Жена вместо истинной. Подмена у алтаря - Юраш Кристина - Страница 4

Я шла последней.

Не обернулась.

В коридоре нас уже ждал слуга. Я явственно ощущала беспокойство, словно перед невидимым, но все еще давящим присутствием хозяина дома.

Пол под ногами казался зыбким, ненадежным, будто я ступала не по мрамору, а по тонкому льду над черной бездной.

— Сюда, милорд, миледи, — бесстрастный голос дворецкого разрезал тишину коридора.

Он не смотрел на нас. Его лицо было такой же идеальной, непроницаемой маской, как и у его господина, но в этой маске не было злобы. Была лишь пугающая пустота.

Я сделала шаг.

Потом еще один.

Ноги слушались плохо, словно налитые свинцом.

Мне хотелось бежать.

Не просто уйти, а раствориться в воздухе, испариться, чтобы больше никогда не слышать этого имени — Дартуар.

В голове лихорадочно мелькали образы: моя маленькая комната в северном крыле, пыльные тома по теории магии, запах старых книг и трав.

Академия.

Свобода.

Я уже мысленно упаковывала вещи, представляла, как снимаю это дурацкое, тяжелое свадебное платье, которое душило меня сильнее, чем любые кандалы.

Коридор тянулся бесконечно.

Высокие окна пропускали сумеречный свет, окрашивая стены в тревожные серо-синие тона.

Где-то далеко, за толстыми стенами особняка, доносился приглушенный гул бала. Музыка. Смех. Жизнь продолжалась там, пока мой мир рушился здесь, в этих холодных коридорах.

Дворецкий остановился перед массивными дубовыми дверями и распахнул их.

Гостевые покои оказались просторными, но пугающе безликими. Тяжелая мебель, покрытая чехлами, высокие зеркала, в которых отражались наши бледные, искаженные страхом лица.

Воздух здесь старой древесиной и парфюмом — роскошным запахом власти, который, казалось, пропитал каждый камень этого дома.

Мать, не дожидаясь приглашения, рухнула в ближайшее кресло с бархатной обивкой.

Она выглядела так, будто из нее выкачали всю кровь. Ее руки, украшенные кольцами, которые когда-то казались мне символом достатка, теперь тряслись, выдавая нервную дрожь.

Мать что-то бормотала себе под нос, словно разговаривая сама с собой: «Столько денег… Платья… Америйское кружево… Сорок шесть метров… Это же целое состояние… А туфли? Нельзя в одних туфлях появляться два раза… Целое состояние…»

Я села напротив, стараясь держать спину прямо. Внутри все сжалось в тугой узел ожидания.

Каждая секунда тянулась мучительно долго.

Тишина в комнате была густой, вязкой. Только далекие звуки оркестра напоминали о том, что время не остановилось.

Щеки горели от стыда и унижения. Я чувствовала себя экспонатом в музее чужих ошибок.

Щелчок замка заставил нас вздрогнуть.

Глава 7

В комнату вошел дворецкий. Он двигался бесшумно, словно тень. Остановившись посередине комнаты, он слегка наклонил голову.

— Его светлость герцог Дартуар передает вам свою волю, — произнес он ровным, лишенным эмоций голосом. — Он согласен принять текущие обстоятельства как временное неудобство, вызванное форс-мажором. Герцог настоятельно рекомендует вам сосредоточить все усилия на поисках леди Аннабель. Чем быстрее она будет найдена, тем лучше для всех сторон. Если вам потребуются ресурсы для поиска — люди, связи, средства — дом Дартуар готов предоставить их в полном объеме. А пока он требует, чтобы вы покинули его дом.

Он сделал паузу, ожидая, осознали ли мы сказанное.

— Это всё? — хрипло спросил отец, подаваясь вперед.

— На данный момент — да, милорд. Его светлость просит не беспокоить его без крайней необходимости. Если только это не касается поисков и судьбы Аннабель.

Дворецкий поклонился и вышел, мягко закрыв за собой дверь. Щелчок прозвучал громче выстрела.

В повисшей тишине отец первым выдохнул воздух, который, казалось, держал в легких все последние часы. Его плечи опустились, маска паники сменилась расчетливой усталостью.

— Ну вот, — довольным голосом произнес он, потирая виски. — Слава богам. Все могло быть и хуже. Нам пора возвращаться домой. Нужно организовать поиски, связаться с сыщиками...

Он поднялся, поправляя камзол. Мать тоже начала медленно подниматься, опираясь на подлокотники кресла, словно немощная старуха.

Я встала следом, чувствуя легкое головокружение от облегчения. Значит, кошмар заканчивается. Я выполнила свою часть договора. Теперь можно уйти. Можно дышать.

— Дорогая, — голос матери прозвучал тихо, но в нем не было той дрожи, что раньше.

Она обернулась ко мне, и в ее глазах я увидела что-то новое. Холодное. Решительное.

— Ты остаешься здесь.

Я моргнула, не сразу поняв смысл слов.

— Что?

— Ты остаешься здесь, — повторила она, и в ее тоне не было места для вопросов.

Отец, который уже направился к двери, остановился и обернулся. Он впервые за весь день выглядел спокойным. Даже довольным.

— Твоя мать права, Анна. Тебе лучше остаться в поместье герцога, — спокойно произнес отец. — Его светлость не может выставить законную супругу за порог в день свадьбы.

— Но... — я попятилась, чувствуя, как пол снова уходит из-под ног. — Как же наш договор? Вы обещали! Как только церемония пройдет, я получу доступ к наследству бабушки и смогу поступить в Академию. Вы сказали, что это временно! Я заменю Аннабель только на время свадьбы! Вы обещали!

Слово «обещали» повисло в воздухе, тяжелое и липкое, как грязь.

Глава 8

Отец тяжело вздохнул, словно я задавала ему неудобный, детский вопрос.

— Анна, будь разумна. Мы не знаем, сколько времени займут поиски твоей сестры. День? Неделя? Месяц?

— И что? — мой голос сорвался на визг. — Я не могу жить здесь! Герцог меня ненавидит! Он сам приказал нам покинуть дом!

— Именно поэтому ты должна оставаться здесь, — перебил меня отец, и в его голосе прорезались стальные нотки. — Как гарантия. Как статус. Как защита.

— Гарантия чего? — я нервно рассмеялась, но смех вышел сухим и страшным. — Папа, он назвал меня подделкой. Он швырнул фату мне в лицо. Какой статус? Какая защита?

— Статус, который не позволит кредиторам вытащить нас из дома и продать наше имущество с молотка прямо сейчас, — отрезал отец. Он подошел ближе, и я увидела в его глазах тот самый холодный расчет, который заметила в кабинете. — Пока ты здесь, пока брак формально существует, мы в безопасности. Дом Дартуар неприкосновенен. Ты остаешься здесь, Анна.

— Но он убьет меня! — вырвалось у меня.

Отец наконец поднял взгляд. В нем не было страха за меня. Была лишь досада, что я задаю глупые вопросы, отнимающие время.

— Не преувеличивай, — сухо бросил он. — Герцог — аристократ. Он не станет марать руки о такую, как ты, сразу. А если и станет... Что ж, такова цена нашего спокойствия. Ты ведь хочешь, чтобы семья любила тебя, как Аннабель? Аннабель — это лицо семьи. Аннабель — это будущее. А ты… Что ты сделала для семьи? Ничего! Вот и заслужи любовь. Сделай что-то для семьи полезное. И молись, чтобы твоя сестра нашлась быстрее, чем у герцога закончится терпение.

— Но я хочу в Академию! — крикнула я, чувствуя, как внутри закипает ярость, смешанная с отчаянием. — Вы обещали мне жизнь! Не эту... клетку!

— Денег на Академию нет, Анна, — произнес отец тихо.

Эти слова выбили воздух из легких.

Я замерла.

— Что?

— Денег нет, — повторила слова отца мать, избегая моего взгляда. Она изучала узор на ковре, словно там были написаны ответы на все мои вопросы. — Все средства, включая твою долю наследства, пошли на подготовку к дебюту Аннабель. Наряды, украшения, банкеты, взятки нужным людям, чтобы обеспечить приглашения на закрытые балы...

— Вы... — я почувствовала, как земля уходит из-под ног. Меня затошнило. — Вы украли мое приданое? Мою мечту? Вы отдали все ей?

Глава 9

— Да кто ты такая, чтобы оспаривать решение семьи! Мы инвестировали в будущее семьи! — вспылил отец, и его лицо покраснело. — Аннабель должна была сделать блестящую партию! Это спасло бы нас всех! А ты... Ты всегда была запасным вариантом. И сегодня ты доказала, что можешь быть полезной, просто стоя у алтаря.