Проданная его светлости (СИ) - Голден Лиззи - Страница 38

Он подскакивает ко мне, как ребенок, маша пергаментом. А я инстинктивно отползаю назад.

— Мне нужно вернуться в замок, — шепчу, понимая, как это глупо. Даже если Самвел отпустит меня на короткое время, я не смогу достать все ингредиенты и не успею вылечить Фабиана.

— По муженьку соскучилась? — противно хихикает он. Кажется… он сумасшедший. Больной. Вот, кто по-настоящему болен.

— Не беспокойся, — продолжает Самвел, отсмеявшись. — Ты своими глазами увидишь, как он превратится в чудовище. Я все для этого подготовил.

В этот момент из темного дальнего угла доносится слабый стон.

Смотрю в тот самый темный угол… и в то же время боюсь увидеть то, к чему не готова.

Там кто-то копошится. Кто-то живой. Он связан. Хрипит и стонет. В полузадушенных звуках различаю слова.

— Ко… кольцо…

Фабиан?

Нет, только не это. Только не здесь. Что он тут делает? Неужели Самвел и его забрал… в плен?

— Что такое, твой муженек беспокоится, не потеряла ли кольцо? — издает короткий смешок принц. — Дорогое, наверное?

Кольцо с рубином. Портал в лучшую жизнь. Где не будет ни этого темного подвала, ни Самвела с его ложью и желанием уничтожить королевство, если оно не подчинится… где не будет Фабиана, который вот-вот превратится в бездонника и станет опасен.

Он дал мне это… не как свадебный подарок. Это вообще не имеет ничего общего со свадьбой, церемониями и романтикой

Он хотел мне помочь. Спасти, пока не поздно.

Потому что Самвел оказался тем самым черным магом, от которого мне надобно было прятаться. А я ждала от него помощи и поддержки. А еще — большой любви с «долго и счастливо».

Какая ирония.

Но хуже всего, что Фабиан это знал. Слишком много знал, но не мог сказать.

Ведь я бы все равно не поверила.

Только… зачем это нужно ему?

Почему он меня спасает?

Если не любит и все такое…

В память непрошено — и в очень неподходящий момент — врывается поцелуй. Наш поцелуй. Когда он не позволил мне осторожно прикоснуться к своей щеке и вместо этого разыграл целый спектакль. Перед Эстеллой.

Да только вряд ли с его стороны это был спектакль.

И кстати, как там Эстелла? Где она?

Странно, что в такой момент я думаю еще и о ней.

Хочу броситься в тот темный угол, снять веревки, обнять, прижаться к тому, кто за короткое время стал мне так дорог... Но стою, как вкопанная, боясь сделать лишний шаг и вздох.

— Да, — выдавливаю, наконец. — Беспокоится. Жалеет, небось, что кольцо мне подарил, ведь я такая распутеха, вечно все теряю…

— Жлоб у тебя, а не муж, — делает вывод Самвел, а потом… усиливает огонь под котлом.

Я чего-то не понимаю, или мне тоже нужно было варить эликсир?

Ведь в рецепте-песне об этом ничего не сказано.

Вроде бы.

Жаль, что не выучила его наизусть. Мне это ничего не стоило.

Но… что это за пергамент в руке у принца?

— Сейчас ты увидишь, как восходит новый властитель всех королевств и народов, — хвастливо произносит Самвел и взмахивает рукой над котлом:

— Пусть роса, пепел, кровь, и любовь, и огонь

Прогонят сей мрак и вернут нам рассвет!

Что? У меня даже дыхание перехватывает. Принц знает рецепт… нет, не так. У него в руке рецепт. Который он где-то взял. Переписал или… выкрал?

Но у меня было две копии. И две уничтожены. Откуда?..

Самвел смотрит в котел, потом по сторонам. Ничего не произошло.

— Пусть роса, пепел, кровь, и любовь, и огонь

Прогонят сей мрак и вернут нам рассвет!

Взмахивает рукой — аж искры во все стороны летят. И опять — ничего.

— Да чтоб тебя бездна сожрала и подавилась! — ругается он и смачно сплевывает. — Не работает моя магия. Видимо, для завершения нужен… особый человек.

И он смотрит на меня. Нехорошо так смотрит.

— Давай, детка, подойди поближе, — манит он меня пальцем. — Ты же не хочешь, чтобы я принудил тебя силой?

— Ты не можешь меня заставить! — пячусь, хотя понимаю, как это глупо. — Даже если ты будешь меня пытать… не стану тебе помогать и все тут!

Единственная пытка, которая меня по-настоящему пугает — это пытка голодом.

Вряд ли Самвел об этом знает. Мы не были так близки, чтобы я ему рассказала о своей слабости. И к счастью.

Но тогда Фабиан умрет. Превратится в монстра и станет одним из слуг темного мага.

Что же делать?

— Не глупи, детка, ты еще не знаешь, каков я в гневе! — угрожающе приближается ко мне принц.

— Ладно… я закончу эликсир, — стараюсь, чтобы голос не дрожал. — Но только если разрешишь мне сперва исцелить герцога Айрона.

Самвел аж останавливается — настолько опешил от моего заявления.

— Этого жлоба? — Он бросает быстрый взгляд в темный угол. — Ты что… любишь его, что ли? — сказал, как выплюнул.

Закусываю губу до крови. Думай, Рианна, думай!

— А он мне кое-что задолжал! — выпаливаю. Ведь надо поддерживать образ Фабиана как злого и жадного мужа. Которого я совсем не люблю.

— Вот вылечу его и заставлю заплатить за все, — говорю тоном стервозины, для пущей убедительности. — Знаешь ли, деньги лишними не бывают, а у меня есть против него козырь…

— Ладно, ладно, — выставляет руку принц, поморщившись, — мне совсем не интересны ваши семейные склоки. Избавь мои уши от них.

— Рианна… — слышу из того самого угла и вся замираю. Нет, пожалуйста, молчи!

Ты меня все равно не спасешь.

— Рианна, не смей… не смей даже… — Фабиан пытается сказать что-то еще, но заходится в хриплом кашле.

— Вон, видишь — доходяга, — фыркает Самвел. — Жалкая груда костей. В виде бездонника мне он понравится куда больше.

Его глаза маникально сверкают.

— Рианна… оставь… не надо…

— Чего он разоряется? — брезгливо морщится принц. — Можно подумать, влюблен в тебя без памяти…

— Как бы ни так, — сцепляю пальцы до боли. — Не хочет он, чтобы я его исцеляла. Потому что знает, обращусь потом к кому надо — и придется ему выполнить все обещания. Не то я все его темные делишки раскрою и на всю деревню ославлю!

— Рианна… замолчи! — вскрикивает Фабиан, будто из последних сил.

— Это ты — заткнись! — бросаю в тот самый угол, а губы дрожат, и слезы вот-вот и потекут градом, предатели. — Заткнись и не высовывайся, пока я…

— Ой, а это что такое? — Самвел оказывается совсем близко и берет меня за подбородок, поворачивая к себе. — Плакать сейчас будем?

— Ты не представляешь, как обидно, — натурально всхлипываю я, и слезы впрямь катятся по щекам, крупные и тяжелые. — Пообещал… и золотую цепочку, и диадему, и шляпку со страусиными перьями, и карету позолоченную… а сам подарил только одно паршивое кольцо и слышать больше ни о чем не желает!

Падаю на колени и захожусь в рыданиях.

Я просто не знаю, что делать дальше.

Ведь Самвел вряд ли мне позволит исцелить Фабиана, когда создам эликсир.

А если не создам… всю жизнь буду винить себя, что не рискнула.

Если она у меня останется — эта жизнь.

— Так, ну все, хватит сопли на локоть наматывать, — грубо дергает меня за руку принц, поднимая с колен. — Шагай, давай к котлу и вливай свою магию. Оказалось, что одной твоей крови недостаточно… И еще вот, — сует он мне пергамент, — не забудь сказать вот эти слова, иначе ничего не получится.

Держу перед собой листок. Буквы, строчки — все плывет, ничего не вижу.

Но зато помню… помню выдержку из той книги, что прочла в библиотеке.

«Если рецепт попадет в руки темного мага, его целительные свойства исказятся и станут порталом для входа бездонников в королевство. Границы сотрутся, и королевство полностью погрузится во тьму».

Имею ли я право подвергать смертельной опасности Элиндор?

Ради попытки спасти одного человека…

Который тут же погибнет, как только из Бездны выйдут бездонники.

Но имею ли я право отнять у Фабиана последнюю надежду на жизнь? Которой он почему-то так усиленно противится.