Слова, что обрушат небеса (СИ) - Панкратова Анна Михайловна - Страница 53

Это пугало. Вызывало смятение. И чертов стыд. Словно он предал Робин, когда посмел снова найти счастье. И плевать, что до ее смерти, он всерьез готовился предложить ей развод.

Наверно, он поэтому не шел в активное наступление по завоеванию Харпер. Да, она боялась, он уважал ее чувства и решение не торопиться, но посмотрим правде в глаза, он бы давно ее получил, если бы захотел. Видел же, как она к нему тянулась, стала нуждаться в его касаниях и объятиях, утопал в ее нежном взгляде, не мог перестать любоваться ею сам.

Но они оба ждали… чего-то. Разрешения от мира? Что пора забыть про прошлое?

Деймонд стукнул кулаком о стену. Пора двигаться дальше. Но незнание не позволяло, зудело в каждой клетке организма.

— Почему ее убили? Робин? — спросил Деймонд, уставился на Офелию.

— Спроси своего отца, Деймонд, — осторожно ответила Офелия, нервно облизала губы и затушила сигарету. — Я не могу тебе рассказать.

— Но ты знаешь. Конечно, ты знаешь. Твой отец глава этого дрянного сообщества.

— Деймонд, тебе не нужно знать, что произошло. — Офелия подошла ближе, положила руки на его плечи. Настороженная, напуганная, словно и правда боялась, что ее слова выведут его из равновесия и навредят. — Забудь ее, ясно? Ты нашел Харпер, вы любите друг друга. Вот и живи с ней. Не лезь в эту историю.

— Что случилось с Робин? За что вы с ней так⁈ Это я виноват⁈

— Ты здесь ни при чем. Это она. Ее выбор, ясно? Все не так, как тебе кажется. Но забудь. Пожалуйста. Просто живи дальше. С Харпер. Робин была бы очень рада, что ты сумел снова обрести счастье. Она бы не хотела, чтобы ты всю жизнь страдал по ней, искал ответы, мстил…

— Так скажи, — Деймонд перехватил руки Офелии, до боли сжал ее запястья. Ярость ослепляла, но он боролся с ней из последних сил. Какой бы сильной не была Офелия, она все еще чувствовала, все еще девушка и все еще не достойна того, чтобы ей причинили вред. И он не посмеет своей злости стать синяками на теле невинной девчонки, — просто скажи, кто и за что ее казнил⁈

— Спроси отца! Но я советую забыть об этом. Отпусти Робин. И живи дальше. — Офелия закусила губу, старательно сдерживая слезы, что уже мерцали в ее глазах. Деймонд устыдился своей злости, отпустил ее и сделал шаг назад. — Ты счастливчик. Сумел полюбить уже дважды. Сумел найти ту, с кем хочешь связать жизнь. Дважды. Кому-то жизнь даже за сотню лет такое не дарует. А ты копаешься в прошлом, не желая видеть то, что тебе само свалилось на голову!

Вот теперь стало и правда мерзко. Офелия-то права. И плакала она вовсе не потому, что Деймонд вышел из себя. Она завидовала, ведь так и не сумела ни разу действительно полюбить. Влюблялась, встречалась с парнями, но встретить того, с кем захотела бы провести жизнь — нет, такое ей мир и правда пока не даровал.

И как она права… Чем дольше Деймонд воюет сам с собой, пытается отомстить, найти ответы, тем дольше сам отказывается от счастья, что уже рядом. Протяни руку — и возьми его.

Какой выбор сделаешь?

Деймонд повернулся, увидел Харпер, что смотрела на него и Офелию. Обеспокоено хмурилась, но Феликс держал ее за локоть, не давая подойти.

Переживает за него. Она всегда переживает за него…

Деймонд пошел к Харпер. Не думая схватил, подтянул к себе и поцеловал. Немного грубо, такой голод в нем проснулся. Впился губами, не выдержал, вторгся языком в ее рот, напрочь забывая про зрителей.

Харпер опешила, но все же ответила. Ее руки залезли под его куртку и сомкнулись на спине, а он обхватил ее за шею, не в силах оторваться. Немного прикусывал, сгорал от наслаждения, понимая, почему было так мало воздуха последние недели — ему не хватало тепла и ласки его Харпер. Только ее. До конца его дней.

— Ты моя, Харпер, — зашептал Деймонд в ее губы. Переместил руку на затылок, не давая отдалиться, ведь не мог лишиться ее горячего дыхания, что согрело душу. — Моя, поняла? Обещаю любить тебя, беречь, защищать, готовить завтраки каждый день и… на руках носить тебя буду. Только позволь.

— Деймонд… — просипела Харпер, неотрывно смотря в его глаза.

— Я на колени встану. Всю жизнь буду стоять на коленях, ведь ты моя королева. — Деймонд уже начала приседать, чтобы и правда встать на колени, но Харпер требовательно схватила его за плечи, не позволяя.

— Лучше поцелуй еще раз. Вот так же с чувством. Меня так еще никто не целовал.

Просить дважды не пришлось. Он снова целовал ее, но в этот раз куда нежнее, ведь понял наконец, что сражаться больше не нужно. И сумел оторваться от ее губ, только услышав аплодисменты. С недоумением они озирались, ведь оба забыли, что рядом Феликс и Офелия.

— Мы поехали, — сказал Деймонд и взял Харпер на руки. — Отметим… вечером. Или завтра. Созвонимся.

Деймонд понес Харпер к машине, пока она оторопела смотрела на него. Феликс кричал вслед, что они обязаны устроить шумную тусовку в честь найденного свитка.

— Я ходить умею, — заметила Харпер.

— Я же вижу, ты устала, — улыбнулся Деймонд. — А я свое слово держу. Обещал носить на руках — буду.

— Правда устала, — согласилась Харпер, прильнула к нему. — Кажется, я люблю тебя.

— Кажется?

— Нет, определенно точно, мой лорд. Только не ври мне никогда.

— Никогда, Харпер. Никогда.

Пришлось поставить ее на ноги, когда они подошли к забору. Деймонд пролез первым, убедился, что рядом нет полиции, и помог Харпер. Вскоре они оказались в машине.

Харпер сняла куртку и кинула ее на задние сидения: почти полдень, а погода сегодня решила порадовать теплом. Деймонд настолько привык к климату Санкт-Петербурга, что вместе с Харпер удивлялся, что в ноябре в Париже может быть даже +20 иногда.

— Домой? — спросил Деймонд.

— Предлагаешь на Эйфелеву башню посмотреть? Я сейчас умру от усталости. — Харпер закрыла глаза, сползла по сидению, как сумела, ведь мешал ремень безопасности. — Мы обсудим то, что произошло в катакомбах?

— Потом? Давай отдохнет. И свиток тоже оставим на потом.

— Угу. Иначе мой мозг лопнет.

Деймонд выставил маршрут в навигаторе и вырулил на спокойную улицу. Харпер задремала, а он всю дорогу не мог перестать кидать на нее счастливые взгляды. Неужели и правда добился девушку?

Одно Харпер знала точно: если и за следующими свитками придется лезть под землю — это без нее. Плевать на всех. На все. Она больше играть в дурочку не собирается.

Вкус магии мертвых все еще горчил на языке. Воспоминания затягивались канатом на шее. И если бы не Деймонд со своим признанием — она бы свихнулась. К счастью, теперь у нее есть о чем подумать. И потрясающее воспоминание, что может перебить ужасы сегодняшнего утра.

Они зашли в квартиру. Харпер метнула взгляд на кровать. После такого признания… ТАКОГО поцелуя Деймонд явно ожидает следующего этапа их отношений.

— Ты ничего мне не должна, — мягко заметил он, видя ее взгляд. — Надо еще подождать — я подожду. Пойду в душ, ладно? И все, чего хочу, — лечь спать, по правде.

— Иди, — ответила Харпер, всерьез задумавшись.

Глупо отталкивать такого мужчину. Она видела его без одежды — там все очень даже хорошо. Не маленький, но и не огромный, значит, боли быть не должно. А как Деймонд относится к ней! С такой заботой… нежностью! Если он не меняется, словно оборотень, когда возбужден, то надо скорее его хватать и выпрашивать кольцо на безымянный палец. Интересно, в Мунфоле есть традиция с кольцами?

Харпер упала на кровать. Ноги гудели, сознание не до конца пришло в себя после произошедшего, поэтому мысли о голом Деймонде в душе пришлись кстати. Уж лучше мечтать о его ласке, чем вспоминать то, что произошло в катакомбах. Куда заманчивее вспоминать сон, что недавно ей приснился… в этом сне все было хорошо. Особенно нежность Деймонда.

Когда ванная освободилась, Харпер тут же умчала мыться, настолько желала смыть с себя весь сегодняшний день. Грязь и пот, пыль, а заодно страхи и ужас. Горячая вода уходила в слив вместе с последними силами. Адреналин истощил, магия мертвых сожрала последние крохи энергии.