Миротворец 4 (СИ) - Тамбовский Сергей - Страница 15

— Вот так сразу… — даже растерялся Витте, — хорошо, попытаюсь сформулировать что-то определенное… пока еще точка невозврата не пройдена, надо попытаться разбить этот новоявленный антироссийский фронт хотя бы на две части.

— И как этот сделать, может, заодно подскажете?

— Это сложный вопрос, государь, но хорошо, я постараюсь… надо занять этих руководителей какой-то другой темой, это первый вариант…

— А второй какой? — сдвинул брови Георгий.

— Второй… второй такой — надо вбить между ними какой-то клин… а еще лучше два клина, чтобы они начали, по крайней мере, задумываться, а точно ли их партнеры ничего не задумывают против них…

— Оба варианта хороши, — после достаточно длительного раздумья отвечал царь, — набросайте, если нетрудно, темы, которые можно будет подсунуть этой пятерке… а я тоже подумаю. А кроме этого что-то требующее внимание у нас появилось?

— Хм… — задумался Витте, — еще замечена подозрительная активность османов на Кавказе…

— И в чем она выразилась, эта активность?

— Они там армян режут, тысяч сто уже вырезали по самым скромным подсчетам.

— И зачем они это делают, если не секрет?

— Да какой уж тут секрет, — махнул рукой Витте, — армяне это как наши евреи, только на Кавказе и в Малой Азии — очень много состоятельных людей Османской империи именно из этой нации. Непропорционально своей численности… и это вызывает недовольство остальных народностей. Это раз.

— А два в чем заключается?

— Два — это изгнанные из Валахии и Болгарии турки, после войны 77–78 годов оттуда на восток Малой Азии переселилось огромное количество так называемых мухаджиров… это этнические турки, которым не стало места на славянских территориях. Они были очень озлоблены на славян вообще и на христианское население в частности, вот и перенесли свою злобу на христианских армян. Ну и короче говоря, там начались погромы, аналогичные еврейским в нашей стране… а центральное правительство в отличие от нашего, боролось с этим волнениями крайне медленно и непоследовательно, в османском руководстве хватает своих ненавистников армян.

— Тааак, — пробормотал Георгий, расстегивая воротник мундира, — но это все же не Россия, а Турция, нас-то это каким образом затрагивает?

— Армяне в Ереване волнуются, государь, — корректно заметил Витте, — зачем нам это… они там уже какой-то народный фронт формируют в поддержку своих братьев за границей. Лучше задавить этот вопрос на корню, на мой взгляд… чем дать возможность вырасти и пустить метастазы.

— Наверно, вы кругом правы, граф, — опять же после длительного раздумья высказался Георгий, — надо, наверно, запланировать визит в Стамбул… или их султана пригласить сюда, кто уж у них сейчас управляет-то?

— Абдул-Хамид II, — справился со своими записями Витте, — старенький уже, больше шестидесяти ему.

— Значит, не поедет он никуда… ладно, съезжу я в Турцию или даже слетаю… наши Добрыни работают исправно. Спасибо, Сергей Юльевич, я все услышал и все запомнил — позовите, если не трудно, следующего посетителя из приемной.

Цусима

А в это время на Дальнем Востоке события развивались своим ходом — Япония с трудом, но пережила потерю своих двух ведущих броненосцев и начала наращивать силы с целью взять у русских реванш. Из Соединенных Штатов подоспели целых три новейших корабля — броненосец, крейсер и авианосец, способный нести на борту до двенадцати самолетов. Британия тоже не осталась в стороне от этого дела, с Портсмутских верфей были спущены броненосец Сикисима и крейсер Кассаги. Итого на начало марта 1904 года Япония собрала на море внушительную силу из шести броненосцев, 25 крейсеров и примерно сотни других судов.

Противостояла им Первая Тихоокеанская эскадра под водительство адмирала Макарова — шесть броненосцев и двенадцать крейсеров. Владивостокский отряд занимал позиции в этом порту и в боевые действия не вмешивался, а Вторая эскадра, которая в реальной ветке истории прибыла на Дальний Восток через год после начала войны, здесь так и не была сформирована.

— Господа, — начал так совещание в штабе Порт-Михаила великий князь Николай, — настала пора показать всем, кто является хозяином положения на дальневосточных морях. И это совсем не Британия, как можно было бы подумать, исходя из ее гимна, и уж конечно, не выскочки с Японского архипелага. Государем-императором перед нами поставлена задача провести и выиграть решающий бой на море… сроки нам определены в течение месяца. Слушаю ваши предложения, господа.

Первым руку поднял Михаил, он уже оправился от ранения и был выписан из госпиталя без ограничения возможности участвовать в боевых действиях.

— Хочу вот что сказать — зачем откладывать на завтра то, что вполне может быть сделано и сегодня… наши силы отмобилизованы, необходимое снаряжение и боеприпасы прибыли… насколько я в курсе, вчера еще… солдаты и матросы снаряжены по самой высокой норме и рвутся в бой. А вот если промедлить, то, как мне стало известно из очень осведомленных источников, к японцам может прибыть пополнение в виде новейших кораблей из Англии, Франции и Штатов. Я прав или нет? — обратился он к брату.

— С одной стороны, — осторожно заметил тот, — ты прав, бесспорно — тот, кто наносит удар первым, имеет преимущество… но осторожность и осмотрительность у нас пока никто не отменял. Что скажут уважаемые командиры? — обвел он глазами ряд флотских и сухопутных генералов.

— Позвольте мне, — встал Макаров, — я полностью разделяю позицию уважаемого Михаила Александровича — наши великие предшественники, Петр I, Румянцев, Суворов и Кутузов завещали нам наступательную стратегию. Негоже флоту великой морской державы, а с тем, что Россия великая морская держава, надеюсь, никто спорить не будет… — внимательно посмотрел он на присутствующих.

С этим тезисом, понятное дело, спорить никто не решился, тогда Макаров продолжил.

— Надо полностью задействовать наши новейшие виды вооружения, пока их не скопировали другие. Торпеды с самолетов и подводных лодок показали свою эффективность во время сражений возле Чемульпо и Порт-Михаила, поэтому их и надо выдвинуть на первый план, причем комплексно. А уж то, что останется на плаву после торпедных ударов, сможет нейтрализовать надводная эскадра… я предлагаю устроить бой в проливе между Японией и Кореей, как уж он называется? — приостановил он свое выступление.

— Он так и называется, Корейский, — подал голос Михаил, — если в общем, а так он делится на пролив Чеджу, это на юге, и Цусимский на севере.

— Вот-вот, в Цусимском проливе можно и устроить наше сражение… Ушаков разбил турок в керченском проливе, Чичагов одолел шведов в Выборгском проливе, а нам, значит, никуда не деться от Цусимского, — отвечал Макаров, — надо заманить японцев в это место и ударить совместными силами как следует…

— Я не возражаю, — тут же откликнулся Николай.

— Я тоже, — кивнул головой Михаил, прочие присутствующие лица просто согласились молча.

Эскадру адмирала Того, частично усиленную боеспособными кораблями Уриу, удалось заманить в Цусимский пролив (достаточно узкое место между островом Цусима с одной стороны и японским архипелагом в лице Кюсю и Хонсю с другой) через три дня после того самого совещания. Все японцы шли в кильватерной колонне с юга на север, а русская эскадра вышла в том же порядке из-за острова Чеджудо и направилась строго параллельно японской, но на расстоянии, исключающем артиллерийское поражение.

Того предпринял попытку сблизиться, которая была пресечена Макаровым — ширина пролива позволяла маневрировать, сохраняя расстояние в три мили. Приблизительно в пятнадцать часов по местному времени все и началось… первым получил две торпеды из-под воды в левый борт японский флагман Сикисима. Почти одновременно столько же торпед вонзились в правый борт Асахи с воздуха. Поднятые с авианосцев японские истребители не смогли сделать ничего полезного — их расстреляли более быстрые русские Алеши, которые прикрывали полет Добрынь.