Тренировочный День 16 (СИ) - Хонихоев Виталий - Страница 21

— В волейбол!

— Да!

— … эту игру мы не сдадим… — круг распадается, и они расходятся по своим позициям. Двадцать семь — двадцать шесть в пользу «Медведей», подача у них же… подает Михайлов. Сейчас будет свисток и мяч полетит над сеткой, но пока есть время…

Она заняла свою позицию у сетки и быстрым взглядом оценила соперников. «Медведи» выглядели спокойными и уверенными в своей силе… они даже потеть толком не начали. Нам практически отдали две партии, подумала она, если бы они играли всерьез — нами бы пол вытерли в первых же сетах. Но две последних партии — они были серьезными. Выиграли эти два сета — да. Но не с сухим счетом. Даже им, бронзовым призерам страны — пришлось напрячься. «Атака Птичьей Стаи», быстрый пас Кривотяпкиной за спину и атака «Молнией» от Лильки, «Отравленный Дар» Юльки Синицыной, секретная техника Марины Мироновой, мощная атака в блок, «Молот Низвержения», сумасшедшие подборы мяча за пределами площадки от Айгули Салчаковой… эта команда показала все. Больше не было тайн, секретных техник, особых тактик, стратегий и козырей в рукаве, Витькин мешок с трюками и сюрпризами — был пуст.

К этому моменту «Медведи» знали все про «Птиц», а «Птицы» — все про «Медведей». Больше не было тактики, не было стратегии, оставалось только играть на чистой силе воле, на упрямстве и остатках силы.

— Но мы — не отдадим этот матч… — она смотрит как третий номер соперников занимает место за белой линией, подбрасывая мяч в руке. Оборачивается назад. В первую очередь — смотрит на эту Кривотяпкину. Всего ничего, думает она, эта Кривотяпкина с нами всего ничего, вторую неделю, но за это короткое время связующая из Иваново стала мозгом команды, управляющим центром на площадке. Она принимает мгновенные решения, и тут же, без паузы — реализует их. Ей наверняка было трудно в «Текстильщике», там никто не успевал за ее мыслью, за ее молниеносными пасами и вся ее работа, весь тяжкий труд — пропадал зря. Но в нашей команде… в нашей команде есть по крайней мере один игрок, которая успевает за ее быстрым пасом. Она переводит взгляд на Лильку. Та стоит на своем месте, чуть оттянувшись назад, готовая принимать подачу. Лилька устала, думает она, даже Лилька может устать, а ведь она может всю ночь танцевать на фестивале в центре Праги, есть эти хрустящие булочки со специями, петь под гитару с какими-то студентами и постоянно мелькать перед глазами, так, что кажется внутри у нее какая-то пружина… но даже она может устать. Последние атаки «Молнией» были заметно ниже и медленней, она уже не выпрыгивает на ту высоту что раньше, в мышцах накопилась молочная кислота, даже ее инопланетному организму нужен отдых.

Свисток! Маша поворачивает голову обратно, чуть приседает, готовясь к новому розыгрышу. Двадцать семь — двадцать шесть, думает она, если этот мяч сейчас пробьет их защиту — то все будет кончено. Разрыв в два очка — победа «Медведей». Нельзя этого допустить…

Номер «три» подбрасывает мяч в руке, разбегается и… подача в прыжке! Силовая подача! Слишком сильная и слишком быстрая, такая подача наверняка отбросит Лильку назад и посадит ей синяки на предплечья… снова. Маша отпрыгивает назад, надо бы успеть…

Мяч влетает в сетку, с такой силой, что кажется — прорвет. Падает вниз. Свисток судьи. Слава богу, мелькает в голове, слава богу, что третий номер поставил на силовую подачу, «Медведи» понимают, что нам трудно брать такие подачи, но подавая вот так — в прыжке и вложив всю силу в удар — ты теряешь в точности. Особенно когда устал. Потому так много очков «Медведи» потеряли на своих силовых подачах… или аут или сетка. Зато, когда попадают…

— Счет двадцать семь — двадцать семь, ровно! — звучит голос судьи. Все выдыхают, выпрямляются, Лилька все же подпрыгивает пару раз на месте, Дуся складывает руки на груди.

— Замена на подачу! — командует Маша: — вместо Мироновой, номер тринадцать — выходит Синицына, номер два!

— Замена. — кивает судья. Вообще-то на подачу можно без счета менять только либеро, но у нас товарищеский матч и на это правило как-то все уже не обращают внимания, решив, что менять кого угодно можно сколько угодно раз. В конце концов главное, чтобы команды больше опыта получили, разные подходы испробовали, а лучшая подача у них в команде у Синицыной.

— В круг! — говорит Маша, и все снова — собираются в круг. На этот раз — вместе с Юлькой Синицыной. Снова руки на плечах, снова знакомые лица совсем рядом, кажется, что она чувствует жар от разгоряченных тел своих девчат.

— Ровно. — говорит она: — еще два очка и мы их выиграем. Обязательно выиграем. Юлька — сделай свою лучшую подачу. Как всегда — на ресивера, с боковым спином и прямо в Князева. Дуся — на тебе с Лилькой атака. Сыграем в волейбол! — она хлопает в ладоши и ей вторят остальные.

— В волейбол!

— Сыграем!

Команда расходится, а она — чувствует, что ноги становятся все тяжелее и тяжелее, мышцы «забиваются» от постоянного напряжения.

Юля Синицына встает за белую линию, подбрасывая мяч в руке, и Маша больше не смотрит на нее. Она уверена в том, что Юля «Черная Птица» — подаст так как надо и туда, куда нужно. Синицына — машина, автомат, бездушная и черствая, у нее нет чувства такта, она не умеет читать атмосферу, говорит прямо и порой позволяет себя напрямую оскорблять людей — так считают многие из тех, кто ее знает. Но в этой команде ее ценят и любят. Да, она говорит все как есть, как считает нужным сказать — без полировки и такта. Но зато уж если Синицына сказала тебе «молодец» — это совершенно точно означает что ты «молодец». Да, она пишет странные стихи и у нее свое, совершенно отличное от других чувство юмора… у нее атрофированы многие чувства. Вроде чувства такта, например. Но зато Синицына никогда ничего не боится. «Черная Птица» никогда не испытывает страха. Поэтому ее можно выводить на подачу в любой, даже самый ответственный момент самого ответственного матча. В этот момент любой игрок ощутил бы тяжесть ответственности, страх от возможности подвести своих товарищей по команде, достаточно на Айгулю Салчакову посмотреть, та и вовсе теряется…

Но только не Синицына. Даже если она будет играть по правилам «волейбола атцеков», когда проигравшей команде головы после матча рубят — она не дрогнет. Так же как и всегда — она встанет за линией и подбросит мяч в воздух. Сила «Отравленного Дара» Синицыной вовсе не в том, что ее подачу невозможно принять. Возможно. И «Медведи» это не раз уже демонстрировали. Боковое вращение, подача по плоской дуге, сила — все это лишь «специи», лишь дополнительные бонусы… но главное в подаче Синицыной — это ее стабильность. В любой физической форме, во время любой обстановки, пусть даже земля пополам треснет под ногами — Юля Синицына выйдет и сделает свою подачу так же как и всегда.

Потому Маша — не смотрит на нее. Она знает, что Синицына не подведет. А значит…

Свисток! Секунды после свистка судьи тянутся как вязкая патока, Синицына никогда не подает сразу же, она — выжидает, она подбрасывает мяч в руке, она выматывает противника, заставляя…

Удар! Мяч летит по плоской дуге — прямо в Князева! Тот — принимает подачу, мяч отлетает чуть в сторону, но «Медведи» уже знают про «Отравленный Дар» и сильное вращение мяча в подаче от Синицыной, так что их это не удивляет. Они — были готовы к этому. Князев и Зуев даже перестали местами меняться на ее подачу. Впрочем, то, что мяч взял именно Князев — это отлично, потому что он в команде «Медведей» — такой же мозг на площадке, как и Дуся у «Птиц», он — связующий, он решает кому дать пас и как провести атаку, а значит, «замарав» его касанием мяча и уведя мяч в сторону вращением — они уже решили основную задачу — не дать «Медведям» провести осмысленную атаку. Князев уже выбыл из игры, второе касание — вывод мяча из-за пределов площадки, Костя Зуев бежит и возвращает его назад, легким касанием, атака будет…

— Ко мне! — командует Маша и перемещается на левую сторону площадки под сеткой: — И… — она выпрыгивает вверх, выставляя вытянутые руки в блоке над сеткой. Рядом с ней — в воздух взмывает Аня Чамдар и Арина Железнова! Тройной блок! Привычная комбинация, они знают, что нипочем не смогут блокировать атаку Жени Балашова, «Лилипут» слишком высок, но пас ему дали неудачный, откровенно худой, он будет атаковать вынужденно. А еще тройной блок делает самое главное — закрывает ему обзор, и он не видит куда именно сместилась Лиля Бергштейн…