Развод! Смирись, милый! (СИ) - Горская Ника - Страница 5

Киваю, подкатывая чемодан к шкафу.

— Хорошо.

На одной из полок, находим два абсолютно разных стакана и маленький штопор.

Подвергнув сомнению чистоту найденных стаканов, мою их под проточной водой в душевой и, возвращаюсь в комнату.

К этому времени Нина успевает откупорить бутылку белого полусладкого.

Наблюдаю за тем, как она разливает вино и передаёт один из стаканов мне.

Продолжая стоять посреди не самого лучшего гостиничного номера, протягиваю руку и стукнувшись краем о стакан в руках подруги, отпиваю сразу почти половину.

Вино обжигает горло, растекаясь по телу теплом. Алкоголь быстро ударяет в голову, притупляя остроту переживаний. На мгновение становится легче.

— Как давно ты знаешь? — внимательно слежу за её реакцией не желая упускать детали.

Мы так долго друг друга знаем, что если сегодня вскроется ещё и её предательство, то я ума не приложу как потом доверять людям.

— Ты не думай ничего лишнего, — видимо вино и подруге придало уверенности, потому что во всём её виде исчезла нервная суетливость, — я узнала пару дней назад. Всё это время думала… рассказывать тебе или нет.

Она ненадолго опускает взгляд в пол, затем продолжает.

— Я ведь знаю, что он для тебя значит. И понимала каким ударом окажется правда…

Да уж.

Горько от всего этого.

— Прости меня, но я правда не знала, как сказать. Твой муж сопровождал мальчика на приём к врачу. Назар не заметил тогда меня. А я была так шокирована, когда услышала, как ребёнок зовёт его папой, что клянусь, думала, что обозналась. Как ненормальная пялилась на них. — она делает глубокий вдох, будто собираясь с силами для того, чтобы продолжить. — А потом, когда увила их в больнице снова внутри будто что-то щёлкнуло, вот я и ляпнула, не подумав, что помощь твоя нужна. — выпалив всё на одном дыхании Нина допивает вино и прижав ладонь к губам смотрит на меня с сожалением.

Только сейчас понимаю, что опустошена морально просто в ноль.

Сил нет ни говорить, ни слушать.

Наверное, самым лучшем будет отложить этот разговор на потом, но…

Застываю, не отводя от подруги взгляда.

Нина тоже не двигается.

Мы вдвоём будто замерли в ожидании неминуемого взрыва.

А виной всему телефонный звонок.

В глубине моего кармана мобильный надрывается знакомой мелодией. И пусть я не обладаю экстрасенсорными способностями, но абсолютно точно знаю кто мне сейчас звонит…

Вика

— Это он, да? — осторожно спрашивает Нина.

Её взгляд полон сочувствия и понимания.

Не отвечаю.

Оставляю стакан на ближайшей тумбе и вынимаю из кармана телефон. Один взгляд на экран, и я получаю подтверждение своему предположению.

Сбрасываю звонок и полностью отключаю смартфон.

Больше никаких контактов. Никаких разговоров.

По крайней мере пока.

Всеми силами пытаюсь храбриться, но руки невыносимо дрожат, а давление в груди усиливается.

Невозможно в одно мгновение перечеркнуть восемь лет жизни.

Отбрасываю телефон на постель и тру виски.

Как же сложно всё это.

Знаю, что только начало, что дальше будет ещё тяжелее. А где взять силы, чтобы выстоять я не знаю.

Назар не отступится.

Уверена, что будет препятствовать до тех пор, пока не сдамся.

Но дело в том, что сдаваться я не намерена. И чем скорее он это примет, тем больше шансов, что мы не станем в итоге злейшими врагами.

Мои нервы напряжены до предела. Эффект от алкоголя оказался слишком кратковременным. Хмель выветрился стоило только увидеть на экране имя супруга.

— Что ты намерена делать дальше? — выводит меня из задумчивости голос подруги. — Хочешь проучить так?

Она кивает на мой чемодан.

— Или правда намерена уйти от него? — тут же добавляет.

— А как бы ты поступила на моём месте? — мне правда интересно услышать мнение со стороны.

— Ну… — Нина отводит от меня взгляд, подходит к кровати и садится. — Сложно сказать однозначно.

Удивлённо вскидываю брови, но не перебиваю её.

— Понимаешь, я не проживала такую ситуацию лично, чтобы сейчас с уверенностью говорить о том, как правильно, но почему-то кажется, что вряд ли я бы так легко отдала этой сучке своего мужа. — она отпивает вино из стакана и неотрывно смотрит на меня, ожидая реакцию на свои слова.

— То есть ты хочешь сказать, что смогла бы простить такое? — выдаю недоверчиво и качаю головой.

— Вика, ты последние восемь лет жила в сказочном царстве, без горестей и хлопот, — повышает голос, будто пытаясь меня в чём-то обвинить. — За спиной Градова ты не видела жизни как таковой. А она сложная, можешь мне поверить. Тем более для таких как мы с тобой.

— По твоей логике я должна закрыть глаза на его предательство?

Становится в край противно, что в столь жуткой ситуации моя подруга, возможно сама того не осознавая, переходит на сторону Назара.

Будто мне мало довелось пережить сегодня, чтобы ещё моральные оплеухи от неё получать.

— Не должна, — отвечает она. — Накажи его, заставь пожалеть о содеянном. Но отказываться от налаженной комфортной жизни глупо. Почему накосячил он, а мучиться должна ты? Если хочешь знать моё мнение то, да! Я бы не ушла из дома. Максимум, переехала бы в другую спальню.

Поверить не могу, что слышу это.

— Я не хочу тебя обидеть, Вик. Просто перестань вести себя как ребёнок. Ты бежишь от трудностей к ещё большим трудностям. — она поднимается с кровати и нервно расхаживает по номеру, продолжая говорить. — У тебя нет ни жилья, ни денег, ни образования. Ничего! Кроме никому ненужной гордости. А она тебя не прокормит, уж поверь мне.

Каждое её слово отдаётся тупой болью за рёбрами.

Потому что как бы я не хотела признавать это, но она во всём права.

Я настолько растворилась в семейной жизни, в любимом мужчине, что отодвинула себя на второй план.

— Ты не готова это услышать, но без Градова ты ноль!

К глазам подкатывают слёзы, и я прилагаю усилия чтобы их сдержать.

Но Нина всё равно замечает.

Делает шаг в мою сторону.

Я слегка дёргаю головой, непроизвольно отступая.

Повисшее в воздухе напряжение, кажется, вот-вот заискрит.

— Чёрт. — выдыхает, опуская голову. — Прости меня. Я не должна была говорить всё это. Мне очень жаль.

Лицемерие как оно есть.

Не жаль.

— Спасибо за помощь, а теперь уйди, пожалуйста. — произношу холодно.

С моей стороны это не демонстрация обиды, это очередное болезненное осознание моей реальности. В которой я как никогда одинока.

Накрывает чётким пониманием что этот сложный путь мне придётся пройти самостоятельно. Вряд ли у меня, как бы тяжело ни было, возникнет желание «поплакаться» подруге после услышанного.

— Викуль, ну прости. — грустно улыбается, пытаясь сгладить негатив.

— Пожалуйста, Нина, поезжай к сыну. Позже поговорим, сейчас не хочу. — произношу уверенно.

По позвоночнику ползёт холодок, который только усиливается, когда я наблюдаю как Нина после недолгой паузы ставит стакан на тумбу рядом с моим и, больше не сказав ни слова, покидает номер.

Закрываю лицо руками и шумно дышу.

Признаю, что тычок носом в неприглядную правду вышел очень неприятным, но открыл мои глаза шире.

Кое-как нахожу в себе силы принять душ, после чего ложусь в постель и даю свободу раздирающей душу боли. Рыдаю так что в груди болеть начинает.

Выплакав, кажется, все слёзы, долго лежу вглядываясь в темноту комнаты. Моё будущее видится так же. Непроглядной тьмой.

Но несмотря ни на что, как бы не было сложно, я не отступлюсь.

Но уже утром мне предстоит столкнуться с очередным потрясением…

Вика

Пробуждение выходит резким. Ощущение будто меня окатили ледяной водой.

Сердце бешено колотится, дыхание сбивается. Подскакиваю на кровати, распахивая глаза, и на мгновение теряюсь в пространстве не сразу понимая, где нахожусь.