Эпатажная белошвейка. Береги панталоны, Дракон! (СИ) - Гунн Эмили - Страница 1

Глава 1

Тёплая вода обволакивает меня, словно шелковая вуаль. Мелкие пузырьки пены ласкают кожу, опьяняя ароматами сладких трав, цветов и чего-то чарующе-пряного с нотками корицы и имбиря.

Просто не ванна, а ожившая мечта!

Или сон?.. Да, точно сон.

Видимо, я уснула, пока подруги обсуждали набор для… хм, приносящий радость девушкам. Его курьер по ошибке принес нам. А не в соседнее помещение бани, где невеста устраивала девичник перед свадьбой.

Вот мы и нахохотались с бывшими одноклассницами, с которыми собрались, чтобы отметить юбилейную встречу выпускниц нашей школы. Прикалывали друг друга, вынимая из коробочки розовые и лиловые «пули», «шарики», требующие батареек, украшенные стразами, а то и перьями! В общем вы поняли, о чем речь…

Но сейчас девчонок слышно не было. Наверное, перебрались в сауну, куда были заказаны прохладительные коктейли.

А мне совершенно не хотелось просыпаться и проверять.

Мой сон чудесным образом набирал обороты. И обещал из томного перейти в нечто куда более… э-эм, эпатажное.

— Такая податливая… Горячая… сон, говоришь? И часто я тебе снюсь, малышка? — услышала я глубокий низкий голос у самого уха.

Вздрогнула. Замерла. Но глаза так и не открыла.

«Интере-е-есно пенка булькает (!) в этой элитной бане», — подумала про себя и… Расслабилась.

— Ага, — шепнула в ответ своему мистеру «Фантазия», прикусив губу. — Ну не наяву же я стала бы такое допускать!

— Очень жаль, — ответили мне хриплым шепотом. — Думаю, окончательно пробудившись, ты станешь еще соблазнительнее. Так быстро распаляешься, даже в полудреме! — похвалил он меня.

Я чуть нахмурилась.

Внутри задёргались подозрения, но тут же растворились в пушистой мыльной неге.

Особенно когда кто-то вновь нежно коснулся моего плеча. Почти невесомо, как тёплый ветерок. И неторопливо заскользил к ключицам и ниже, к локтям.

Пальцы — горячие, уверенные, медленные. Они без спешки исследовали изгибы моей руки и с ленивым интересом перекочевали к животу.

Все было восхитительно: и тепло, и запахи, и сладостные ощущения.

Словно все плохое смылось с моего тела и душе. Руки всплывали, опускаясь обратно в воду. Шею приятно тянуло, а спина расслаблялась.

Только одно мешало: кружевной белье.

Жаль, я не успела его снять, прежде чем заснуть. Оно у меня было мягким, тонким, но всё равно чуть покалывало, натирая влажную кожу.

И вот ладонь приснившегося мне роскошного мужчины накрыла мой разморившись животик. И под тихо колеблющейся водой, в густой невесомости шампаня его движения стали ощущаться в разы острее.

Моё дыхание перешло в поверхностное. А на каждое касание к коже отзывалось мурашками дрожи.

— Ну же… — прошептала я, не открывая глаз. — Сделай уже, как мне хочется… Ты же точно умеешь! Хватит уже гладить меня, как шелк после стирки, — капризно проворчала я. — Нормально уже тронь.

А что? Это же сон!

Во сне можно всё.

Разрешается быть слегка бесстыдной, взбалмошный, страстной.

Можно требовать и произносить то, чего наяву себе ни за что не позволишь!

В ответ до меня донёсся хриплый, типично мужской смешок.

— Какая ты требовательная! — пожурили меня. — Будто это я для тебя, крошка. А не ты — для меня.

— Ой, да замолчи уже!! — выдохнула я, выгибаясь чуть сильнее. И лениво шевельнулась в убаюкивающей воде.

Его пальцы, такие внимательные, услужливые (в отличие от их хозяина!) снова принялись путешествовать по моему бедру. Сжали чуть ощутимее, будто показывая, что знают, чего я жду от них.

— А ты, я смотрю, не на шутку завелась, — с ласковой насмешкой произнёс глубокий баритон.

Его мощная рука скользнула за мой бок. И, надавив на поясницу, меня уверенно подмяли под себя.

Меня тотчас же накрыло жаром, исходящим от опустившегося на меня тяжелого мужского тела.

— Мм, какой крупный, — мурлыкнула я, — большой, твердый… почти как надо…

На этом моменте мой мистер «Сон» неожиданно окаменел.

И вовсе не там, где ожидалось.

Он застыл, всем своим телом древнего атлета превращаясь едва ли не в затвердевший мрамор.

— Что значит «почти»?! — уязвленно зарычали мне в лицо.

Мои веки подернуло лёгким спазмом. И я широко распахнула глаза.

Пена, тепло, рука на моей талии — все было настоящим.

И он тоже... БЫЛ.

Тут… был. Прямо здесь… Прямо сейчас... существовал!

Он ТОЖЕ, грёзы безбашенные его подери, был РЕАЛЬНЫМ!

Впечатляюще высокий, шикарный брюнет сидел напротив меня, облокотившись о край ванны.

Глава 2

— Ты… Ты, — я отшатнулась, и тёплая жидкость шлёпнулась на мраморный пол, перелившись через бортик. — Ты настоящий?!!

— Ну… Если хочешь, проверим? — и он, не дав мне опомнится, нахально поднёс руку к моему лицу. А потом взял и… бесцеремонно щелкнул меня по носу!

— Больно? — поинтересовался совершенно невозмутимо. — Выходит, всё взаправду.

— А-а-а!!! — завещала я, забарахтавшись в воде. Так, что рождённая мною мыльная волна окатило незнакомца. — Что за фигня?! Где я? Кто ты??

Он отступил, с ленивой грацией подняв руки.

Механически пошарила рукой в поисках чего-нибудь, чем можно было бы запустить в ухмыляющееся лицо мужчины.

В ход пошло всё — флакончики с пахучими жидкостями, мочалки с излишними перьями, крошечные веники, едва умещающиеся в ладошку и даже бронзовый ковш, инкрустированный самоцветами.

— Но-но! Спокойнее, нимфа. Не порть мне имущество! — мужчина ловко уворачивался от моих снарядов, не выказывая при этом никакого негодования. Только посмеивался сипло. — Травяные соли у меня очень редкие, к слову. Они привезены из дальних уголков Кедрового архипелага. Нежишься — нежься прилично!

Его речь, а конкретнее стиль, которым мужчина пользовался, заставили меня притихнуть и призадуматься.

Говорил и вёл себя он точно, как нереальный!

Кроме того, в каких бы чокнутых грёзах я ни оказалась, обвинение в невоспитанности не могло меня не задеть.

— Твои соли? Твои травы… — повторила я за ним, в попытке понять, что вообще происходит. — Так эту ванну для тебя залили? Так. Ладно, предположим мы перепутали помещения в бане. Но почему ты трогал меня, извращенец вонючий?! — прошипела я, справедливо указывая ему на его собственную беспардонность.

— Ну почему же сразу вонючий? — тронуло мужчину использованное мною прилагательное. — Я вот уже с четверть часа ароматными маслами нас с тобой здесь замачиваю и усердно разморяю.

Казалось, шире вытаращиться мои глаза уже не могут, но они это сделали.

А всё потому, что я заметила, как сам эпитет «извращенец» незнакомца ни толики не смутил!

— То есть в изврате ты признаешься? — сощурилась я, максимально далеко отползая от него по скользкому дну ванны.

Логичным порывом было бы, конечно, выскочить из неё и бежать. Однако я не была уверена, что это не спровоцирует у самозванца хватательных рефлексов.

Вдруг накинется на меня и снова примется мять где ни попадя.

Вдобавок я не помнила точно, есть ли на мне хоть что-то из одежды?

Так что моя безрассудная болтовня была в действительности оттягиванием времени. Параллельно я аккуратно ощупывала себя, чтобы добраться до теоретически падких на позор участков своего тела. И определить прикрыты ли они хотя бы бельем?

Однако незнакомый извращенец не пожелал признавать за собой грешок.

— И в разнузданности меня обвиняет барышня, которая минуту назад жеманно стонала… кхм, цитирую: «Вот так… Да-а. Ещё!» — втоптал меня беспутный тип на дно позора.

Он откровенно повторил всё то непотребство, которое я говорила ему, думая, что сплю.

— Да как ты смеешь! Я думала, что задремала. А ты и рад воспользоваться! — поперхнулась я влажным воздухом бани, одурев от его хамства.