Эпатажная белошвейка. Береги панталоны, Дракон! (СИ) - Гунн Эмили - Страница 7

Невысокая, с пышной прической и ушами, которые явно не могли принадлежать человеку. Волчьи, лисьи, но без пушка. Или эльфийские?.. Короче, магически-приличные… то есть приличных таких размеров!

— Доброго Солнца! А это… Это вы? — спросила она, озираясь с таким сомнением в бирюзовых глазах, словно проверяла, не попала ли по ошибке в лавку ядов.

— Смотря, кого именно вы надеялись здесь найти, — бодро улыбнулась я. — Если белошвейку, то да. Это я. Хозяйка обновленного ателье.

Дама всё ещё смотрела на меня с недоверием.

— Белошвейка, — протянула она с легкой досадой. — Не знаю. Прежде здесь и платья продавались, — и ее взгляд остановился на простеньком летнем сарафане с неплотным лифом.

— Сейчас они тоже имеются в наличии, — заверила я. — К тому же вы можете заказать наряд по вкусу.

— Мне нужно платье, — чуть замешкавшись, вновь заговорила лерда. — Но ночное, вместо сорочки для сна. Но чтобы… чтобы соблазнить. Но… прилично. Но чтобы он глаз отвести не мог!

Хм, как много «но», — подумала про себя.

Вслух же ответила иное:

— Понимаю. Описанное вами облачение как раз и можно классифицировать, как нижнюю одежду. А для нас сшить подобное проще простого! — заявила уверенно, стараясь не смотреть на сощурившегося Мшастика. — Эротика, завуалированная под невинность.

— Что? — захлопала блондинка глазами.

— Пеньюар. Минутку, — лукаво улыбнулась я.

Вытянула с полки свернутый рулон. Атласная ткань сияла, будто в неё вплетены микроскопические светлячки.

Отрез мгновенно среагировала на эмоции заказчицы — в углу материала начало багроветь, а с другого края появилось нечто, подозрительно похожее на кружево с хищными, но розовыми цветами.

— Эта ткань читает желания, — представила я девушке волшебный атлас, обнаруженный нами в обшарпанном сундуке. — Она настроится на ваше настроение и на того, кто будет на вас смотреть. Услуга включена в цену за пошив.

— Магия? — нахмурились ее светлые бровки.

— Всего лишь текстиль со встроенной шкалой настроений, — отмахнулась я. — Пройдемте, я сниму мерки. Вы же не боитесь щекотки? — чуть помедлив, уточнила я.

Поскольку ткань уже сама подбиралась к клиентке, обвиваясь вокруг её бедра, словно шёлковый уж.

Через десять минут я уже делала первую наметку.

Жуфле — моя говорящая мочалка с душой фамилиара — сидел рядом на катушке и комментировал происходящее:

— На попец сделай выточку. У неё там главный акцент, — выдавал он одну скабрезную рекомендацию за другой. — По титькам словно колесом тяжелого обоза проехались! Пуф! Глазам мужика и зацепиться не за что будет.

Я хихикнула, изо всех сил пытаясь не выдать клиентке, что параллельно общаюсь с невидимой мочалкой.

Однако касательно объемного филе блондинки Жуфле был прав. И подчеркнуть его стоило.

— У тебя тоже акцент, Жуфле. На грубость, — фыркнула я, когда лерда ушла, захватив с собой расписку о первоначальном взносе за заказ.

— Никак нет, моя прелесть! У меня ведущая сила — это правдолюбие! — парировал Жуфле. — Я идеален дляобнаружения лжи . Принимаюсь пениться яростно, если кто-то рядом врёт. Я могу наколдовать…

— То-то же ты профессионально разные вариации лжи мне подсовывал, — засмеялась я.

— Когда это?! — вспыхнул мочал. — А-а, это когда мы между ног инквизитору ныряли?

— Что-что? — активизировалась в момент любознательная Солошля. — Попахивает пикантным!

— Да там не пахло, а несло! — заржал мочал Жуфле. — Ароматическими маслами, крайней степенью возбуждения и драконьего маскулина!

— Молчать! — рявкнула я и следом пожаловалась шляпке. — Мшастик заставил меня наплести ложь про моё происхождение от небезызвестной Мурляны. Теперь инквизитор черт знает что думает о роде моих занятий! А эта мочалка доморощенная еще и смеет кичиться своей честностью. Ха, тоже мне, правдоборец! Кустарный!

— Почему кустарный? — возмутился Мшастик. — Я соткан умелицей. Мастерицей своего дела! А касательно нашего с тобой сговора и… хм, преувеличения в теме степени твоего родства с Мурляной…

— Преувеличения?? — опешила я. — Это ты ноль многократно приумножил? Спешу расстроить, горе-математик Жуфле. При умножении на ноль останется такая же дырка от бублика! А у меня ни капли крови Мурляны вашей.

— Ты не даешь мне договорить! — завертелся мочал бешеной белкой. — Я же сам не врал вовсе! Я только тебе предложил удобную ложь. А то, что ты ею воспользовалась — не моя заслуга, уж простите! Я, может статься, и осуждаю тебя в мшистой душе!

— Ооо! Да ты еще и коварен, мой Мшастик! — расширились мои глаза. — Сам подсунул мне ложь. И сам же за нее винишь??

— Это моё нутро чистоплотное о себе знать дает, — безмятежно сознался Жуфле. — Ты ж перебила. Не дала все свои регалии перечислить. Я уже неделю жду, когда ты соизволишь выделить время и выслушать, какой я распрекрасный! — без всякой иронии упрекнул он меня.

— Слушаю тебя, затаив дыхание! — театрально прижала я ладошки к груди.

Но мой интерес приняли за чистую монету.

— Я умею наколдовать чистоту, аромат, а в качестве бонуса еще и "обелить душу"! — убежденно заявил Мшастик. — Могу "выстирать" негативные эмоции или чужую магию с ткани. Кроме всего прочего, я, как никто другой, понимаю язык разного типа тканей и предметов. И являюсь без пяти минут шаманом между материальным и магическим бытом!

И нам с Солошлей оставалось лишь закатить глаза…

Весь оставшийся день горожане совсем не радовали нас своим вниманием. И только поздно вечером в лавку вошли двое. Пожилая, но весьма бодрая пара.

Мужчина с хитрым прищуром и тонкими усиками и женщина. В строгом темном платье и с тяжелой шалью того же цвета.

— Милая, — сказал он, подходя к вешалке с бельём, — а взгляни-ка, какое изящество. Могу себе представить тебя в этом, мм? — лукаво сверкнул лерд глазами, полагая, что их не слышно.

Мы с магическими чудиками стояли поодаль, чтобы не мешать знакомству с ассортиментом магазинчика.

— Ты с ума сошёл, Старофон!? — вспыхнула лерда. — Это же… это же… верёвка и три клочка ткани! Форменное бесстыдство!

— Вот и я о том же, — довольно крякнул ее супруг. — Давай-ка ты примеришь этот комплект, кхм-кхм. Глядишь, и молодость вспомним …

— Ты сможешь напялить этот срам только лишь на мой хладный труп, — пробурчала дама, но ее глаза то и дело переползали к полочке с вызывающим бельишком.

Вслед за ними зашла молодая парочка. Муж степенный, в сюртуке, как у нотариуса. Жена светловолосая, румяная, с глазами озорной кошки.

— Что это за непотребство? — нахмурился мужчина. — Драфийская чертовщина! Пошли, Дориния. Здесь нет ничего, что бы тебе подошло.

— Конечно, дорогой, — ответила его жена с самым целомудренным выражением на лице и покорно вышла.

Однако каково же было наше изумление, когда спустя три четверти часа обе дамочки вернулись в лавку! Смущенные, воровато оглядывающиеся на дверь. Но полные озорной решимости!

— Для... для танцевального кружка, — пробормотала молоденькая и подмигнула мне.

Боюсь представить, какими танцами могла бы баловать себя местная аристократия, если бы лерда говорила правду сейчас! Восточными, с оголенным животом??

Но, судя по неодобрительному бурчанию Мшастика, девушка покупала бельишко совершенно с другим прицелом!

Мне стало любопытно, как преподнесет пожилая дама в строгом наряде выбранный ею кружевной бюстгалтер, но она не опустилась до объяснений.

— Ну что, Жуфле, — сказала я, закрывая ставни за последними клиентами. — Думаешь, мы станем знаменитыми?

— О, да! Нас либо повесят, либо выпишут весь наш новый каталог! Причём, уверяю тебя, дорогуша, сделают это одни и те же персоны! — взорвался Жуфле сардоническим смехом.

Глава 8

С утра всё пошло наперекосяк. Нитки путались, ткань жила своей жизнью, а Мшастик уронил катушку с золотой тесьмой в чай.