Лаборатория R.E.D. - Фарг Вадим - Страница 12

Я шипел, пытаясь вдохнуть.

– Батя… говорил… что молоко помогает… – выдохнул я и схватился за маленький пакетик, который Лина положила в пакет. Выдавил в рот. Жирная волна на секунду смыла ад. Я задышал.

Саша сидел в такой же позе, с красным лицом и круглыми глазами.

– И правда помогает! – прохрипел он, допивая свой пакетик.

Мы сидели минуту, отходили. Потом медленно, с опаской, продолжили есть. Острота теперь была не пыткой, а вызовом. Приятное жжение.

За окном, за прозрачным щитом термозоны, начал падать снег. Крупные, пушистые хлопья. Но они не таяли на тёплом асфальте. Просто лежали, как декорация.

Саша кивнул на купол, сиявший в темноте.

– Красиво, конечно. Но знаешь, батя говорил, что погода тут вся искусственная. День и ночь по расписанию. Зимой как ноль градусов. Летом день длиннее делают. Сам купол, говорят, работает на основе частиц с тех самых комет пришельцев. Секрет военных учёных. И ошейники-ограничители из того же делают.

Я проглотил кусок омлета, отбивая остатки остроты.

– Логично. Если сила для магии у атлантов черпается из батарей в кометах, то понятно, зачем они летают к Солнцу. Потом садят кометы возле своих городов и «питают» магический источник.

– Вот! А купол, видимо, частично эту энергию блокирует. И ошейники как краны: открыл, закрыл.

Мой мозг, несмотря на ожог рецепторов, автоматически перешёл в аналитический режим.

– Но у них в ДНК должно быть прописано, КАК они это делают. Это тебе не дешёвое фэнтези из 2020-х, где магия есть как факт, не объясняя своё существование. Наука должна узнать, за счёт чего они пользуются магией и зачем им именно солнечная энергия… Но факт накопления энергии точно есть. Иначе зачем бы им понадобилась Солнечная система…

Саша засмеялся, отставив контейнер.

– Даа, Свят, тебе бы по стопам отца пойти, диссертацию об основах магии писать! А ты девах клеишь в кафе, ахаха!

Я покрутил палочками в лапше.

– Никого я не клею. Просто улыбнулся ей.

– А что с Алисой-то не так? Она же топ-модель. Видел тут её фото в журнале… Руки сами потянулись… Гм-м… Ну, не суть. Чего на ней не женишься и не привезёшь жить к себе её?

Вопрос застал врасплох. Я отложил палочки.

– Это… как-то слишком по-взрослому и серьёзно… Хочется погулять ещё.

Саша кивнул, не настаивая. Он понимал меня. В его глазах не было осуждения Он уже сделал свой выбор, а ещё нет.

Мы доели почти молча, изредка справляясь с новыми вспышками остроты. Когда контейнеры опустели, мы сидели, откинувшись на спинки, смотрели на снег и купол. Было тихо и хорошо.

– Ну что, Свят, давай, сделаю тебя! – вдруг сказал Саша, хлопнув себя по коленям.

Я ухмыльнулся. Удовлетворение от еды сменилось адреналином от вызова.

– Посмотрим.

Мы подошли к машинам. Ночь была тихой, только далёкий гул города и смех у фуд-островков. Я провёл рукой по капоту «Порша». Саша сел в свой вишнёвый «Мерседес», захлопнул дверь с глухим стуком.

– Маршрут? – спросил я через открытое окно.

– По кольцу, – Саша показал пальцем на петлю вокруг складов. – Два круга. Старт от того ржавого крана.

– Понял.

Мы медленно подъехали к месту. Я заглушил двигатель. Тишина. Потом завёл снова. Рёв мотора отозвался эхом от кирпичных стен.

Саша выровнялся рядом. Он смотрел прямо перед собой, руки на руле в «десять и два». Я положил левую руку на руль, правой сжал рычаг КПП.

– Старт на третий гудок, – сказал Саша.

Я кивнул.

Первый гудок. Я включил режим спорт. Второй гудок. Обороты поднял до трёх тысяч, зажал обе педали. Третий.

Я бросил педаль тормоза.

Колёса на мгновение сорвались в пробуксовку, резина завизжала. Порш рванул вперёд, вжав меня в кресло. Я переключил на вторую лепестками, потом на третью почти сразу. Саша сбоку отставал на полкорпуса. Мотор его Мерседеса ревел даже громче моего.

Первый поворот – длинная правая дуга. Я сбросил газ, вжал тормоз, руль сам лёг в поворот. Шины заскрежетали, но держали. Вышел из поворота, газ в пол. В зеркале Саша отставал, но ненамного.

Прямая. Скорость за полторы сотни. Я чувствовал каждую кочку, каждый стык асфальта.

Второй круг. Саша прижался ближе. На внутренней дуге он попытался обойти. Я увидел его морду в зеркале. «Хрен тебе». Закрыл траекторию, заставив его притормозить. Услышал сзади визг его шин.

Последний поворот перед финишем острый, под девяносто градусов. Я вошёл в него слишком быстро. Заднюю часть повело. Сердце заколотилось бешенно. Инстинктивно бросил газ, довернул руль в нужную сторону. Машина выправилась, но потеряла скорость. Саша рванул сбоку, почти поравнялся.

Мы летели к воображаемой черте бок о бок. Я вдавил газ до упора. Двигатель взвыл. Кажется, я сам сейчас был готов зарычать.

Мой капот пересек линию на полметра раньше.

Я тут же сбросил газ, начал тормозить. Остановился, вылез. Руки дрожали. Но не от страха, а от адреналина. Я облокотился на крышу, вдыхая холодный воздух полной грудью.

Саша подъехал, вылез. Лицо красное, но улыбается.

– Ну ты псих, Свят! Чуть не разбился же!

– Да нормально! – я выдохнул, ухмыльнулся. – Зато тебя сделал!

Мы стояли, опираясь на машины, дышали свежим прохладным воздухом. Было хорошо и так по простому.

А потом приехали они.

Сначала это был гул, не мотора, а басовитого сабвуфера. Потом свет: синий, зелёный, розовый неон под днищами. Потом сами машины: они выглядели как обычные тачки, но искажённые до неузнаваемости. Спойлеры, диски, светящиеся диффузоры. Киборги на колёсах.

Они въехали на площадку как на парад: медленно, с пафосом. Музыка гремела. Из машин вылезали парни в яркой, нелепой одежде, девушки в пластиковых комбинезонах и с неоновыми волосами. Смех был громким, искусственным.

Я вздохнул. Знакомое зрелище. Тупая показуха. Я уже хотел предложить Саше свалить, но один из парней заметил нас.

– Эй! Свят! Это ты что ли там?!

Голос был хрипловатым, я узнал его. Олег. Он шёл впереди всех, расставив руки вбок. Располнел с прошлой встречи. Лицо одутловатое, глаза блестели неестественно – то ли пьяный, то ли под наркотой.

– Вот это встреча! – Олег подошёл близко, что я почуял его вызывающие духи, – Чего на обочине торчите, как лузеры? Давай с нами в гонку! Ставки высокие! Игрушки, бабки, девки, да что захочешь.

Я покачал головой.

– Не, Олег, пас. Мы просто так прокатиться заехали.

Олег прищурился. Его улыбка стала фальшивой.

– Ааа, понял. Испугался? Не мужик? Или папочка-учёный не разрешает?

У меня внутри что-то щелкнуло. Я почувствовал, как сжимаются кулаки. Почти сказал «да пошёл ты», но Саша шагнул вперёд. Он встал между мной и Олегом, и его осанка вдруг стала прямой, как у отца.

– Отвали, – сказал Саша тихо, но чётко, – Свят тебе сказал что не хочет. Иди к своим подружкам.

Олег замер. Его дружки за спиной переглянулись. Я увидел, как Саша напрягся. Он был готов. И я тоже.

Олег медленно провёл языком по губам.

– О, Прошин-младший. Папенькин сынок. Тоже учишь жизни? Ну-ну…

Он сделал шаг вперёд. Его ребята потянулись следом. Я отступил на полшага, чтобы иметь пространство для удара. «Ну щас мы им разобьём морды».

И в этот момент раздался другой звук: сирена. Резкой и противный. Сверху спустились три патрульные капсулы Коалиции. Они зависли, осветив площадку белыми прожекторами.

– Всем оставаться на месте! Никаких движений!

Хаос. Крики, беготня. Кто-то прыгнул в машину, пытался рвануть, но на выезде уже стояли две капсулы. Двери патрульных открылись, вышли бойцы в чёрной форме, с знаками внутренней службы на шлемах. Они действовали чётко, без суеты.

Мы с Сашей не двигались. Просто стояли у своих машин. Я почувствовал странное спокойствие.

«Как в плохом боевике двадцатых. Абсурд»

Я усмехнулся. Саша хмыкнул в ответ.

Нам не пришлось ждать долго. К нам направился молодой офицер, его лицо было напряжённым.