Вторая жена. Ты что-то попутал, милый! (СИ) - Иванова Ксюша - Страница 9

Звучит обидно. Потому что говорится с явной издевкой! Мол, такую - старушку, которая будет присматривать за непослушным мальчишкой!

- Какую это "такую"? - естественно, спрашиваю я.

Он уже открывает рот, чтобы ответить, но тут дверь распахивается, и на пороге появляется высокая черноволосая женщина, одетая в костюм, как у английской королевы. Картинно застывает в похоже, гордо вскинув голову. По ее внешнему виду вот вообще понять невозможно, сколько ей лет! Вроде как внешность девочки, а холодный решительный взгляд, как у тетеньки в возрасте...

- Ветров! - вместо приветствия говорит она с претензией. - Я не понимаю! Зачем на семейный ужин ты притащил свою любовницу!

Пораженно округляю глаза. Та-а-ак! Это она себя так представила? Или будет еще и любовница?

Но женщина смотрит на меня.

В смысле?

Хлопаю глазами, как дурочка, не зная даже, что на это сказать.

- Мама, познакомься, - за ее спиной едва сдерживает смех Илья. - Это - Марго, моя девушка. Марго, это моя мама - Римма Анатольевна...

13 глава. Проблемы воспитания

Римма Анатольевна (не дай же мне Господи, называть ее мамой!) пребывает в глубочайшем шоке от заявления своего сына. Мне кажется, до нее даже не сразу доходит смысл его заявления. И еще несколько секунд она мысленно костерит своего, явно много раз неверного, мужа на чем свет стоит, думая, что я явилась на их семейное торжество, будучи его любовницей.

Хлопает своими длиннющими ресницами. Надо сказать, эффектно хлопает. Как будто на веках у нее сидит по паре огромных бабочек и машет крылышками. Говорят, по утрам такие ресничищи нужно щеточкой специальной расчесывать, чтобы, значит, глаза продрать...

О чем ты только думаешь сейчас, Никитина!

Ну, вот, дожились! Я уже даже мысленно к самой себе обращаюсь так, как это делает полкан. Причем даже его презрительным тоном и его низким голосом!

На всякий случай, чтобы, значит, закрепить эффект и заодно поставить в равные условия папу и маму своего "парня", я сообщаю ей ровно то, что уже знает полкан:

- Я пока еще официально замужем. Но в ближайшее время планирую развестись. А потом уже мы с Ильюшей оформим наши отношения. И, возможно, задумаемся над детьми...

Римма Анатольевна картинно оседает в кресло. На самый его краешек. И как только ее задняя часть помещается на такой небольшой площади! Держит спину так, словно у нее она несгибаемая! Губы дрожат...

Да ладно! Прям уж так расстраиваться-то! Все же живы!

В глубине души мне даже немного стыдно становится. Хоть бы с ней приступ какой нервный не случился! Вон как пробрало!

Но... Меня же сюда "Ильюша" пригласил, чтобы устроить представление родителям? И раз уж я уже начала первый акт этого представления, то какой смысл теперь идти напопятный?

- Сыночек-то наш весь в тебя, Ветров! - говорит Римма Анатольевна об Илье так, словно последний не стоит в полуметре и не может слышать слов о себе. - Столько сил, столько нервов в него было вложено, а толку-то! Все равно всё прахом пошло!

- В каком смысле "прахом" мам? - возмущается сосед. - У меня работа хорошая, образование отличное. Квартиру вот обустроил себе практически за свой счет! Ну, что тебе еще не так!

Она взмахивает рукой с видом "закрой рот, холоп!" и выжидательно смотрит на своего мужа.

Вот же семейка! Отец гуляет направо и налево. Мать ребенка ни во что не ставит. И оба думают, вероятно, что сын до старости лет должен жить под их неусыпным контролем! Жесть просто...

Я бы со своими детьми никогда так не поступила. Контроль не есть любовь к ним. Я в этом свято уверена. Вот когда тебе искренне интересно, где он и с кем проводит время, кого любит, какие фильмы смотрит - это проявление родительской любви. А если ты сам всё это для него выбираешь и навязываешь, с кем дружить, кого любить, какие фильмы смотреть - это бред сумасшедшего!

Жаль только, что мне не на ком, кроме, конечно, моих подопечных по работе, проверить мои воспитательные домыслы...

- Римма, давно уже пора дать ему возможность набить собственные шишки, - глубокомысленно изрекает полкан, не удостаивая свою английскую королеву даже взгляда.

Зато взгляда своего, подозрительно задумчивого, он удостаивает меня. И смотрит так, словно медленно скачивает информацию с моего жесткого диска. И вот-вот все окончательно скачается, и он узнает всю правду обо мне!

- Ты хочешь, чтобы он связался с... - быстро-быстро машет ресницами, как будто собирается разрыдаться и взмахивает рукой в мою сторону. - С ЭТОЙ?

Вот честно! Я воспринимаю эту ситуацию, как... ну, как что-то комично нереальное. Но даже в таком несерьезном контекте не готова к тому, чтобы меня оскорбляли мало знакомые и абсолютно незначимые для меня люди!

- Я бы попросила! - холодно смотрю на нее. - Я вам не "ЭТА"! А Маргарита Андреевна Никитина, капитан полиции, начальник отдела по делам несовершеннолетних!

- Да она старше меня! - восклицает Римма Анатольевна, как будто это - уголовное преступление, быть старше нее!

- Любви все возрасты покорны, мам, - со смешком вставляет Илья.

В двери звонят.

Это уже становится несмешным.

Если сюда сейчас заявятся тетушки и дядюшки моего "нареченого" и толпой начнут меня клевать, я точно заберу мирно дремлющую на коленях у полкана Клару, и рвану домой!

- Ильюша, сынок, - Римма Анатольевна вдруг "замечает" своего сына и даже обращается лично к нему. - Пойдем, встретим гостей!

- Каких еще гостей, мам? - искренне поражается сосед.

- Ну, как каких? Я Сонечку с мамой пригласила. Помнишь Сонечку? Вы еще с ней на скрипку вместе ходили...

Илья бросает в мою сторону панический взгляд и уходит в прихожую встречать Сонечку с мамой.

- Есть предложение, - неожиданно говорит полкан, осторожно, чтобы не разбудить Клару, доставая телефон из кармана.

- Какое? - спрашиваю я, не надеясь абсолютно, что он скажет что-то, действительно, полезное для меня.

- Нас сейчас вызовут на срочный выезд. И даже дежурку пришлют...

Честное слово, у меня возникает огромный соблазн согласиться и уехать с полканом "на работу"!

Но... Во-первых, как я Илью брошу? Я с ним уже как-то сроднилась, что ли. Жених все-таки.

Во-вторых, раз полкан сделал такое предложение мне сейчас, значит, он раскусил нас с Ильей и догадался, что между нами нет ничего. Отсюда вывод, что он устроит мне наедине такую головомойку, что мало не покажется. Оно мне надо?

И в-третьх... Есть же еще и в-третьих!

Неожиданно для себя я понимаю, что мне элементарно интересно самой, что же будет дальше! Потому что тут разыгрывается любопытный спектакль...

Исходя из таких вот размышлений, я упрямо продолжаю играть выбранную роль.

- Ну, что вы, Всеволод Игоревич! Как я могу оставить своего любимого в такой непростой ситуации! - любезно улыбаюсь, глядя ему в глаза.

- Ох, Никитина, Никитина, - вздыхает полкан. - Ну, смотри сама. Лично я тебе помочь хотел.

Мне? Да? С какой-такой стати?

Ох, врет полкан! Как пить дать врет!

- Возьми собаку свою, - кивает на спящую, как ни в чем не бывало, Клару.

То есть получается, теперь он отсюда уедет "на работу" один, без меня?

Если честно, мысленно от этого понимания я выдыхаю. Потому что именно полкан в этом семействе кажется мне самым опасным человеком. Остальных я абсолютно не боюсь. И если он уедет, вероятно, мы с Ильей отыграем наш спектакль на все сто!

Не подозревая подвоха, иду за своей собакой.

Наклоняюсь к нему, расслабленно сидящему в мягком кресле.

И!

В ту же секунду он, как пружина, подбирается весь! И хватает меня за предплечья! Мое лицо оказывается в считанных сантиметрах от его лица. Мои губы, кстати, тоже совсем рядом от его губ!