С чистого листа 2029 (СИ) - "Alchy" - Страница 9

Это Жека очень хорошо помнил, чудом тогда краем прошёл. Поначалу и сама идея, и цели создания этой организации запали в душу — чуть ли не одним из первых вступил. Но повезло с руководителем вдрызг разосраться на почве излишнего православия того. Жека хоть и был крещёным, но особой набожностью не страдал, вот и поцапались, да так ёмко, что Жека хлопнул дверью. А «Русскую общину» осенью двадцать восьмого, под шумок борьбы с диаспорами и ужесточением миграционного законодательства, тоже признали нежелательной организацией.

И факты нашли злоупотреблений, и показательные процессы были, на всю страну освещавшиеся. Так что с одной стороны бросили кость народу, прижав мигрантов и их покровителей, с другой — лишили русский народ самоорганизации. А активисты общины в первых рядах пополнили третью волну мобилизации…

— Построили на развалинах Союза хуй пойми что, — вещал разошедшийся дядя Ваня, уже в одного допивавший бутылку. — Власть и богатство — в руках кучки людей мизерной. Право собственности сомнительное — под любым предлогом отжать могут, чуть только голову поднимешь, как у вашего Пашки Дурова например. Технологии эти так развили, что ни копейки мимо государства не пройдёт, камеры везде. В магазине ебалом расплачиваться можно, в интернете вашем лучше лишний раз не вякать — сразу хвост прищемят. А воевать не можем толком, и промышленность как была в жопе, так там и лежит. Роботизация и автоматизация, а⁈ Нет, не слышали, потому что нечего автоматизировать, вот! Жалко мне вас, Женька. Я-то помру скоро, слава богу, а вам со всем этим жить дальше…

Выговорившись, дядя Ваня грузно поднялся из-за стола, поблагодарил за стол и, забрав обещанные авансом четыре бутылки, попрощался, посоветовав напоследок:

— Друзья, Женька, только друзья помогут. Сейчас только стаями выживать — воспитали несколько поколений хищников и потребителей…

Жека проводил гостя, закрылся за ним и, вернувшись на кухню, увидел, как Марыся, подтверждая только что высказанный дядей Ваней тезис о хищниках, обеими лапами со стола из блюдца сало таскает. Только тряпкой удалось отогнать…

4.

Проснулся Жека от того, что вначале Марыся своими вибриссами его пощекотала, обнюхивая лицо, и сразу же ткнулась в щёку холодным мокрым носом. Разлепил глаза — в сером рассветном сумраке (опять нет солнца, тучами обложило) питомица сидела возле подушки, словно бы удивляясь: «Так ты не спишь что ли⁈»

Потянулся к смартфону, щёлкнул кнопкой — пару минут осталось до того, как включится будильник, надо вставать, просыпаться и собираться. Спихнул мягкую и тёплую Марысю в сторону, слез с дивана и распахнул окно, чтоб быстрее проснуться. Оделся и, пока не умываясь, на кухне поставил чайник, накинул куртку и вышел покурить к подъезду.

Кошка, чувствуя нервозность хозяина, только обнюхала утреннюю порцию корма, не притронувшись. А Жека в очередной раз проверял, не забыл ли чего: «Документы все, в смартфоне ничего лишнего, побрился, перегара нет — можно выдвигаться». Решил добираться пешком — три или четыре остановки, двадцать минут неспешным шагом…

Тучи зацепились за горы, окружавшие город, солнце сегодня точно не выглянет. Жека уже забыл, когда последний раз ходил пешком дальше соседнего магазина, и сейчас смотрел на свой город с тротуара, подмечая детали, на которые раньше не обращал внимания: патрульная машина Росгвардии у безлюдного сейчас мини-рынка, ДПС на перекрёстке и люди в форме, которых оказалось неожиданно много на улице при общей немноголюдности…

Проходя мимо автовокзала, отметил, что уже не видно таксистов, как раньше — площадь пуста, лишь под навесом в ожидании рейсового автобуса стоят люди. А года три назад, когда он ездил по делам в Челябинск, стояло с десяток частников, наперебой предлагающих подвезти по цене чуть больше, чем стоимость автобусного билета, — в любую точку, от Уфы и Екатеринбурга до самой отдалённой деревни в области…

Отдел МВД составлял разительный контраст — жизнь кипела. Сновали люди в форме, отъезжали и подъезжали машины, в том числе и класса люкс, с первого взгляда было понятно — тут люди заняты делом. Жека, настраиваясь на атмосферу, подтянулся, одёрнул куртку, поправил сбившийся капюшон и с решительным видом распахнул дверь.

Первое впечатление оказалось верным — никакой бюрократической волокиты Жека не увидел, и меньше чем через десять минут уже сидел в кабинете. На двери висела табличка «п. п-к Карасёв И. А.», за монитором сидел худощавый мужчина лет пятидесяти в штатском, с глубокими залысинами и тяжёлым, немигающим взглядом, словно он подыскивал статью, по которой можно привлечь Жеку. Сверяясь с информацией из базы, он закидывал его вопросами:

— Не судим, ограниченно годен, высшее образование. Так-так… А РОХу зачем оформил?

— Чего⁈ — удивился Жека.

— Разрешение на хранение и ношение охотничьего оружия, — терпеливо объяснил подполковник Карасёв. — С какой целью оформил? Лицензий на отстрел ни одной не приобретено, стало быть, не охотник и не браконьер. Или для самообороны держишь? Так-так… В «Русской общине» тёрся…

— С детства оружие люблю, — ощетинился Жека. — А животных жалко. По мишеням стреляю, насколько финансы позволяют!

— Ну-ну, — Карасёв отвёл взгляд и вновь принялся считывать с монитора. — В компьютерном сервисе работал, электроника, ремонт ПК, пайка, настройка локальных сетей знакома, значит?

— Не мастер — «золотые руки», — откликнулся Жека. — твёрдая «троечка», врать не буду. Дальше посмотрите, раз всё есть в базе…

— Вижу, вижу, — рассеянно отозвался подполковник. — Колл-центры последние три года: «Ростелеком», «Пятёрочка», «Почта России»… Николаев, а ты про кибердружину не думал? Полностью анонимно, оклад от ста пятидесяти, плюс премии и возможность подработки.

Жека аж отшатнулся. Дело даже не в слухах о том, что делают с деанонимизированными сотрудниками кибердружины в тюрьмах, — само предложение работать там было для него оскорблением. Карасёв, правильно истолковав эмоции, отразившиеся на лице посетителя, скривился:

— Чистеньким остаться хочешь? А грязную работу тоже необходимо делать. Ты вот систему от вирусов, вредоносных программ и лишнего мусора чистишь — и с обществом так же. Ладно, как под мобилизацию попадёшь следующую — вспомнишь моё предложение. Ограниченно годен, Николаев, это в мирное время. Принят, жди звонка, свободен…

Выйдя из мусарни, Жека вздохнул с облегчением. Шаг сделан, осталось только ждать звонка, а патрулирование в тере — это не кибердружина, где надо рыскать в соцсетях и выявлять недовольных. Или того хуже — как ходили вполне обоснованные толки, кибердружинники (имени Павлика Морозова, как их метко прозвали) сами провоцировали конфликты в комментариях, выводя людей на эмоции. План сам себя не сделает, а народ за последнее время всё больше и больше понимал старые истины на собственной шкуре: интернет помнит всё, и то, что ты когда-то сказал или написал, обязательно может быть использовано против тебя.

Солнце так и не показалось, но значительно посветлело. Жека ускорил шаг, торопясь выйти с территории отдела МВД, на ходу воткнул наушники в разъём смартфона, пробежался взглядом по музыке в избранном и, удовлетворённо хмыкнув, нажал на «Play», прибавив громкости:

'Проснуться, протрястись, похмелиться и нажраться.

А на утро проблеваться, похмелиться и нажраться.

Хуй на всё на это — и в небо по трубе!

…

Звереет сердце, каменеет кулак.

В моей душе чёрным пламенем пылает чёрный флаг.

А значит — хуй на всё на это — и в небо по трубе!

На хуй! На хуй! На хуй…'

Е. Летов

Жека непроизвольно ускорил шаг под музыку и, кажется, даже запел в голос. Опомнился только от старушки, просящей милостыню у ступенек продуктового магазина, — та принялась крестить его, провожая округлившимся взглядом. Смутился, убавил громкость, но не шаг и принялся предвкушать, что сегодня у него свободный день. Погоняет Марысю по коридору вволю лазерной указкой — засиделась уже, скучно ей. Потом чего-нибудь приготовит сразу на несколько дней: с той же косулей, оставшейся, можно рагу овощное забабахать и на второе — картохи почистить и сварить.