Призванная для… Мужчины, а вы кто? (СИ) - Бэк Татьяна - Страница 32

Мы усадили технократа в кресло. Баат не стал связываться с гномом-травником. Вместо этого просто сел напротив, уставился на него своими ореховыми глазами, и… заговорил. Голосом, который я теперь хорошо знала.

— Твоё имя и должность, — спросил дракон спокойно, но властно. Никаких угроз. Никакого насилия. Только холодная, неумолимая требовательность.

Технократ попытался сопротивляться, отвести взгляд, но не смог. Глаза Баата, казалось, заглядывали прямо в его душу, вытаскивая наружу все страхи.

— Д-доктор Аргон, — выдавил он. — Главный инженер проекта «Якорь».

— Кто твой начальник? Настоящий.

— М-мистер Холлис… но… но над ним есть кто-то ещё. Совет директоров. Я… я их никогда не видел.

— Их цели?

— Стабилизация… потом… ассимиляция… — Аргон замолчал, сжавшись в комок.

— Ассимиляция чего? — мягко, но настойчиво продолжил Баат.

— Всего, — прошептал технократ. — Магии… жизни… всего, что нельзя контролировать. Сделать всё… предсказуемым. Эффективным.

Его слова повисли в воздухе, леденя душу. Это было хуже, чем простое завоевание. Это была стерилизация. Убийство самого духа миров.

Валдис, слушавший молча, мрачно сжал кулаки.

— Чудовища, — произнёс он.

— Прагматики, — поправил его Баат без тени улыбки. — И поэтому они особенно опасны. Этого достаточно. Карл, — он крикнул в пустоту, и из тени отделился один из его немногочисленных слуг-гоблинов, — отведи гостя в «голубую комнату». И проследи, чтобы ему было… комфортно.

Когда гоблин уволок дрожащего Аргона, крылатый повернулся к нам. Его лицо снова стало привычно насмешливым.

— Ну что, команда, — сказал он, потирая руки. — Похоже, у нас теперь есть козырь. И враг, который не остановится. И целый мир, который считает нас преступниками. Скучно не будет!

Я смотрела на него и понимала, что за всеми этими шутками скрывается не просто мудрость, а груз тысячелетий. Он видел, как империи поднимаются и рушатся. Как герои становятся тиранами, а тираны — прахом. И он выбрал для себя роль шута — потому что это давало ему свободу видеть правду, пока другие играли в свои игры.

— Что будем делать? — спросила я.

— А что мы всегда делаем? — Баат подошёл к окну и выглянул в темнеющее небо. — Готовимся. Обустраиваем логово. И ждём. — Он обернулся, и в его глазах снова запрыгали знакомые золотые искорки. — Потому что рано или поздно они снова придут. И Холлис, и Совет, и инквизиция. И когда они придут… мы встретим их во всеоружии. И с отличным чувством юмора.

Крылатый был прав. Битва была выиграна, но война только начиналась. И нам предстояло вести её из тени, будучи изгоями в мире, который мы спасли.

Но глядя на Валдиса с его непоколебимой честью и на Баата с его тысячелетней мудростью, спрятанной за шутовской маской, я понимала — нет лучших союзников для такой войны.

Неделя, прошедшая после нашей вылазки к «Сердцу», пролетела в странном ритме вынужденного заточения и лихорадочной подготовки. Замок Баата превратился в неприступную крепость. Он не просто активировал старые магические ловушки, а улучшил их, добавив «изюминку», как это называл.

— Смотри, — крылатый с гордостью демонстрировал мне одну из таких ловушек в главном зале. — Стандартное заклинание окаменения. Скучно. А вот если добавить щепотку пыльцы смеющегося гриба… — он дунул на невидимую глазу пыль, и каменная голова горгульи на камине скривилась в идиотской ухмылке и издала оглушительный хохот. — Видишь? Теперь любой незваный гость не только превратится в статую, но и будет веселить публику!

Валдис занимался стратегией и разведкой. Через свою сеть доверенных лиц, оставшихся верными ему вопреки приказам Совета, он получал сводки. Новости были неутешительными.

Совет, под давлением инквизиции, официально объявил нас «врагами государства», обвинив в государственной измене, магическом терроризме и «сговоре с враждебными инопланетными силами». Наши портреты, нарисованные с явной нелюбовью, висели на каждой площади.

«КсеноТек», тем временем, зализывал раны, но не сдавался. Их активность на границах миров возобновилась с неожиданной силой. Они действовали осторожнее, используя подставные фирмы и наёмников из местных. В целом, это мало чем отличалась от действий преступной организации в моём мире.

— Они учатся, — мрачно констатировал Валдис, изучая очередной отчёт. — И меняют тактику. Их техники больше не строят гигантские излучатели. Они создают сеть малых стабилизаторов. Это дольше, но менее заметно.

— Значит, нам нужно найти и уничтожить эти стабилизаторы, — сказала я. Мы сидели у камина, а Баат на кухне экспериментировал с «противоинквизиторским стелс-печеньем», которое, по его словам, должно было маскировать магический след.

— Легко сказать, — отозвался с кухни крылатый, звонко роняя что-то металлическое. — Они их прячут лучше, чем я свои… э-э-э… личные сокровища. — Он появился в дверях, обсыпанный мукой. — Нам нужен кто-то внутри. Или… надо заставить их прийти к нам.

— Как? — спросил Валдис.

— С помощью приманки, — Баат вытер руки о передник. — Например, меня. Официально объявленного врага государства, обладающего ценными знаниями о «Сердце Разлома». — дракон усмехнулся. — Холлис ведь не знает, что «Сердце» исчезло. Он подумает, что я его спрятал. И попытается выведать, где.

— Это слишком опасно, — немедленно возразил Валдис. — КсеноТек не станет разговаривать. Они попытаются взять силой.

— Именно на это я и рассчитываю, — глаза крылатого сверкнули. — Мы устроим им тёплый приём. Прямо здесь.

План был безумным, но, как это часто бывало с идеями Баата, в его безумии была железная логика. Мы не могли вечно прятаться. Рано или поздно за нами придут. Лучше выбрать место и время боя самим.

Подготовка заняла ещё несколько дней. Дракон с помощью магии и своих инженерных познаний превратил замок в настоящую ловушку. Потайные ходы, люки-невидимки, комнаты с обратным течением времени… Он думал обо всём.

Я в это время упорно тренировалась. Теперь могла не просто кричать или создавать импульсы. Я научилась возводить тонкие, почти невидимые барьеры, искажать восприятие, вводить в заблуждение. Пыталась не разрушать, а контролировать. И моими учителями были двое самых разных, но одинаково грозных мастеров своего дела — сдержанный, методичный Валдис и непредсказуемый, интуитивный Баат.

Как-то вечером, когда рыцарь ушёл на очередную встречу с информатором, а крылатый колдовал в подвале над «сюрпризом» для непрошеных гостей, я сидела в библиотеке и пыталась разобраться в одном из древних фолиантов о природе межмировых разломов.

Вдруг я почувствовала знакомое покалывание в запястьях. Но на этот раз оно было тревожным, предупреждающим. Я закрыла глаза, сосредоточившись на связи. Я чувствовала Валдиса — его ярость, его холодную решимость. Но вместе с этим — чужое, враждебное присутствие. Какие-то угрожающие рыцарю силы.

На него напали!

В момент я вскочила и помчалась в подвал.

— Баат!

Дракон стоял посреди комнаты, окружённый парящими в воздухе рунами. Увидев моё лицо, он мгновенно всё понял.

— Сколько? — спросил коротко, его руки продолжали поддерживать заклинание.

— Много. Окружают. Валдис… он с ними. Его взяли в заложники.

Баат не дрогнул. Его лицо стало маской холодной ярости.

— Инквизиция… Решили не ждать. — Он закончил заклинание, и руны с шипением вписались в стены подвала. — Идеально. Готовься, истинная. Представление начинается.

Мы поднялись в гостиную. Баат подошёл к главному окну, распахнул его и высунулся наружу.

— ЭЙ, ВЫ ТАМ! — прогремел он, и его голос, усиленный магией, покатился по окрестным холмам. — ПРИНЕСЛИ МОЕГО РЫЦАРЯ? ОСТОРОЖНЕЕ С НИМ, ОН ХРУПКИЙ!

Снаружи, в сумерках, зашевелились тени. Из-за деревьев выехал отряд всадников в доспехах инквизиции. В центре, с руками, скованными за спиной, шёл Валдис. Его лицо было спокойным, но в глазах бушевала буря.