуют? Да мне и представить странно, как такую чушь можно магичить вживую. А ведь если не учить — наказывают, как… как… неприятно, короче. И очень унизительно. Вот как сейчас.

Зачем берут кровь из вены каждый день? И чем все это кончится в конце концов? Не жертвенным ли камнем?

Короче, так себе будущее. И мы изо всех сил пытались от него отвертеться. По обрывкам разговоров охранников можно было бы сделать выводы о том, кто нас похитил и с какой целью… Если бы они были живыми. Но надсмотрщики могли часами стоять на одном месте, не шевелясь, уставившись мертвым взглядом в одну точку, реагируя лишь на какое-то нарушение. Приказы, видимо, они получали сразу напрямую в мозг.

Так что нам оставались лишь догадки. Коротких разговоров шепотом все же хватило на то, чтобы сопоставить впечатления. Кто-то всем этим руководил, кто-то живой. И похоже, сфера его влияния распространялась далеко за группу личей. Холодок проходил в душе от мысли, что абсолютно вся нежить могла быть в его подчинении. Если это так — лишь вопрос времени, когда он пошлет ее всю на нашу империю.

Вслух это никто не проговаривал, но по взглядам ребят и так было понятно, что не меня единственного посещают такие мысли. А еще у нас отобрали не все вещи, и мы попробовали сориентироваться по карте, выдранной из учебника по географии. Начали делиться, кто где влип, Кларку пришло в голову отмечать эти места точками, мы попробовали, и…

Главное, один парень из Сарагона сказал, что знает о других группах, которые должны были уйти в рейд после него. Народу из них среди нас не было, но пара точек на карте все равно прибавилась. Аррис, слушавший наш бред молча, тоже ткнул еще в одно место на карте. Мы оценили результат… и нам дружно поплохело.

Характер окружающей среды безошибочно подсказывал, что самое абсурдное и страшное положение верно. Эта местность на карте располагалась точно по центру опрокинутого солнца в древней эмблеме захватчиков. Мы ее сами дорисовали поверх схемы из точек.

И испугались всерьез. А потом… потом вспомнили уроки Саяры.

Прекрасно понимали, чем это грозит. За любое малейшее нарушение заведенного тут порядка мигом следовала жестокая расплата. Но между тем, как бы это смешно ни звучало, эти сдохляки следили, чтобы мы оставались живыми и относительно здоровыми. По крайней мере кормили и следили за состоянием тех, кого подвергли наказанию.

Правда, я не ожидал, что вместо обычного часа-двух мы окажемся связанными на весь день. Кровь, выступившая из ран, приманила немало гадких насекомых. Хорошо еще, что они не ядовитые. Просто больно чертовски, когда кусают, а еще щиплет потом… но у нас уже была возможность убедиться, что этот странный и неприятный эффект от выделяемой насекомыми жидкости не вредит, а, наоборот, заживляет раны. В этот раз нас с Джастином высекли гораздо сильнее, чем кого-либо до этого. Из-за этого каждый укус яркой вспышкой боли прокатывался по всему телу, поначалу выбивая предательские слезы. Но ближе к вечеру то ли концентрация муравьиного сока в теле повысилась, затуманивая разум и притупляя боль, то ли удалось притерпеться.

Хоть бы не зря! Если нас с Джастином просто и без затей высекли кнутом и бросили у муравейника, как всегда, то о судьбе дяди Арриса, отвлекавшего надсмотрщиков, чтобы дать нам шанс улизнуть, пока ничего не было известно. Он был единственным из преподов, кого оставили с нами, остальных угнали в другое место сразу. Подозреваю, виной тому его возмутительно моложавая морда — если не присматриваться, можно принять за моего ровесника.