Ложная девятка 11 (СИ) - Риддер Аристарх - Страница 11

Плюс семь человек, которые к сборной ещё не привлекались в больших турнирах и матчах. Но эта семёрка тоже очень-очень сильная, и в ней есть настоящие титаны.

И ладно, Черчесов. Он хоть и новичок всё ещё для сборной, но Стасу уже двадцать шесть. Назвать его новичком в футболе в настоящем смысле сложно. Вася Кульков, спартаковец. Ему двадцать три. Можно сказать, что тоже опытный игрок. Только входят в пору футбольной зрелости, но уже очень большие мастера.

А вот ещё четверо. Это совсем другое дело. Мостовой, двадцать один год, а уже игрок мадридского «Реала». И на старте этого сезона новый тренер нашего заклятого соперника не повторяет ошибки Бенхаккера. Саня в составе. Джон Тошак, сменщик Бенхаккера, использует Мостового. Всем понятно, что Саня и в сборной будет на ведущих ролях.

Суперталантливый Игорь Шалимов — этот двадцатилетний спартаковец считается главным талантом красно-белых и их будущим.

Плюс активно даёт стране угля Канчельскис. Его «Шахтёр» — это явно не команда для игрока такого калибра. Андрея стопроцентно очень скоро ждёт переход. Возможно, что в киевское «Динамо». Валерий Васильевич себе не изменяет. Вся Украинская ССР, весь украинский футбол — это рыбачий пруд для «Динамо» и его тренера. Так что талант такого калибра, как Канчельскис, возможно, очень скоро примерит футболку киевского «Динамо». А там и заграница, возможно, не за горами.

Ну а если говорить про нападение, то здесь два московских динамовца. Вот уж не думал, что выходцы из этого клуба, который в мою бытность игроком советского чемпионата, мягко скажем, не блистал, несмотря на своё великое прошлое, будут настолько талантливыми. Колыванов, Кирьяков — два нападающих, два больших таланта и два дебютанта сборной, которых как раз и привлёк к этому матчу именно Бышовец, не Малофеев.

Так что состав команды, которая должна была выйти на поле торпедовского стадиона, — разношёрстный, очень талантливый и при этом очень опытный. Ну а если говорить о главной черте, которая характеризует эту команду, то, несмотря на весь опыт, несмотря на все регалии, несмотря на шкаф с золотом, который эта команда добыла стране в восьмидесятые — и речь идёт не только о турнирах сборных, но и клубных — старая гвардия всё равно очень и очень молода.

О чём говорить, если самый опытный и самый возрастной игрок этой самой старой гвардии — тридцатиоднолетний Ренат Дасаев — только-только перешагнул тридцатилетие. Ему тридцать один, и, учитывая, что Ренат у нас вратарь, играть он будет ещё долго. Если же говорить о Володе Бессонове, самом возрастном из полевых игроков, то что такое тридцать один год для защитника? Ерунда.

Так что матч с бразильцами будет очень и очень интересным.

А всё-таки хорош новый торпедовский стадион.

Старая арена при всей её легендарности — а именно здесь Эдуард Анатольевич и Валентин Козьмич добывали свою славу в чемпионате СССР, именно здесь мои первые тренеры становились теми самыми Ивановым и Стрельцовым — всё-таки была другой эпохой. Нынешний торпедовский стадион — это просто космос.

И нет, я категорически не хочу говорить о том, что эта арена соответствует лучшим мировым стандартам. Потому что на самом деле — и чёрт возьми, как же это приятно — стадион на Восточной улице сам задаёт эти стандарты. А если говорить про по-настоящему северные футбольные стадионы — Москва всё-таки северный город — то это утверждение будет на сто процентов точным. Настолько комфортный, уютный, удобный стадион, да ещё и такой вместимости, расположенный так далеко от тропиков, — это на самом деле уникальная вещь.

Московская погода, прямо скажем, подвела. Как говорят ребята из сборной, весь месяц в столице стояла очень хорошая погода. Бабье лето. Но именно сегодня, когда к нам в гости приехали бразильцы, небесная канцелярия как будто бы сказала: баста, карапузики, кончились танцы. И вот вам осень, друзья, дождливая московская осень.

И именно она, эта погода, является одним из лучших контрастов для того, чтобы оценить торпедовский стадион. Там, за стенами этого футбольного храма, порывистый ветер гонит листья по улицам. Там этот самый московский ветер тестирует москвичей и гостей столицы на прочность, задувая под одежду, проникая куда только можно. Там он резвится и веселится.

А здесь, в этом замечательном прямоугольнике, всё идеально. Да, сверху на поле льёт дождь, но геометрия арены такая, что осадки выпадают исключительно на долю футболистов. Трибуны, укрытые даже не козырьками, а полноценной крышей, защищают зрителей от буквально всего. Плюс ещё и отопительная система здесь работает. И да, я не оговорился. На торпедовском стадионе не только подогрев поля, но и подогрев трибун. Ветер и дождь веселятся во всей остальной Москве. А здесь сорок пять тысяч довольных футбольных фанатов будут смотреть лучшую в мире игру с мячом в максимально комфортных условиях.

Если говорить о матче, то он особенный. По-настоящему. С большой буквы.

Потому что сегодня хоть мы и хозяева, но хозяева на чужом празднике. Именно сегодня с футболом прощается легендарный Зико. Последний раз он выйдет на поле в футболке сборной Бразилии в настоящем спортивном матче. В своём «Фламенго», куда он вернулся из «Удинезе» в 1985 году, Зико играет неплохо. Но его долгий роман со сборной практически закончен.

В следующем году будет ещё матч Бразилия — сборная мира. Он уже анонсирован, и не где-нибудь, а на легендарной «Маракане». Именно тот грядущий матч станет последним для Зико в футболке сборной. Но такие штуки, как матчи против сборной мира, — это уже на сто процентов выставочная тема. Финальный трибьют, где собственно спорта уже не очень много.

А этот матч — товарищеский против официально сильнейшей сборной десятилетия. Многие футбольные специалисты в Европе говорят о том, что сборная Советского Союза — сильнейшая команда в истории. Это совсем другое дело. Даже несмотря на товарищеский характер, всё-таки речь идёт о спорте. Поэтому именно сегодняшний матч можно назвать настоящей точкой в карьере Зико.

И что характерно, уходит он из сборной не потому, что старый конь уже портит борозду. Как раз таки нет. В своём «Фламенго» Зико — капитан, показывает очень хороший футбол. Закусился, и его дальние удары постоянно радуют болельщиков. Но со сборной он заканчивает из-за нового тренера трёхкратных чемпионов мира.

Себастьян Лазарони, назначенный в середине января этого года, является, по мнению многих — и по моему мнению в том числе — очень противоречивой фигурой. Это человек, который не просто наступает на горло бразильской песне. Это тренер, который пытается сделать из кудесников мяча не футбольных романтиков, а футбольных прагматиков.

Этим летом Бразилия выиграла Копа Америка — первый трофей самой футбольной страны в мире с семидесятого года, с триумфального чемпионата мира. И выиграла в максимально скучном стиле. 5−3–2 с либеро. Ставка на оборону, ставка на дисциплину.

Символом этой новой сборной является не Карека — Робин при Бэтмене Марадоне в «Наполи». Не молодой и суперталантливый Ромарио, за которым охотится вся футбольная Европа. Не Бебето с его парадоксальной, но очень эффективной техникой. И, само собой, не Зико. Альфой и Омегой для Лазарони является Дунга. Скучный опорный полузащитник «Фиорентины». Бразильского духа, того самого карнавала улиц Рио-де-Жанейро, той самой крови Копакабаны и души фавел — в Дунге нет ни на грош.

И если сравнивать этот новый символ Бразилии с главными звёздами трёхкратных чемпионов мира, то Дунга — буквальный антагонист Ромарио. Да и Бебето тоже. Главная ударная сила ПСВ — это футболист с улицы. Ромарио — классический бразильский сценарий. Жакарезиньо, район Рио-де-Жанейро, откуда Ромарио, — это не прям классическая фавела, но что-то максимально к ней близкое. Очень бедный район. И парни из таких районов в девяноста процентах случаев начинают играть в футбол босиком. Не потому, что это как-то закаляет или формирует. Просто банально денег нет на то, чтобы пацанёнок гонял мяч в обуви. Пляж, босые ноги, мяч и бешеное желание вырваться из этого круга. Такие, как Ромарио, имеют по большому счёту только два пути. Или их ноги прокладывают путь наверх — к статусу кумира, иконы и миллионам долларов. Или фавела затягивает, и конец немного предсказуем.