Недотрога для хищников. Единственная для двоих (СИ) - Рияко Олеся "L.Ree" - Страница 20

Я нахмурилась.

Боже... я что, уже думаю об этих двоих, как о парнях? Наверно при падении с обрыва у реки мне лампочку совсем основательно стряхнуло.

Выйдя к каменной площадке с походным дровяником и кострищем, я огляделась. Впереди, вниз с холма, виднелись знакомые кусты гигантского укропа.

Может быть, стоило посмотреть, смогу ли я одна дойти до того пня, на котором близнецы оставили меня ждать? Вдруг мне когда-нибудь пригодится безопасный маршрут, которым можно покинуть это место… Киранцы не просто так не запирали корабль на ночь. Скорее всего, вся местность вокруг него была под наблюдением или и вовсе заминирована… Вот только я вчера видела и запомнила безопасную дорогу, так почему бы не проверить её и убедиться, что на случай чего у меня есть путь отхода?

Не думая дважды, я бодро похромала в сторону кустов укропа. Знать путь отхода — это правильно. Еще офицер Семёнов говорил: "Даже если вас съели, у вас все равно есть два выхода. Так что, собираясь влипнуть в какое-нибудь дерьмо, не забудьте предусмотреть как минимум два пути, которыми позже будете из него выбираться!"

Тропинка между кустами была узкой, но хорошо натоптанной. Если знать, куда смотреть, то не промахнёшься — следы ботинок сорок шестого размера отчетливо проглядывались на влажной земле. Я просто шла, аккуратно ступая прямо по ним.

Большой пень тоже никуда не делся — я увидела его, едва поредели кусты. Вышла к нему, осмотрелась вокруг, прислушиваясь к звукам густого тропического леса. Днём он совсем не казался таким уж зловещим. Где-то высоко, над густыми кронами ласково пела неизвестная науке птичка, в траве стрекотали неземные цикады. Воздух всё также чудесно пах влажностью и свежей зелёной травой.

Мне не хватало этого на стерильной «Палладе». Свежего воздуха, звуков живого леса, буйства зелени… Вот именно сейчас я совершенно отчётливо это поняла. Обучение в Звёздной Академии словно заставило меня ужаться в своих потребностях, забыть обо всем, кроме учёбы. И стерильная среда с монохромным набором цветов на станции в таком режиме воспринималась обыденно, привычно. Но на самом-то деле привыкла я совсем к другому!

Мой родной Брисбен, хоть и был весьма крупным и технологичным городом, всё равно утопал в тропической зелени. Пока мама была жива, мы каждый день гуляли в парках и на набережной с Роки. А пару раз в месяц по выходным ещё и выбирались к океану, чтобы посёрфить.

Я бесконечно любила это… живую, настоящую природу. Но заставила себя забыть о ней, ради единственного дела, которое стоило моей жизни — стать капитаном собственного космического корабля и плечом к плечу с другими, такими же, как я, вчерашними девчонками и мальчишками, встать на защиту того, что дорого. Единственной, родной и бесконечно прекрасной голубой планеты.

Я упёрла руки в бока и глубоко вдохнула свежий воздух. Как знать, может быть там, где-то далеко, за циклопическими гранитными скалами тоже был океан?

— Как же здорово…

— Ты права, хороший денёк.

Голос Рину, раздавшийся прямо над моим ухом, заставил подпрыгнуть от неожиданности.

— О… это ты. Я чуть…

Я развернулась на пятках и едва не поскользнулась, угодив бёрцем на скользкий замшелый камень, но Рину поймал меня за локоть и удержал на месте.

— «Чуть» что? — С клыкастой усмешкой спросил он, еще крепче вцепившись мне в руку, когда я попыталась её высвободить. — Чуть не ушла опять гулять одна в опасные дебри, ловить какого-нибудь зверя на живца? Хотя погодка самая та для прогулок, не то что вчера…

Киранец по-кошачьи зажмурился и, как и я, вдохнул воздух полной грудью.

Грудью, на которую, к слову, совсем забыл натянуть майку. Хорошо хоть штаны были на месте, и на том спасибо!

Я невольно скользнула взглядом по его атлетичному телу, отметив то, чего не видела раньше — шерсть!

Очень-очень короткая, почти прозрачная шерсть покрывала его кожу там, где у людей обычно росли волосы. На предплечьях, совсем немного на груди и ниже пупка, уходя светлой дорожкой под широкий кожаный ремень с массивной металлической пряжкой.

— Денёк и правда отличный, — сказал он, к счастью, не успев поймать на себе мой изучающий взгляд, — могла бы и нас с Рэвулом позвать с собой. Мы любим долгие прогулки по пересеченной местности…

— Он тоже здесь?

Рину фыркнул и вдруг придвинулся ко мне, встав слишком близко для обычного разговора.

— Дрыхнет. Вот удивится, когда проснётся, да? Ни меня, ни тебя… Ни записки, мол, не волнуйся, милый, будем во столько-то. Он же весь изведётся. Жестокая Ив…

Добавил хищник, понизив голос до низкого рокочущего шёпота.

Я поймала его взгляд на своих губах и попятилась назад. Однако Рину всё ещё не отпускал мою руку и пошёл за мной следом, не позволяя вернуть чёртову дистанцию в рамки приличия!

Я упёрлась спиной в дерево и охнула от неожиданности.

Хищник хитро усмехнулся, продолжая довлеть надо мной своими габаритами и немалым ростом.

Пришлось отбиваться иначе.

Я зло прищурилась и прошипела сквозь зубы:

— С чего ты вообще решил, что я должна перед вами двоими отчитываться?

Киранец удивлённо выгнул бровь и отпустил меня. Вот только не отступил. Вместо этого упёр руки в бока и, словно изучая что-то на моём лице, склонил голову набок.

— Ну, давай, землянитянка, показывай свои острые коготки?

— Что?

— М-м… может быть тогда зубки?

Он снисходительно усмехнулся и прежде, чем я отмахнулась, одним пальцем схватился за мою верхнюю губу и успел слегка оттянуть её вверх.

— Эй! Лапы убрал!

И он убрал. Вот только недалеко…

Руки Рину впились в мои плечи. Он резко развернул меня к себе спиной и толкнул к дереву, после чего без спроса заскользил своими лапами по моему телу.

— Эй! Ты совсем, что ли?! Да что ты себе позволяешь?!

Рину засмеялся, методично похлопывая меня по бокам, по бёдрам, по ногам… а я замерла. Ведь не было в его прикосновениях никакого подтекста. Если не искать подтекст в банальном обыске на рамке металлодетектора перед каким-нибудь матчем по регби, или, например, в аэропорту.

— Признавайся, где прячешь пушку, грозная землянитянка? Ага…

Из моего ботинка был осторожно извлечён и продемонстрирован мне ворованный кухонный нож. Рину уперся рукой в дерево выше моей головы, но это не помешало мне снова развернуться к нему лицом.

— Предпочитаешь холодное оружие, красотка? Только вот это совсем не годится. — Презрительно сказал он и поднёс нож ближе к моим глазам, ловя металлом солнечный блик. — Смотри, у лезвия нет ограничителя. Рукоять гладкая: из-за крови станет скользкой, как мыло! Нет дола, баланс лезвия и черена, хуже, чем у вусмерть пьяного собирателя, пытающегося помочиться с обрыва… Это нож для фруктов, а не для чьей-то печени. Другими словами, попробуешь кого-то таким заколоть, сама же и покалечишься. Снова придётся тебя… штопать. Пожалей свои маленькие нежные пальчики, недотрога...

Красотка? Недотрога?! Пальчиков ему моих, видите ли, жалко?! Да что он вообще себе позволяет...

Я сверкнула злым взглядом на этого позера. Рину дерзко ухмыльнулся, но руку с ножом от моего лица всё же убрал. А потом подкинул моё ворованное оружие в воздухе и, поймав за лезвие, снова протянул мне рукоятью вперёд. Замер, ожидая, когда я заберу его, не сводя с меня хитрющего взгляда.

Я забирать не стала. Это было уж слишком унизительно!

— Не мог бы ты… просто немного отойти. — Попросила я, стараясь быть максимально спокойной и вежливой, хотя у самой при этом сердце, как сумасшедшее билось о рёбра. — Пожалуйста.

Рину нож убрал, но снова задержал на моих губах долгий… очень долгий взгляд. При том такой, что мне стало ещё неуютнее в его компании, чем было до этого... Да что он высматривает-то там, в конце концов! Усы у меня что ли выросли?!

Наконец, словно совладав с собой, он сказал: