Стратег (СИ) - Бредвик Алекс - Страница 30

И тут город накрыл самый громкий, самый мощный выкрик: «Хоу!», который я только когда-либо слышал. Он не был таким мощным, как мои слова, усиленные магией, но его слышали все. Все Афины слышали решимость моих соратников, моих братьев по оружию.

— А теперь я спрашиваю вас, жители и воины Афин! Желаете ли вы мира для своего города и всей Эллады⁈ Или желаете, чтобы она сгорела в пламени иномирных богов, которые желают уничтожить наш мир⁈

Ответа не последовало. Поэтому я направил в своё оружие еще больше магии. В него же направили свою магию и остальные полубоги. К слову, все до конца смогли пройти преображение разума, все могли делать такие нехитрые манипуляции. И моя глефа буквально засияла, словно Гелиос средь белого дня.

— Видите этот свет⁈ — щурясь, ибо даже для меня это был перебор. — Видите Свет Богов в руках наших⁈ Это знак! Знак того, что лживые предатели покинули этот город, знак конца тирании лживых иномирных богов! Знак начала Новой Эры! Отныне власть в Афинах принадлежит не предателям и пришельцам, а ЗАКОННЫМ ЗАЩИТНИКАМ ЭЛЛАДЫ и ВОЛЕ ИСТИННЫХ БОГОВ!

И если кто-то до этого сомневался… то сейчас у многих жителей сомнения точно отпали. Многие молились. Многие просто внимали. Но я чувствовал этот поток Веры, который стремился ко мне… а через меня к Богам. Но капля… капля этой Веры оседала во мне, даже лечила моё тело, восстанавливала магические каналы. Неприятно, да, но вместе с тем я чувствовал единение с народом.

Внизу битва была практически окончена. Несколько очагов сопротивления и всё. Почти все важные критические места были уже под контролем Спарты. Где-то наши доблестные братья приступили к тушению пожаров, помощи непосредственно городу. Это… сильный шаг, жители его точно оценят.

Сияние начало слабеть. Селене пора было вернуть права, она — царица ночи, а не я. Да… я почувствовал неимоверную силу, но я не ровня богам. Пока. Но то, что я сделал сейчас… явно вышло за рамки контролируемого ими. Явно Хаос будет думать, как обуздать меня и мою явно возросшую мощь. Ибо явно до меня никто такого не делал, явно никому из полубогов ранее боги не помогали, хоть и символизмом.

— Ну что, как вам выступление? — с улыбкой развернулся я к своим товарищам.

— Ты… я промолчу, — тяжело вздохнула Ника, но улыбнулась, явно обрадованная тому, что у нас всё получилось.

— Это было самое невероятное, что я когда-либо видел! — честно признался Палиас. — И ладно видел, а сам в этом поучаствовал! Я никогда не чувствовал столько могущества! Хоть оно и было не моим, а твоим. Но чем сильнее ты, тем сильнее и мы, ибо Легенды едины!

— Да, брат, — ударил я себя кулаком по груди. — Хоу!

— Хоу! — тут же, словно единый организм, повторили все они разом.

Я смотрел в их глаза… и видел воинов. Видел тех, на чьих плечах точно сможет удержаться мир. Да, мы ещё не такие могущественные, чтобы была возможность защитить всех и везде… но у нас уже достаточно мощи, чтобы быть тем символом, который поведёт за собой остальных. Ибо, как сказал Палиас — сила в единение. И если народ Эллады будет един, то никакая угроза нам не будет страшна.

— Но ещё много работы впереди, — обратил я свой взор на море, где алели паруса наших кораблей. — Предатели сбежали на острова, нам их придётся буквально выкуривать оттуда, когда завершим все дела на большой земле.

— Найдём и уничтожим, — уверенно сказала Артамена, кивнув в такт своим словам. — Никто не уйдёт от взора Гермеса. И никто не сможет сравниться с ним в скорости.

— Моё оружие, когда я смогу его выковать для нас, отсечёт им всем головы! — ударил кулаками Ификл. — Уж поверь мне. Особенно после того, что я тут увидел сейчас. И да… твою глефу опять ремонтировать надо.

— А всем, кому навредили, Асклепий поможет, — с лёгкой улыбкой проговорила Ника. — Он лично мне сейчас так сказал.

— Вот и славно, — ещё шире улыбнулся я. — Значит… пора встречать самое грандиозное утро последних дней!

И вновь я посмотрел на Афины. Прошли минуты… но они стали последними для предателей в городе. Те, кто не успел сбежать — мертвы. Никто не смог из-за Волны Хаоса утаиться от воинов Спарты. Никто не смог сбежать от участи, от кары богов.

Война, наконец, окончена. Этот пергамент дописан. Но дальше… будет только тяжелее. Война легка тем, что понятна. А вот действия богов…

— Предстоит ещё много работы, — покачала головой Астерра, озвучив мои же собственные мысли.

Утро после битвы. Утро после бессонной ночи, на которую мне, впрочем, было всё равно. Утро после настоящей победы. Утро, которое послужило началом новых проблем, новых задач, новых вызовов. Если раньше всё было куда проще: был враг, была цель, то сейчас… для большинства воинов война закончилась. Да, у нас есть ещё внешний враг, который в данный момент творит ужасы на территории Центральной Греции и Македонии, но все уже буквально навоевались. Война была хоть и быстрой, но крайне… крайне интенсивной. Многие офицеры говорят, что раньше таких быстрых воин не было никогда. Быстрых и с такими потерями.

Ночью же мы максимально старались решить те проблемы, которые сами создали. Всех, в ком я и другие полубоги чувствовали чужеродную магию, отправили в тюрьму или различные подземелья. Всех, кто просто воевал, мы им разъясняли чуть подробнее, из-за чего вс произошло. И давали выбор: быть воином в армии Спарты или сложить оружие и идти работать в поля, на стройку и так далее. Даже не рабами брали, а просто… рабочими. Всем это казалось диким, но тем не менее это был огромный кредит доверия с нашей стороны им. Могли и просто пленить, принудительно заставить работать. Но не стали. По моему совету.

Все пожары потушить не удалось даже с прибывшим к очагам Палиасом. Как бы мы ни старались, но создали очагов возгорания действительно больше, чем нам хватало сил просто потушить. Но по большей части жилые районы обезопасили, как и те склады с продовольствием, что остались целы. Афиняне оказались в этом плане достаточно продуманными, сделали много мелких, на которые даже я просто не обращал внимание.

Также организовали патрулирование, создали несколько десятков, если не сотню летучих отрядов, которые были готовы рвануть в любой уголок Афин и покарать возмутителей порядка. И всё это в совокупности обозначало, что нам ещё какое-то время предстоит быть тут, в Афинах, решать вопросы этого города. Ну и сделать несколько невероятно важных решений.

— Совет Спарты собран, — обратился ко мне один из выживших Легатов, — как и остатки лояльного этому городу высшее сословие.

— Спасибо, Филипп, — кивнул я ему, после чего поднялся на ноги. — Думаю, тут никому не стоит объяснять, на кой чёрт мы вообще тут собрались и почему пригласили даже представителей Афин. Доверие через доверие и всё такое. Но главное. Этот город, как и Спарта, лишился правителя, законного собрания народа, который решал вопросы, думал, как сделать жизнь лучше. Пока устоявшуюся структуру, думаю, менять смысла нет, новые реалии народ может воспринять не самым радужным образом. Поэтому… царь будет наш, ну или регент, а весь совет в Пританее из афинян. Несколько человек для контроля с нашей стороны. И давайте сразу вынесем этот вопрос на обсуждение. Кто именно будет с нашей стороны жить тут? Кто станет представителем от народа Спарты, чтобы показать единение наших двух государств? Три поворота часов на раздумья.

Часовщик тут же кивнул и перевернул часы в первый раз. Тут же все как богачи Афин, так и офицеры Спарты начали бурно обсуждать. Одни за одних, другие за других. Но общая картина уже представлялась. Троих Легатов точно оставлять нельзя, особенно после пыток, это обсуждали сразу две стороны. Хотели было выдвинуть в кандидатуру полубогов, но я на это покачал головой, сразу отметая эти идеи у тех, кто их озвучивал.

Второй поворот. Часть вопросов отпала. Люди уже решали из более-менее установившихся кандидатур. Между Афинской «делегацией» и Спартанской начал происходить обмен информацией. Даже пару раз чуть не перешли на ругань, но в принципе всё шло спокойно.