Злодейка предпочитает дракона (СИ) - Шаенская Анна - Страница 7

В книге генерал описывался как мужчина сурового нрава, но кристальной честности и благородства. Он не считал нужным тратить время на красивые речи, но его поступки в отношении Амаранты поражали воображение. Помню, пока читала книгу, готова была на всё, лишь бы оказаться на её месте.

Кто ж знал, что за исполнение моего желания возьмётся фея с косоглазием и вместо главной героини я попаду в Лису?

Впрочем, уже неважно.

Я намерена выжить любой ценой. А значит, должна избегать генерала до тех пор, пока не узнаю подробности.

— Леди Альтис, прошу, — слуга приблизился к массивным дверям из красного дерева.

Они были украшены золотом и замысловатой резьбой. По бокам замерли статные молодые стражники.

— Её величество ждёт вас!

Двери распахнулись, и я вошла в огромную гостиную. Роскошь убранства поразила даже меня, привыкшую к съёмкам в настоящих дворцах. Но ещё больше удивило, что гостей никто не ждал.

— Её величество в будуаре, — услышала надменный женский голос.

В дальнем углу замерла богато одетая женщина средних лет. Судя по идеальной осанке — дворянка, но, думаю, не особо высокого полёта. Для герцогини или графини — маловато украшений.

— Баронесса Ария Тильфи. Старая дева, 200 лет. Слабая магия, дурной нрав. Враг, но ничтожный, — с запозданием подсказало плетение.

Видимо, возле покоев королевы и внутри оно работало хуже из-за щита.

— Проводите меня, — приказала, скользнув по баронессе скучающим взглядом.

Та вспыхнула и набрала в лёгкие побольше воздуха, чтобы огрызнуться.

— Вы смеете впустую тратить время королевы? — ядовито уточнила я.

Тильфи захлопала ртом, словно выброшенная на берег рыба, а через миг я услышала будоражащий смех.

Вход в будуар оказался ближе, чем я думала.

— Реджина, милая, войди! — голос королевы-матери прозвучал ласково и мягко, только от её воркования внутри всё заледенело.

Я хорошо знала, что на самом деле представляет из себя эта женщина.

Обмануть её будет крайне сложно, как и объяснить, почему я посмела нарушить приказ и радикально изменила внешность.

— Ваше величество, — проскользнув мимо разъярённой Тильфи, я присела в реверансе.

Смотреть на Беатриче пока не рисковала. Из книги помнила, что королева любит показательную покорность, а подобная учтивость в исполнении гордячки Реджины дорогого стоила.

Ответом стала тишина. Пришлось замереть в неудобной позе, смиренно дожидаясь ответного приветствия.

Настоящая магичка не стала бы этого делать. Но сейчас мне нужно избежать публичной порки и добиться личной аудиенции. Нельзя, чтобы Реджину отчитали при Тильфи и остальных. Тогда моя жизнь во дворце превратится в кромешный ад.

Мне нужно сохранить репутацию и показать, что я важна для королевы.

— Реджина-а-а-а, — голос Беатриче вибрировал от скрытой угрозы, — как ты изменилась! Я не сразу узнала тебя. Эти волосы… — она нарочно умолкла, давая Тильфи и другим возможность вставить парочку насмешек, но я сработала на опережение.

— Я взяла на себя смелость подчеркнуть свой новый статус, — почтительно ответила.

— Статус? — королева по-кошачьи сощурилась.

Теперь я могла рассмотреть её. Красивая. Величественная, словно сошедшая с картины. С идеальным, не тронутым временем лицом, белой кожей и тёмно-фиолетовыми волосами. Она неуловимо напоминала настоящую Реджину и, кажется, я начинала понимать, почему кронпринц предпочитал именно такой типаж.

Это был ответ ненавистной мачехе и возможность унизить её, не ввязываясь в открытый конфликт. Ведь даже если она пожалуется королю, Каин всегда может сказать, что унаследовал его вкус. Ну разве это преступление?

— Пурпур и золото — ваши цвета, моя королева, я была бы счастлива использовать их, но фрейлинам позволено носить лишь сиреневый, песочный и светло-фиолетовый. Надеюсь, вы простите мою дерзость и тщеславие. Я не дождалась официального представления, но явиться в неподобающих цветах на бал, устроенный в вашу честь, не могла.

По традиции Беатриче называли Госпожой полуночи, а короля — Стражем полудня. Этот бал посвящён летнему Излому и самой короткой ночи в году. Читая книгу, я так и не поняла, почему сегодня все чествуют королеву, а во время самой длинной ночи — наоборот, преподносят дары королю.

Возможно, автор намекал на равновесие сил или нечто подобное. Но подробностей, увы, не последовало. Дальнейшие события всецело закручивались вокруг Амаранты, и в какой-то момент книга будто превратилась в личный дневник главной героини.

Если не займу её место, лишусь единственного преимущества.

— О… моё милое дитя, — королева улыбнулась.

Жестом отпустив служанку, колдовавшую над её причёской, она грациозно поднялась и подошла ко мне.

Её движения завораживали своей мягкостью и томной элегантностью, но едва она коснулась моих волос, затылок обожгло болью. Беатриче слишком сильно сжала пальцы, словно хотела выдрать пару прядей.

Первое и единственное предупреждение.

Хотя со стороны всё выглядело как проявление благосклонности. Краем глаза я заметила побагровевшее и перекошенное лицо Тильфи.

— Как это прекрасно, — проворковала Беатриче, — такая преданность трогает мою душу. Но разве вы забыли, о чём я писала вам?

Судя по недоброму взгляду, в переводе фраза означала: что ты себе позволяешь, тварь?

— Я помню о своём долге, моя королева.

— Ария, Бьянка, Моника, оставьте нас, — пропела Беатриче, и её собачки зашуршали шелками, поспешив покинуть будуар. — Реджина, мне жаль, что приходится говорить об этом, но как мать я искренне обеспокоена. Мой любимый сын Каин не может найти подходящую пару, — её величество, наконец, отпустила мои волосы, но предупреждающе скользнула ногтем по шее, поддев ожерелье. — Я надеялась, что всё изменится, когда он увидит тебя…

Она замолчала, окинув меня выразительным взглядом и давая шанс оправдаться.

— Моя королева, для меня честь слышать подобное, и по дороге во дворец я много думала о вашем письме, — подобострастно ответила, — я намерена во что бы то ни стало оправдать высочайшее доверие. Понимаю, звучит самонадеянно, но умоляю, доверьтесь мне! Если позволите всё объяснить…

— Говори.

— Его высочество кронпринц часто обращает внимание на определённый типаж девушек, об этом давно всем известно. Я сумела разговорить Мастера красоты в «Золотой лилии» и она поведала, что перед балом многие незамужние леди сделали свои волосы темнее и заказали платья цвета ночи, чтобы получить хоть призрачный шанс привлечь внимание вашего сына.

Беатриче нахмурилась и крылья её носа затрепетали. Я знала куда бить. Сама мысль, что на её балу главный — кронпринц, и именно ему хотели угодить, была для неё невыносима.

— Я бы просто затерялась на их фоне и не сумела достичь поставленной цели, — смиренно добавила я.

Беатриче тщательно скрывала, что является настоящим заказчиком. Все переговоры велись через Воргу и имя королевы упоминалось лишь в нейтральном контексте. Будто она и впрямь заботилась о кронпринце и намеревалась выдать за него Реджину.

Лиса и остальные члены гильдии догадывались обо всём, но мне приходилось подыгрывать Беатриче.

В какой-то мере это даже забавно. Мы обе знали, о чём речь, но каждая умело играла свою роль, не говоря лишнего.

— Что ж, так ты гарантированно привлечёшь внимание Каина, — задумчиво протянула королева. — но необычных волос недостаточно, чтобы удержать его взгляд надолго.

— Я понимаю это, моя королева.

— Надеюсь, — взгляд Беатриче смягчился, — с сегодняшнего дня ты моя камер-фрейлина вместо Арии Тильфи. Это огромная честь и ответственность. Не подведи меня, Реджина.

Через полчаса

Приличным попаданкам дарят красавца-дракона и корону, но я, похоже, была очень плохой девочкой. Новый мир не скупился лишь на проблемы, а Боги вовсю подкручивали настройки сложности.