Танец С Врагом. Эхо потерянных воспоминаний (СИ) - Корр Алекса - Страница 7

Маркус налил себе вина и отсалютовал мне.

- Сестренка, искренне рад за тебя!

Сергио встал со своего места, подошел ко мне и, поцеловав мою руку, надел мне на палец кольцо, которое вчера показывал, после чего сел рядом со мной, и все, радостно переговариваясь, приступили к завтраку.

А через три дня Сергио вернулся к нам вместе с родителями, и наши отцы долго что-то обсуждали за закрытыми дверями кабинета, а мамы кинулись обсуждать детали предстоящей помолвки, с которой решили не затягивать.

Поместье в пригороде Винары

Королевство Аркания

Небольшой, но уютный особняк стал просыпаться ото сна. Кухарка, несмотря на то, что солнечные лучи только окрасили горизонт, уже спешит на кухню, на ходу повязывая фартук. Слуги с деловитым видом приступили к своим обязанностям, а молодой конюх уже запрягает телегу, чтобы отвезти на рынок молодую грудастую служанку, стреляющую в его сторону заинтересованными взглядами.

И только на хозяйском этаже, куда слугам было категорически запрещено подниматься, пока хозяин не спустится, царила тишь да благодать. Спальня хозяина дома погружена в темноту, плотно зашторенные шторы не пропускают внутрь ни капли света.

На большой кровати лежит сгорбленный старик. Его сон беспокоен, он мечется по кровати, пока наконец не просыпается от надсадного кашля, одолевшего его.

Старик поднес руку ко рту, и на ней оказалась капля крови. Он выругался и осмотрелся по сторонам.

Как же ему надоела эта жалкая оболочка, но менять её пока рано. Именно в ней он достиг определенных высот в этом жалком мирке и пока не выполнил до конца все, что задумал.

Медленно поднялся и, шаркая ногами, направился к стене, на которой красовалась картина в человеческий рост, изображавшая хозяина дома при всех его регалиях.

С трудом сдвинув её край, старик нажал на скрытый под ней рычаг, и проход в тайный ход стал медленно открываться.

Ему не нужно было освещение, чтобы видеть, но, по уже выработанной привычке, он подхватил приготовленный заранее факел и поджег его.

Свет тут же выхватил из темноты каменные стены, на которых то тут, то там была паутина, и узкую лестницу, уходящую вниз.

Шаркая и придерживаясь за стену рукой, старик стал спускаться вниз и ругаться про себя, что дотянул с подпиткой до последнего. Надо было сделать это еще несколько дней назад, но необходимость экономить ресурсы сделала свое дело.

С трудом преодолев все ступени, он оказался в подземелье, расположенном прямо под домом. Свет факела выхватил обнаженную фигурку девушки, прикованную цепями к стене. Её голова была свешена на грудь, длинные каштановые волосы растрепались и спадали вниз, закрывая от старика её лицо.

Он подошел ближе и слегка наклонился, прислушиваясь. Она слабо дышала, и старик, криво усмехнувшись, схватил её рукой за волосы, вынуждая поднять голову, и заглянул ей в лицо.

Ему нравилось видеть страх в глазах человеческих самок, нравилось ощущать свою власть над ними. Скольких он уже повидал на этом месте, он и сам не помнил. Все были разные.

Кто-то быстро сдавался, понимая, что итог все-равно будет один; кто-то пытался договориться и даже предлагал себя, пытаясь таким образом оттянуть неизбежное…

И ведь получалось! Таких, готовых его не только питать, но и ублажать по своей воле, он старался щадить… По-своему, даже заботился о них… Подольше растягивал, но в итоге все равно выпивал.

Девушка открыла глаза, и её расфокусированный взгляд остановился на его лице. Всмотрелась, а когда поняла, кто перед ней, попыталась дернуться, но старик держал крепко.

Его лицо оскалилось в зловещей улыбке, а во рту стало тесно от увеличившихся клыков. Рот наполнился слюной и предвкушением.

Больше не мешкая, он склонился к пульсирующей венке на её шее и впился в не зубами, разрывая нежную плоть и делая несколько больших глотков.

Обычно он смаковал удовольствие, ведь жизненная сила каждой человеческой самки, которую он получал вместе с кровью, отличалась по вкусу, как вино.

Все зависело от количества древней крови в той или иной особи и от скрытого дара, которым та или иная девушка обладала. Кто-то горчил; таких он выпивал сразу, хоть и морщился, кто-то будоражил сознание, а у кого-то кровь была как выдержанное дорогое вино, глоток которого моментально наполнял силой, усиливал способности и которое хотелось смаковать маленькими глотками вновь и вновь.

Но такое лакомство он пробовал всего раз за все время нахождения тут… Ликайя, Светоч, Заряна… как ни назови…

Зубы еще сильнее вгрызлись в плоть жертвы, как только старик вспомнил красивую золотоволосую девушку, истекающую кровью… Будь проклят тот ящер, который своим появлением помешал ему тогда… Но и того флакона, который он успел набрать под удивленные взгляды человечков, которые были с ним, ему хватило надолго…

Больше полсотни лет её кровь, добавляемая по капле в вино, дарила ему жизненные силы и бодрость… Но все хорошее когда-нибудь заканчивается, и теперь ему приходится довольствоваться тем, что он может достать. Благо, хоть занимаемое им положение позволяет ему это.

Девушка в его руках еще несколько раз дернулась и затихла. Её взор потух, кожа посерела и стала как пергамент.

Но старик все не отпускал, высасывая кровь до последней капли. А когда отбросил высохшее тело в сторону и распрямился, то уже мало чем напоминал того сгорбленного старца, каким спустился в подземелье.

Теперь посреди каменного мешка стоял, пусть и немолодой, но достаточно крепкий мужчина с налитыми кровью глазами. Несколько глубоких вдохов-выдохов, и клыки уменьшились, глаза приобрели привычный цвет, а когти на руках втянулись.

Он довольно улыбнулся и распрямил плечи. А когда бросил взгляд в сторону иссушенной девушки, недовольно поджал губу…

Теперь нужно избавиться от тела да поискать корм на следующий раз…

С этими мыслями он бодро поднялся наверх и позвонил в колокольчик, извещая слугу, что хозяин встал и готов завтракать…

Даша

Помолвку назначили через три месяца. По местным обычаям, это было даже рано. Я, являясь хоть и приемной, но все-таки дочерью графа Вельского, принадлежала к высшей аристократии, а уж про Сергио и говорить нечего. Это у простых людей никаких ограничений не было. Они могли сразу играть свадьбу, и никто бы им ничего не сказал. А вот у аристократов были свои закидоны. Минимум за три месяца объявление о помолвке, а уже после неё можно было бы и свадьбу сыграть месяца через два-три.

А для королевской семьи эти сроки были еще больше. Но моя приемная мама и так за голову хваталась, причитая, что можем не успеть подготовиться. Дескать, теперь еще готовить платье не только на дебют во дворце, но и на помолвку, и даже на свадьбу. И не только мне. А еще куче аристократов надо послать приглашения и подготовиться к торжественному приему.

Приемный отец только посмеивался, слушая жену, и одобрительно посматривал в мою сторону, одобряя мой выбор.

Сергио теперь очень часто гостил у нас в замке, и мы много общались, узнавая друг друга лучше. Маркус тоже был рад за меня, а Мариэла еще в первый день, услышав о предложении Сергио, сказала мне, что я вытащила свой счастливый лотерейный билет. О значении этой фразы я ей давно рассказывала, и она часто применяла в разговоре со мной выражения из моего прежнего мира.

Но если наш замок лихорадило от радостных приготовлений, то все королевство стояло на ушах по поводу приближающегося срока выплаты Дани и предшествующей этому событию проверке девушек.

Как мне пояснили, проверке должны будут быть подвергнуты все девушки от 17 до 20 лет, независимо от их положения в обществе. И что для проверки к нам в королевство прибывала некая делегация от драконов, на этот день открывался их Храм, который был в каждом королевстве, и всех потенциальных жертв партиями сгоняли внутрь. Там был какой-то кристалл, к которому нужно было прикоснуться, и он определял, подходит ли девушка этим чешуйчатым гадам. Если да, то на её руке зажигалась какая-то метка, и её тут же отгоняли в сторону. Домой она больше не возвращалась.