Наследник для императора-дракона. Право первой ночи (СИ) - Гераскина Екатерина - Страница 4

Сейчас дурой показала себя она, а не я.

Генри хмурился. Он был одет с иголочки, несмотря на то, чем занимался.

Чёрный камзол, серебряная вышивка, идеально выглаженная шёлковая рубашка, брюки, заправленные в высокие сапоги. А волосы были привычно зачёсаны назад и уложены.

Я сделала последний шаг с лестницы. Встала с супругом на одном уровне. Хотя по росту это и не скажешь — он был выше меня на голову.

— Нам нужно поговорить. Я хочу обсудить, как мы теперь будем жить.

Я кивнула. Молчала. Не знала, что должна ответить в этот момент. Тратить силы на спор и ругань я не стала. Мама говорила, что молчание — золото. Я старалась прислушаться.

«Не нужно говорить первой. Послушай, что скажут тебе». Ещё один из советов, которые она вдалбливала мне годами.

Генри молчал и просто смотрел на меня. А потом сделал шаг вперёд. Непозволительно близкий.

Он дотронулся до моей косы, стянул ленту и пропустил локоны через пальцы. Генри часто так делал. Мои волосы манили его. Только раньше я ловила в этом что-то тёплое, странное, трепетное в животе.

А теперь… нет.

Я качнула головой и сделала шаг в сторону. Генри нахмурился и словно вышел из транса. Вспомнил, что хотел поговорить.

— Я хочу, чтобы ты понимала. Сесиль останется в этом доме на месяц точно, — Генри поправил лацкан пиджака и выпрямился, заложив руки за спину. — Сейчас ты не можешь выполнять супружеский долг. А я здоровый мужчина.

Я подумала: интересно, когда бы я забеременела, он бы тоже привёз сюда Сесиль и пользовался бы ею?

Но, конечно, я промолчала. Мне нужно было узнать человека передо мной окончательно — этого Генри я ещё не знала.

Он не дождался от меня реакции, дёрнул щекой и продолжил, прищурившись серыми глазами:

— Через месяц приедет имперский лекарь и засвидетельствует отсутствие беременности от императора, выдаст документ. После этого… я хочу, чтобы ты родила мне наследника. Это твоя основная задача.

— Ты так уверен, что лекарь засвидетельствует отсутствие беременности? — не удержалась я и тут же пожалела, что сказала это.

Потому что в следующее мгновение вся злость прорвалась. Генри слетел с места, словно стрела с тетивы.

Он навис надо мной, перехватил мою руку за запястье, прижал к стене и навис коршуном. Его кулак врезался рядом с моей головой, глухо ударив в стену. Лицо исказилось злость и раздражением. Он стал низко рычать в мое лицо.

— Делай что хочешь. Пей что хочешь. Я знать этого не хочу. Потому что не намерен нести ответственность за подобное перед императором. Но ты должна быть не беременна. Примени свои… бабские таланты. Потому что я не потерплю, чтобы в моей семье рос имперский выродок.

— Он твой император, — произнесла я хрипло, голос дрожал. Было страшно. Я чувствовала его распалённого дракона. — Ты знаешь правила и законы. За то, что ты предлагаешь, меня казнят. Я не могу этого сделать.

— Раз ты раздвинула ноги, то и примешь это решение. Я не собираюсь рисковать ни своим именем, ни своей репутацией. Хватит с меня и того, что ты тра… спала с ним.

— Ты не был против.

— По-твоему, я идиот, чтобы перечить воле монарха?

— Ты не защитил меня!

— Заткнись! Я всё тебе сказал. Месяц я не трону тебя. А потом в твоих же интересах понести от меня. И мы все забудем.

Он оттолкнулся от стены и отошёл от меня.

— Сесиль будет рада родить от тебя.

— Сесиль — шлюха, раздвигающая ноги за побрякушки. А ребёнок у меня будет только от законной супруги. От тебя.

И он ушёл.

А я так и стояла, тяжело дыша у стены. Сжала кулаки.

Каким же он оказался трусом. Боится убить наследника императора, если я забеременею, и перекладывает всё на меня.

Боги…

Не такого мужа я хотела.

Я не смогу убить своего ребёнка. Я не хочу об этом даже думать.

Да мне вообще нельзя беременеть от сильного дракона!

Так много «нельзя» в моей жизни. Я закрыла лицо руками и тихо завыла, заплакав.

Что же делать?

Я просто сидела на полу и вытирала слёзы до тех пор, пока не услышала, как кто-то снова поднимается по лестнице.

Поспешила встать и быстро уйти в свои покои.

Прикрыла дверь. Обратила внимание на кровать — там уже всё было поменяно, и постель заправлена. Только сломанное изголовье напоминало о том, что император едва сдерживался и кромсал его, а не меня, ночью.

Я отвернулась. Вспоминать всё было невыносимо — снова горело лицо и тело. Зная, какая я чувствительная, наверняка ещё и шея и зона декольте покрылись красными пятнами.

Я металась, как загнанная в клетку лань.

Ходила по комнате туда-сюда. Сжимала кулаки.

Не так я представляла семейную жизнь. Совершенно не так.

Смогу ли я жить вот так после всего, что наговорил мне Генри?

Я рванула к тумбочке, за ней лежал мешочек с камнями. Я перебежала к камину в спальне и присела на колени. Руки тряслись, когда я пыталась найти место в камине, чтобы его спрятать. Я отгребла золу в дальнем углу, положила туда чёрный мешочек и прикрыла обратно золой.

Лучше бы спрятать его на улице — так было бы спокойнее. Потому что камин тоже могут начать топить.

Я помчалась в ванную чтобы отмыть выпачканные руки. В носу стоял запах пепла. Я вытерла руки, отёрла полотенцем щёку — чёрный след, оставшийся случайно.

Мне нужен совет мамы. Я точно не смогу жить в таких условиях. Я просто задыхалась сейчас от отчаяния и этой ситуации. Физически задыхалась. Внутренности скручивало только от одной мысли, что мне нужно самой избавиться от ребёнка, если он будет.

Я ухватилась за раковину, склонив голову, и пыталась дышать… дышать…

— Как мне попасть к матери? Как?

Я едва остановила сумасшедший бег сердца. Заставляла себя думать. И самое простое, что пришло на ум — просто попроситься к ней в гости. Пусть под охраной — плевать.

Всё равно спать со мной Генри не собирался.

Точно. Так и сделаю.

Я снова начала метаться по комнате, подбирая правильные слова для мужа, но каждый раз отбрасывала всё — не то!

А потом, с усилием воли, успокоила себя вновь. Нужно переодеться. Привести себя в порядок. Успокоиться и просто пойти к нему.

Да, напомню, что матери не было на торжестве, потому что она, как раз сказалась, больной. Скажу, что беспокоюсь и прошу отпустить меня на пару дней — не больше. С охраной, само собой. И что не буду мешать Генри. И намекну, что мне нужно у мамы спросить, как лучше поступить с беременностью, что она поможет, ведь я ничего не знаю о том, как её прервать в случае чего. Такому мама меня не учила.

Да. Вот именно на это и поведётся мой муж. На этом можно сыграть.

Я воодушевилась.

Ещё раз бросила взгляд на мешочек с камнями, удостоверилась, что ничего вокруг не указывает на то, что я там копалась, и пошла сменить платье на тёмно-зелёное. Волосы убрала в новую косу, надела обувь на плоской подошве.

Когда выходила из покоев, время ужина уже прошло. Мама говорила, что сытый мужчина — добрый мужчина.

Тем более после кувырканья с моей сестрой.

Так что у меня все шансы на удовлетворение моей просьбы.

Я тихо спустилась по лестнице на первый этаж. Прошла к гостиной — там никого не было. Слуг тоже уже не было слышно. Я тихонько прошла в сторону кабинета. Постучала, никого там не обнаружила.

Неужели он снова у Сесиль? Тогда придется ждать до утра.

Но решила пройти в сторону библиотеки. А что если он там?

Я шла по узкому тёмному коридору, ведущему в отдельную башню с библиотекой. Только взяла намерение толкнуть большое резкое полотно, как… заметила, что дверь приоткрыта. В библиотеке горел магический свет, но неяркий. Освещал лишь четыре кресла, стоявшие друг напротив друга, и небольшой столик с мужскими напитками.

Муж вёл беседу с друзьями семьи, такими же баронами, как и он сам.

Я хотела уйти, но… что-то меня остановило.

Не что-то — моё имя…

— Слушай, а ведь если твоя жена понесёт от Эрэйна, это будет удача для нас и лишняя подстраховка!