Эпатажная белошвейка. Береги панталоны, Дракон! (СИ) - Гунн Эмили - Страница 31

Шляпка же вспорхнула и защебетала:

— Ах, чай у герцогини! Представь себе: фарфор, крекеры, лимонные дольки…

— И нож в спину в подарок к десерту, — вякнул Мшастик.

— Вот именно, — я прикусила губу. — Но отказаться — ещё хуже. Значит, идём.

Хотя и трясло меня так, будто на казнь наряжаюсь.

В таком настроении я и пришла к герцогине де Леверан.

Честно? Сердце у меня колотилось, как у девицы, застуканной с чужим мужем в квасоградовом погребе.

А вдруг герцогиня поверила во всю эту грязь обо мне?

Но первые минуты встречи прошли вполне соответствующе этикету.

Зато на второй чашке интрига принялась закручиваться.

— Ну что, мадам белошвейка, — Леверан приподняла бровь и пододвинула мне чашку чая, — вы, конечно, уже знаете, какие слухи опять разносятся по городу?

Вот оно! Мои руки затряслись так, что я едва не опрокинула фарфор.

— Я в курсе, — уронила я. — И я снова угодила в сердцевину этой бури. Только скажите честно, вы тоже решили, что я практикую тёмные искусства на феях?

Герцогиня усмехнулась.

— Дорогая, если бы можно было верить каждой сплетне, которую шепчут во дворце, — сказала она беспечно, — то я бы уже трижды умерла, воскресла и вышла замуж за собственного коня.

Я не удержалась и прыснула в чай. Напряжение тут же спало.

— Так вы не думаете, что я…

— Нет, — отрезала она. — Однако я думаю, что тут замешано что-то большее. Жоржетта? О, разумеется, эта дама способна на любую низость. Но, знаешь, я всё больше уверена, что это мог быть удар и по мне.

— По вам?! — я почти подавилась бисквитом.

Герцогиня скривилась.

— У меня слишком много завистливых дамских глаз на спине. Сестра короля давно ждёт, когда я оступлюсь. Некоторые принцессы меня терпеть не могут. А уж если была бы возможность скомпрометировать меня через тебя…

Леверан вопросительно взглянула на меня.

— Буду счастлива перейти на «ты» со столь мудрой лердой! — подтвердила я своё согласие на более искреннее приятельство.

— Я тоже, — тепло улыбнулась герцогиня. — Итак, другими словами, они подготовили прекрасный двойной удар по нам, дорогая Марго.

Я вздохнула.

Мир действительноделится на два лагеря: тех, кто складывает носки парами, и тех, кто уверен — это навязанный ритуал, придуманный, чтобы изводить человечество лишней морокой и красть у него драгоценное время для шалостей.

— То есть, по-вашему, нас подставляют вместе?

— Именно, — герцогиня бесцветно улыбнулась, но после добавила с такой холодной решимостью, что я поняла: уж эта лерда не остановится, пока не найдёт виновных. — И я предлагаю объединиться!

Я чуть не подкинула чашку, как волан на ракетке.

— Объединиться?! О-о-о…

— Почему бы и нет? В конце концов, у нас есть общий враг.

— Дракон? — сорвалось с моих губ.

Она хмыкнула.

— Нет. Дракона, дорогая моя, я предлагаю привлечь в союзники. Хоть Черного Игнатриона отстранили официально, но никто не запрещает нам подать ему иное прошение. Пусть займётся другим делом. Что-нибудь, вскользь задевающее дело феи. А параллельно он докопается и до этой мерзкой истории с бальным платьем, подпортившим всем нам нервы.

И вот тут я окончательно потеряла дар речи. Представила: Черный дракон с его гневным видом, ледяным и колким взглядом, вдруг получает тайное поручение от двух женщин — от герцогини и от меня!

М-да, картина маслом.

С подписью: «Готовься к чулочно-чешуйчатой диверсии, Жоржетта! Наш ход уже на носу!»

Вторая встреча в резиденции герцогини де Леверан началась с того, что я, едва переступив порог, предупредила:

— При всем уважении, дорогая подруга, но если этот Чёрный ящер ещё хоть раз намекнёт на мою «легкомысленность», я брошу в него чашкой!

Пусть потом сам объясняет герцогине, почему у неё сервиз в инвалидности!

Однако Леверан была непревзойденным дипломатом.

Она лукаво сощурилась и подозвала служанку:

— Хельда, замени чайный фарфор, — попросила она. — Принеси-ка нам чего-нибудь… хм…

— Может, герцогиня изволит, подать чай в терракотовом сервизе для сада? — робко предложила девушка. — Я могла бы переместить подачу в крытую оранжерею.

— Нет, ни к чему такие хлопоты, — ощутила я укол вины, поспешно перебив служанку. — Я же пошутила! Ничего я не осмелюсь ломать у вас!

— Не в том дело, милая, — заговорщически улыбнулась мне герцогиня. — Просто этот тонкий фарфор упадет словно вата на толстокожего дракона. А дама должна быть во всеоружии на любой случай, — после чего она обернулась к служанке. — Неси серебряный комплект для приема императоров! Сегодня у нас не менее торжественный визит! — давясь смешком, объявила она.

— Не слишком ли ты жестока? — с опаской проследила я за тем, как служанка заменила хрупкую посуду на металлическое столовое «оружие» против ревнивцев.

— Мм? — задумчиво покосилась Леверан на довольно тяжелый чайник, что тем не менее был выполненным в изысканном стиле. — Разве только чуточку! — подмигнула она мне. — Знаешь, дорогая, мой третий… нет, третьим был Грегор. Паинька такой, ты бы видела! — и она мечтательно прикрыла глаза, вернувшись к беседе лишь через полминуты. — Так вот мой четвертый муж был до невообразимого ревнив. И я до сих пор мучаюсь чувством вины…

Она вздохнула, а я удивленно приподняла брови.

— Ты?! — прозвучало слегка невежливо, и я быстро поправила себя: — Но разве это твоя вина, если он страдал ложными подозрениями?

— Ах, — тоскливо отвела герцогиня взор. — Боюсь, если бы я была с ним строже и вовремя взялась за его перевоспитание, наш брак не распался бы столь скоропалительно! — потрясла она меня выводами. — Так что я настойчиво советую тебе, милая Марго, не спускать нашему Черному инквизитору подобных тиранских замашек!

— Приму к сведению, — заулыбалась я, сообразив, куда она клонит.

Знал бы бедный Игнатрион, как хозяйка этого особняка подбивает меня «перевоспитывать» его серебряными тумаками!

И, точно по установленному расписанию, именно в эту минуту мажордом доложил о прибытии лерда Игнатриона Черного.

Дракон занял собой весь широкий проем двери и отвесил галантный поклон герцогине. После чего, глядя куда-то в занавеску, развевающую между мной и ею, добавил:

— Рад видеть.

Только сделал Игнатрион это голосом, в котором радости было меньше, чем в моём кошельке после оплаты налогов.

— Хотя после твоего ответного письма, Марго, — всё так же прожигая взором дыру в гардинах, протянул дракон, — я удивлен, что ты явилась без оружия.

На последних словах я поймала потрясенный взгляд лерды Леверан и скривилась.

«Ну да, Игнатрион всегда метко попадает в моё настроение и угадывает порывы! И с этим, увы, уже ничего не поделаешь», — пожала я плечами, отвечая на взгляд подруги, и приготовилась выдерживать осаду.

— А что, по-твоему, лерд инквизитор, мой острый язычок менее страшное оружие, чем инкрустированные кинжалы? — вскинула я бровь.

Игнатрион стиснул зубы.

Повел челюстью из стороны в сторону, будто его внезапно настигла зубная боль. И занял место, предложенное ему герцогиней.

— Браво, — выцедил он, всё еще избегая смотреть в мои глаза. — Можешь считать, Марго, что первый выпад твоим условным «кинжалом» достиг цели.

Лестно выразился он о моем остроумии.

— Благодарю, — нахально приняла я его комплимент, показав, что нисколько не стыжусь того, что колка на язык.

Дракон наградил меня жгучим взглядом из-под темных бровей, а слово взяла хозяйка дома.

Она едва заметно кашлянула в кулачок, деликатно спрятав от нас разбиравший ее смех, и заговорила:

— Милые мои, давайте оставим ваши… поэтические пикировки для частной прогулки, — протянула герцогиня Леверан с улыбкой, способной останавливать дуэли непримиримых врагов. — Мы же как-никак собрались здесь ради дела.

«Ах да, у нас же тут дипломатические переговоры, а не семейная сцена в прачечной», — разочарованно поправила я рукав.