Решающий раунд - Шумаева Екатерина - Страница 8

Я закатываю глаза и стараюсь сдержаться, чтобы не дать ему подзатыльник. Серьезно! Я вообще против физических наказаний, но сейчас так и хочется отвесить.

– Остаемся здесь, – говорю я уже Олегу, встав рядом с ним. – Я бы хотела, чтобы ты выступил со мной. Мне нужен номер для отчетного концерта. Я понимаю, что девочки на моем курсе будут выступать одни или парами, но я хочу что-то более… – я стараюсь подобрать подходящее слово, – масштабное. Попросить ребят из оркестра подыграть мне, выступить дуэтом с парнем. Просто… От меня ждут чего-то такого.

– Что-то в стиле Анны Романовой? – уточняет он, намекая на мое положение.

– Да, – грустно отвечаю я, – мне нельзя ударить в грязь лицом, сам понимаешь. И я надеюсь, это тебе зачтется в будущем! Я постараюсь сделать все, чтобы так случилось. Или я готова даже заплатить, если уж на то пошло.

Чувствую себя утомленной, замученной. И жалкой. Стою и уговариваю парня выступить со мной, да еще и предлагаю деньги, а Олег стоит напротив с надменным видом, словно он тут принц, а я жаба, умоляющая принца меня поцеловать.

– Я подумаю, – после паузы отвечает он. – Мне надо посмотреть свое расписание на июнь, не хочу давать ложных надежд.

– Так ты не давай, блаженный, а соглашайся! – вмешивается Женя, про которого я уже забыла.

Не слушает он! Ага, конечно! А еще не вмешивается в разговор!

– А ты вообще кто? – спрашивает Олег, рассматривая его внимательно.

– Я тот, кто тебя размотает, если ты не согласишься, – слишком серьезно произносит Женя, вставая с лавки, подходит ко мне и встает напротив Олега.

– Прости, – вмешиваюсь я, останавливая боксера ладонью в грудь. – Дашь ответ завтра?

– Посмотрим, – не очень восторженно отвечает Олег. – Мне пора идти. – Разворачивается и уходит не попрощавшись.

Я оборачиваюсь к Жене и закипаю. То ли от голода, ведь смузи до сих пор в моей руке и стакан почти полон, то ли от усталости, то ли он меня взбесил.

– Зачем ты влез? – спрашиваю я. – Ты все испортил! Теперь он не согласится, а это был мой единственный шанс победить!

Лицо парня неожиданно становится серьезным. Он разворачивается ко мне, глядя прямо в глаза. Женя выше меня на полголовы, ему приходится наклонить голову, чтобы посмотреть мне в глаза.

– Что я испортил?

– Ты зачем начал ему угрожать? И вообще, помогать надо, только когда тебя просят! Я не просила помощи! Тебе говорили, что влезать в чужие разговоры неприлично? – кидаю в него упрек за упреком, тыча пальцем в его массивную грудь.

Потом резко замолкаю, потому что Женя смотрит на меня и даже не моргает. От его былой шутливости не остается и следа. Я вижу серьезный взгляд, мне даже кажется, что в его глазах мелькает беспокойство. Мы находимся очень близко друг к другу, я чувствую его парфюм, что-то с ароматом мяты и хвои. Но слабость достигает пика, и я чувствую, как моя голова начинает кружиться еще сильнее, темнеет в глазах, истощенный организм не выдерживает нового приступа стресса, и я теряю сознание. Последнее, что я чувствую, – это как меня подхватывают сильные руки, и вижу, как стакан со смузи падает на асфальт.

Сказать, что я испугался, – это ничего не сказать. Я успел подхватить Эмилию в последний момент! Она и при встрече выглядела не очень здоровой, хотя и обиделась на мое высказывание. Я всего-то беспокоился. Стоя напротив, я увидел, как краска отлила от ее лица и она вся побледнела как мел. На меня смотрели только ярко-синие глаза. А потом она начала терять равновесие, и я подхватил ее.

– Индеец! – обеспокоенно зову я, усаживая ее на лавку. – Не пугай меня так!

Я облокачиваю ее на спинку лавки и не сильно щиплю за щеку. Говорят, что при потере сознания нужно облить водой, похлопать по щекам или ущипнуть. Воды у нее нет, а бить девушек я не могу, воспитание не позволяет. Немного ущипнуть за щеку – самый подходящий вариант.

– Ты как? В порядке? – спрашиваю ее, как только Эмилия открывает глаза.

– Что произошло? – растерянно спрашивает она, глядя на меня.

– Ты упала в обморок. Побледнела. Стояла, кричала на меня, а потом раз, и все. Упала прямо в мои объятия, – объясняю я девушке.

Пошутил про объятия зря, но не смог сдержаться.

– Голова закружилась. Спасибо, – шепчет Эмилия, глядя себе под ноги. – Мой смузи разлился.

– Пал смертью храбрых. Ты вообще сегодня ела? – уточняю я.

Сдается мне, эта блаженная просто сидит на диете и хлопнулась в голодный обморок.

– Конечно, вот купила смузи. Вчера ела воду, – отвечает Эмилия, а потом встает с лавки и, чуть пошатываясь, начинает идти. – Спасибо, что помог и… Испортил мои планы на отчетный концерт. Но это уже не важно, мне пора домой.

Мне становится стыдно. Я понимаю, что это не я морил ее голодом эти дни, но ведь она завелась из-за меня и уже потом хлопнулась в обморок, как принцесса из сказки.

– Стой! Во-первых, обещаю, завтра я все исправлю! – произношу я, хватая ее за руку, чтобы остановить.

Эмилия непонимающе смотрит на меня. И на свою руку, зажатую в моей.

– Держу тебя за руку на правах твоего бывшего, – не сдерживаюсь, чтобы не сострить. – Пока ты не поешь, я тебя не отпущу.

Веду Эмилию к киоску с шаурмой, она даже не сопротивляется, а просто идет за мной. Конечно, откуда у нее силы на сопротивление, если она ела в последний раз примерно никогда?

– Дайте шаурму, пожалуйста! – прошу продавца я.

– Мне нельзя такое. Не нужно! – восклицает Эмилия.

– Вегетарианскую, – добавляю я, не обращая внимания на протест Эмилии. – Пока не съешь, домой не пойдешь.

Когда я забираю заказ, то понимаю, что полтора часа пролетело быстрее, чем я думал. Сначала я ходил по аллее, пока не увидел Эмилию, потом подсел к ней, далее приводил ее в чувство – и мне уже надо забирать Макара с трени.

Веду ее за руку к парковке, она все еще слабо соображает и следует за мной, снимаю с сигнализации свою ласточку и открываю переднюю пассажирскую дверь.

– Поешь, я пока заберу Макара и вернусь. Никуда не уходи, оставляю тачку открытой, потом я отвезу тебя домой, – почти приказываю я, оставляю девушку и иду за братом.

Встретив его, я провожу краткий инструктаж:

– Лишнего не болтай, в моей машине меня ждет знакомая. Мы сначала докинем ее до дома, затем поедем к нам. А потом я на работу. Понял? – спрашиваю Макара.

– Не испортить отношения с твоей новой девушкой. Понял, – посмеивается Макар, и мне хочется дать ему щелбан, чтобы не выпендривался.

– Она не моя девушка, – вздыхаю с сожалением я. – Так, просто новая знакомая.

Мы подходим к машине. Эмилия стоит около нее. Это радует, потому что оставить ее в открытой машине было отчаянным шагом.

– Здорово! Я Кот-младший, – говорит мелкий, и я вижу, как у Эмилии округляются глаза.

– Какой кот? Так, котенок, – поправляю я брата и треплю его по волосам.

– Привет, котенок. Приятно познакомиться, я Эмилия, – произносит девушка.

Я осматриваю ее, лицо уже не такое бледное, половины шаурмы уже нет, а значит, к ней начали возвращаться силы.

– Прыгай в тачку, мы довезем, нам по пути. – Я нагло вру, но она не знает.

Эмилия осматривает мою подгнившую четырку и старается скрыть удивление. Конечно, у нее один только пол в квартире стоит дороже, чем вся моя тачка, но я кручусь, как могу. Лучше на колесах, чем на «одиннадцатом номере».

– Не дрейфь, это она с виду развалюха, но летает лучше многих иномарок. И музыка в ней супер! – подбадриваю я.

Эмилия садится, сразу же пристегивается и осматривает машину изнутри. Могу поспорить на сотку, она еще никогда не сидела в русской машине. Оборачивается и обращается к Макару:

– А ты пристегнешься?

– У него сломался ремень, – поясняю я.

– А ремень с другой стороны?

– Это не иномарка, она старше малого на шесть лет, там нет двух ремней. Я и один-то сам поставил. Тут лучше вылететь через лобовое, чем остаться в тачке в случае чего. – Вижу испуганный взгляд Эмилии, а потом добавляю: – Но я вожу аккуратно, не бойся. Довезу в целости и сохранности.