Лаборатория R.E.D. - Фарг Вадим - Страница 3

– Выполняю. Начато моделирование.

На основном экране «Кроноса» развернулась спираль ДНК, усыпанная разноцветными маркерами. Для обычной лаборатории такая работа заняла бы недели. У меня – часы. Отец с детства вбивал в меня не сухую теорию, а чувство. Он не заставлял зубрить учебники, а сажал меня за редактор и говорил: «Собери так, чтобы не развалилось».

К одиннадцати годам я мог исправить в геноме дрозофилы ошибку, которую не все профессора видели. Частная школа, потом университет… Я ушёл оттуда через месяц после его смерти. Бессмысленная трата времени на лекции стариков. Для всего мира я был мажором-недоучкой, проматывающим наследство. Никто не знал, что в этой красной комнате я мог за две недели создать то, на что эволюции требовались тысячелетия.

Пальцы летали по сенсорной панели, вырезая, встраивая, корректируя. Лекс предлагал варианты, но финальное слово было всегда за мной. Здесь я был богом.

Вспомнился один из первых самостоятельных заказов: пара, оба носители гена телеангиэктатической атаксии. Жуткая штука, медленный распад нервной системы. Их шанс родить здорового ребёнка был мизерным. Они пришли по старым связям отца, через Матвея Ильича и умоляли. Я тогда сомневался в каждом своём действии.

Но провёл преимплантационную диагностику, нашёл злосчастный участок и… аккуратно вырезал его. Чистая работа. Через девять месяцев они прислали фото здоровой девочки. Я тогда впервые осознал, что папины навыки это не игрушка. Это сила и возможности. А это страшно затягивает.

– Основные модификации завершены, – голос Лекса вернул меня в настоящее, – Ожидает подтверждения по фенотипу: оттенок глаз, плотность подшёрстка.

– Глаза ярко-изумрудные. Подшёрсток минимальный, чтобы не линяла. Сохраняй и отправляй на фабрику. Выставь счёт, полная предоплата, как только подтвердят заказ.

– Принято. Заказ передан в очередь.

Я откинулся в кресле и потянулся. Даже такая рутинная работа выжимала соки. Требовала абсолютной концентрации. На краю стола, отдельно от всего, лежал простой чёрный коммуникатор-«жучок». Простая вещь, почти допотопная, без всего, только приём и отправка зашифрованных пакетов. Он тихо завибрировал.

Сообщение на закрытую линию.

«М.И.: Встреча подтверждена. 30 октября, 20:00. «Купол», частная ложа 5. Будьте готовы к нестандартному запросу. Подробности на месте.»

Выглядит интригующе.

– Святослав, – снова обратился Лекс, и в его голосе появилась имитация заинтересованности, – Пока вы работали, «Арена» начала прямую трансляцию главного боя недели. Рекомендую отвлечься. Может быть информативно.

– Опять эта кровавая клоунада? – я поморщился. Но Лекс был прав. Иногда там можно было подметить детали, которые не показывали в сухих отчётах, – Ладно, включи. Но без их дурацких комментариев.

Одна из стен лаборатории погасла, превратившись в огромный экран. Картинка была кристально чёткой: круглая арена под открытым небом где-то за пределами купола, залитая светом прожекторов. Трибуны вздымались к небу, забитые людьми. А на песке двое: атланты.

Высокие, под два с половиной метра, с кожей, напоминающей полированный камень. Идеальные черты. И эти фиолетовые глаза, светящиеся изнутри холодным светом. На них только набедренные повязки и массивные ошейники-подавители, которые, по заверениям военных, должны были сдерживать их силу.

– Смотри, правый сейчас скастует кольцо огня, – пробормотал я, отхлёбывая энергетик, – Стандартная стратегия.

Атлант справа резко развёл руки, и вокруг его противника вспыхнуло кольцо пламени. Но второй не стал ждать. Он прижал ладони к песку. Камень арены вздыбился, оплёл ноги огненного атланта каменными жгутами и выбросил из земли острый шип, направленный прямо в грудь. Тот едва успел отклониться, пламя погасло.

– Видишь? – сказал я Лексу, – Земляная магия. У того, что слева, ещё есть сила. Он в плену не больше года, я бы сказал. А правый… смотри, на него. Он уже на исходе. Его привезли, наверное, лет пять назад. Источник их силы внешний. Солнце, радиация, чёрт его знает что. Но в неволе она иссякает.

На экране атлант, владевший землей, сделал резкий взмах рукой. Воздух вокруг его противника сгустился, стал видимым, и поднял того вверх, на высоту метров десяти. На секунду всё замерло. А потом резкое движение вниз. Тело с грохотом ударилось о песок, отскакивая. Зрители взревели.

Я выключил экран. Внезапная тишина в лаборатории стала давить на уши. Не из-за жестокости. К ней я относился спокойно. А из-за… неправильности. Как будто я наблюдал, как гаснет редчайшая бабочка, приколотая булавкой к стенке.

– Статистика, Лекс? – спросил я тихо.

– Пленный, пробывший в неволе более четырёх лет, показывает снижение магической активности в среднем на 60–70% по сравнению с новоприбывшими, – отчеканил ИИ, – Гипотеза о внешнем источнике энергии остается наиболее вероятной.

– И папа пытался найти этот «выключатель» у них в ДНК, – пробормотал я себе под нос. Ключ, который он, возможно, нашёл. И унёс с собой.

– Ладно, хватит, – я поднялся, – Вырубай всё, кроме «Кроноса» и охраны. Иди в спящий режим.

– Как пожелаете, – голос Лекса стал нейтральным, без эмоций.

Я ещё раз окинул взглядом Красный зал. Завтра встреча с моей красоткой из журнала. А послезавтра встреча.

«Посмотрим, что ты нам привёз, Матвей Ильич, – подумал я, поднимаясь по лестнице в кабинет, – Посмотрим.»

Я вышел из кабинета, и дверь за моей спиной бесшумно задвинулась. Гостиная буквально сияла от чистоты. Пол блестел, пахло лавандой и свежестью. Клининг честно отработал свою цену.

В животе заурчало. Я не ел с ночи, если не считать энергетик и регидратант. Пора было исправлять ситуацию.

– Лекс, – сказал я, сбрасывая халат на диван, – Я голоден. Что посоветуешь сегодня из премиум-сервисов?

– Рекомендую «Гастрономическую лигу», – тут же откликнулся голос ИИ, – Их курьеры на электроциклах доставляют за двадцать минут. Меню на сегодня: мраморная говядина вагю с трюфельным пюре и спаржей, обжаренной на кедровом масле. Устрицы с икорным муссом. Десерт: шампанское сорбэ.

– Заказывай. И да, пусть привезут бутылку красного. Что-нибудь бургундское, не моложе двадцатого года.

– Уже оформлено.

Я прошел к панорамному окну. На улицу стемнело. Небо над Новосибирском было чистым, лишь мерцал синий купол. Город светился миллионами огней, голографические рекламные баннеры сияли между башен.

Пока ждал ужин, включил голограмму-ТВ. На фоне зажегся экран. Шло ток-шоу: двое ведущих и какой-то эксперт в строгом костюме спорили о войне.

«…но если их магия зависит от внешнего источника, почему мы не можем его блокировать?» – говорил один, размахивая руками.

Эксперт качал головой.

«Мы не до конца понимаем природу этого источника. Это не солнечная радиация в чистом виде. Возможно, это специфическое излучение, которое они научились аккумулировать…»

«Пфф. Еще один умник нашелся. Папа десять лет бился над этим вопросом, а они в прайм-тайм строят теории»

Выключил звук. Картинка осталась: красивые лица, инфографика, кадры с «Арены». Но без звука это было просто движущееся пятно.

Через двадцать минут, ровно как и обещали, в дверь позвонили. Курьер в отглаженной форме, термоконтейнер в руках. Я взял его, кивнул, закрыл дверь. Распаковал на кухонном островке.

Пахло восхитительно. Говядина лежала идеальным розовым срезом, трюфельное пюре отдавало земляным ароматом, спаржа хрустела. Устрицы – холодные, с перламутровым отливом. Вино дышало в бокале.

Я ел медленно, смакуя каждый кусок. Мысленно хвалил поваров и снова корил Михаила. Если бы он не свалил в отпуск, я бы сейчас ел что-то домашнее, а не ресторанное. Хотя, это было даже вкуснее.

После ужина и сорбэ я почувствовал приятную тяжесть. Хотелось немного поплавать в чистом бассейне, но пора было спать.

– Лекс, – сказал я, направляясь в спальню, – Ночной режим. Воздух на восемнадцать, легкий бриз, полная темнота. Шум океанских волн.