Чудеса на зеленом холме (СИ) - Колыбельникова Нина - Страница 4

Вдруг раздался звук — кто-то постучал в дверь. Я обернулась, вошла та же женщина с подносом в руках. На нем лежали куски хлеба и немного сыра. Женщина мне улыбнулась и поставила поднос на стол, который стоял возле окна.

— Тиа те моэ! — произнесла она на своем языке, но интонация была понятна: это было приглашение.

Я ненадолго засомневалась, все еще чувствуя себя потерянной и испуганной, но голод уже дал о себе знать. Собравшись с силами, я сделала шаг к столу, готовая принять эту новую реальность, даже если она была полна неизвестности.

— Тиа те морэ, — повторила я и указала пальцем на еду.

— Моэ, — поправила меня женщина и кивнула.

Рискуя самым драгоценным, что у меня есть, — своей жизнью, я взяла в руки бутерброд и попробовала его на вкус. Корочка была хрустящей, а внутри хлеб оказался теплым и мягким, похоже, хозяйка приготовила его самостоятельно. Вкус был удивительным — легкая сладость, смешанная с соленым, напоминала мне о детстве, когда бабушка пекла хлеб по утрам.

Я настолько увлеклась, что даже не заметила, как съела всю порцию, и посмотрела на женщину, которая внимательно за мной наблюдала.

— Спасибо, — я сделала легкий поклон в знак благодарности, надеясь, что она меня поймет, а затем показала жестами, что хочу пить.

Как говорится, наглость — второе счастье. И, судя по тому, что женщина кивнула и снова вышла из комнаты, она поняла мою просьбу.

После плотного завтрака меня снова стало клонить в сон, тем более свет, что проникал в комнату, был таким теплым и приятным, что непременно хотелось зажмуриться и расслабиться. Я даже не ощутила угрозу, когда дверь за спиной повторно открылась, и только недовольные крики хозяйки заставили меня обернуться, а затем испуганно подскочить со стула.

Гостем оказался тот самый мужчина, который ударил меня по голове и, вероятно, притащил в это место.

Он бросил в сторону женщины, которая пыталась схватить его за руку, что-то грубое и посмотрел на меня таким разъяренным взглядом, что у меня сердце в пятках спряталось от страха. Как же трудно общаться с людьми, когда вы друг друга не понимаете.

— Дхар виарен топас занет, — прорычал мужчина и стал угрожающе на меня надвигаться.

Хозяйка дома все еще пыталась его вразумить, что-то быстро говоря, то и дело прикасаясь к его руке, но, казалось, кроме меня мужчина больше никого не замечает.

Ведет себя так, будто я у него что-то украла.

— Я вас не понимаю, — попыталась ответить спокойным тоном, хотя голос предательски дрожал.

К словам подключила жесты, пожимала плечами, качала головой, но мужчину эта ситуация только веселила, судя по кривой улыбке на его губах.

В тот момент, когда я подумала, что уже все, — сейчас меня схватят и мне повторно придется пережить весь этот стресс, — хозяйка дома встала перед мужчиной и развела руки, словно пыталась меня загородить.

Она начала что-то объяснять моему похитителю, а тот недовольно ворчал и грубо ей отвечал.

Вот так и получается. Сейчас решается, что будет дальше с моей жизнью, а я не могу разобрать ни единого слова.

В итоге пятиминутного препирательства мужчина бросил на меня недовольный взгляд, плюнул себе под ноги, развернулся и ушел. Я вздохнула с облегчением, а хозяйка дома продолжала что-то возмущенно приговаривать ему в спину.

— Спасибо, — еще раз поклонилась я женщине.

Она фыркнула и снова вышла из комнаты, а когда вернулась, в руках ее была кружка, в которой дымился травяной отвар, его я узнала по запаху.

Ромашка, календула, мелисса и еще что-то сладкое, наверное, ягода.

— Асания, — женщина ткнула себя в грудь пальцем и еще раз повторила. — Асания.

Я приняла из ее рук чашку и сделала небольшой глоток. Вкусно.

— Астра, — я показала на себя. — Меня зовут Астра.

В результате я осталась жить у Асании. Не знаю, чем она руководствовалась, когда согласилась меня принять, я же почувствовала себя в этом доме в безопасности и решила его не покидать, пока более-менее не освоюсь в этом мире. Выучу язык, разберусь в культуре и законах, а затем буду уже решать, что делать дальше. Кровати у меня не было, но хозяйка выделила большой мешок, который мы набили соломой, на нем я и спала. Не те условия, к которым я привыкла, но было что есть и крыша над головой, а это главное.

Как оказалось, Асания была местной ведьмой. Она собирала травы, варила отвары на продажу, делала мази, а иногда принимала в своем доме жителей деревни и помогала им избавиться от недуга, боли в спине или ангины. Своими зельями Асания могла вылечить все. Со временем, как только она убедилась, что я разбираюсь в травах, то разрешила мне ей помогать. Надо же хоть как-то отплатить за ее гостеприимство.

Изучение языка проходило плавно. Асания не учила меня читать или писать, просто показывала на тот или иной предмет и говорила его название. А затем потихоньку мы стали строить целые предложения. Через три месяца я могла уже уверенно говорить обо всем, что касается быта. С легкостью рассуждала об уборке, о готовке и других житейских вещах, а также принимала посетителей Асании и передавала их просьбы. Не сказать, что язык оказался легким, но мне, владеющей пятью земными, разобраться в нем было проще.

Так и пролетели месяцы моей жизни в новом мире. Иногда я вспоминала Землю, вот только злорадство над бывшим уже не приносило былого удовольствия. Наверное, высшие силы отправили меня в этот мир за скверный характер. При больших доходах я никогда не помогала малоимущим, не занималась благотворительностью, стараясь все вкладывать в развитие собственного бизнеса. И по закону подлости этот бизнес теперь мог отойти человеку, который меня хладнокровно убил. Вдруг мы с адвокатом плохо подготовились и у Даниила получится выкрутиться?

Но от этих тревожных мыслей уже не было никакого проку, поэтому я постаралась от них абстрагироваться и заняться своей собственной жизнью.

В итоге я прожила в этом доме один год. И когда я уже в целом разобралась, решила серьезно поговорить с хозяйкой дома. И как-то вечером обратилась к ней с вопросом.

— Асания, расскажи мне об этом мире. Кто здесь проживает?

— Рассказать о мире? — она как раз заваривала очередной настой из трав, поэтому разлила его в две чашки для пробы и пригласила меня к столу. — Получается, тебя к нам забросило не из морской пучины?

— Из морской пучины?

— Пираты иногда теряют подневольных во время плавания. Скажу честно, многим проще спрыгнуть за борт и помереть, чем попасть на невольничий рынок. Там людей ждет страшная участь, редко кому-то везет. В особенности таким красивым, как ты.

— Нет, Асания, — я отрицательно покачала головой. — Я из другого мира. Сама не знаю, как здесь очутилась.

— То-то я думала, почему ты так странно разговариваешь, — усмехнулась женщина. — Но ты ведьма, тебе простительно. Ведьмам многое что простительно.

— Ведьма? Ты ошибаешься, Асания. Я обычная девушка.

— Ведьма, — повторила она и прикоснулась указательным пальцем к моей родинке над губой. — У тебя даже есть отметина. И в травах ты разбираешься. Как только я уйду на покой, ты меня заменишь.

Расстраивать Астанию и говорить, что я собираюсь покинуть этот дом, не стала. Стабильная и тихая жизнь, где я могу довольствоваться крохами, не для меня. Зная свои таланты и способности, я могу многого добиться, стоит только рискнуть и выйти из зоны комфорта.

— Хорошо, — согласилась с ней. — А что такое невольничий рынок?

— В нашем мире людей делят на три сословия, — ответила Асания. — Высшее сословие — родились в благородной семье. У этих господ особенные привилегии. Они могут получить образование, устроиться на хорошую работу, занимать высокопоставленные должности. Это те люди, которые управляют нами. Они разбираются в науках и очень уважаемы.

— То есть в этом мире все зависит от того, в какой семье ты родился?

— Так и есть, — кивнула ведьма. — Второму сословию повезло меньше. Тут судьба человека определяется количеством денег в семье. Если попадешь на услужение в дом к добрым господам, то твой ребенок сумеет получить образование и найти для себя работу в городе. Высокие должности занимать он не сможет, но это лучше, чем постоянно склонять голову и драить чужие дома. Я вот тоже отношусь ко второму сословию, да и все здесь в деревне такие. Но мы можем работать сами на себя, заниматься торговлей, на эти деньги и живем. В моем роду все женщины были ведьмами, мы учили своих потомков разбираться в травах да знахарству.