Доктор-попаданка. Ненавистная жена дракона (СИ) - Вайс Адриана - Страница 66

Но больше всего меня пугают его глаза.

Холодные, как сама пустота, темно-серые. В них нет ни ярости Джареда, ни ледяного огня Ронана.

Там — абсолютная, расчётливая пустота.

И сила.

Такая древняя и спокойная, что от неё мурашки бегут по коже.

Ещё один дракон.

Но намного более хищный и опасный.

При виде его с Ронаном происходит что-то страшное. Всё его тело напрягается, из его горла вырывается низкий, утробный рёв.

— ЛЕННАРД! ТЫ?! КАК ТЫ СМЕЕШЬ ПОКАЗЫВАТЬСЯ В МОЕЙ ЛЕЧЕБНИЦЕ?!

Леннард? Тот самый?

Заклятый враг Архилекаря. Убийца Эланы. Отравитель Милены и самого Ронана. А так же тот, чья книга со списком жертв до сих пор лежит в углу палаты, обёрнутая в одеяло.

Я вижу, как ярость в глазах Ронана вспыхивает с такой силой, по сравнению с которой его конфликт с Джаредом кажется лёгкой размолвкой.

Это ненависть, выдержанная годами, пропитанная кровью и горем. Весь его мир сузился до этой фигуры в чёрном бархате.

Леннард даже бровью не ведет. Он лишь слегка склоняет голову, как бы признавая факт своего присутствия.

— Архилекарь Ронан, — его голос тихий, ровный, без единой эмоции. Он звучит как приговор, зачитанный заранее. — Я здесь по делу. Делу величайшей, королевской важности.

Он делает крошечную паузу, будто наслаждаясь. Своим положением, своим появлением, реакцией Ронана и Джареда.

А потом, когда его устраивает этот эффект, он говорит то, от чего у меня внутри все переворачивается вверх дном, а ноги подкашиваются от бессилия.

— Вы обвиняетесь в укрывательстве особо опасной государственной преступницы Милены Конта, имеющих отношение к безопасности Короны, — ледяной голос Леннарда звучит приговор. Окончательный и бесповоротный. — А также покушении на жизнь и здоровье высокопоставленных членов Совета, посредством умышленного бездействия и создания условий для их отравления...

Моя челюсть отвисает.

— Что?! — вырывается у меня.

Это какая-то сюрреалистичная, чудовищная ложь!

Ронан, только что поборовший смерть от яда этого самого Леннарда, теперь обвиняется в этих же отравлениях?!

— Это ложь! — голос Ронана хриплый, но полный такой ледяной ярости, что стены, вот-вот покроются инеем. — Ты сам...

Но он не успевает договорить. Солдаты Леннарда синхронно делают шаг вперёд, их оружие с тихим металлическим лязгом наводится прямо на него.

Угроза невысказанная, но абсолютно понятная: слово против действия.

Раненый Ронан сейчас — лёгкая мишень. Он замирает, его челюсти сжаты так, что, кажется, вот-вот треснут зубы.

— Я бы не советовал сопротивляться, Архилекарь, — холодно улыбается Леннард. — Любое применение магии будет расценено как нападение при исполнении и карается смертью на месте.

Я смотрю на Леннарда и не могу поверить.

Он обвиняет Ронана в собственных преступлениях!

Это он отравил совет! Это его люди охотились за Миленой!

Это классическая «подстава», как сказали бы в моем мире, но здесь, среди магии и драконов, она выглядит еще более цинично.

Но… откуда он знает? Откуда он знает, что Милена у нас?

Он ведь явно пришёл добить Ронана, а заодно замести все оставшиеся следы и забрать улики. А мы оказались пешками в этой игре.

Леннард тем временем переводит свой тяжелый, как могильная плита, взгляд на меня.

— А это, я полагаю, и есть та самая новая девушка-лекарь? — он произносит это слово с какой-то извращенной смакованием. — Та самая, что умудрилась стать яблоком раздора между двумя влиятельнейшими драконами нашего королевства?

Меня передергивает.

И все же… откуда он все это знает?! О Милене, теперь обо мне. Я же здесь всего несколько дней.

Кто успел ему обо всем донести?

— Что вы собираетесь делать? — вырывается у меня.

Леннард почти незаметно пожимает плечом.

— Что и положено с предателями и их сообщниками. Арестовать. — Он кивает головой солдатам. — Взять их обоих.

Солдаты делают шаг ко мне.

Холодная волна паники накрывает с головой.

И тут в дело вступает Джаред. Его ярость, до этого направленная на Ронана и на меня, теперь переключается на нового противника.

Джаред делает шаг вперёд, заслоняя меня собой, а его массивная фигура бросает тень на Леннарда.

— Забирай своего лекаря, Леннард, на него мне плевать! — рычит Джаред, и его голос вибрирует от сдерживаемой мощи. — Но девку не трогай. Это моя жена. Она под защитой моего Рода!

Леннард медленно поднимает голову. На его губах играет отвратительная, снисходительная ухмылка.

— О, я в курсе, герцог Моран. Очень трогательно, как вы боретесь за свою... супругу, — он делает крошечную паузу, давая намёку повиснуть в воздухе. — Если вы спокойно отойдёте в сторону и не будете мешать исполнению королевского приказа... я, быть может, даже разрешу вам навестить ее в тюрьме.

Моё сердце падает в пропасть.

Леннард играет с нами. Дразнит Джареда обещанием доступа ко мне уже как к арестантке. Использует его одержимость против него же.

Мы не просто в ловушке. Мы в паутине, где каждое движение только сильнее опутывает.

Я в отчаянии поворачиваюсь к Ронану.

Наше положение безнадёжно. Но взгляд Архилекаря не выражает ни капитуляции, ни страха. Его глаза, полные ярости и боли, прикованы ко мне. И его губы беззвучно шевелятся, складываясь в одно-единственное слово:

«Ми-ле-на».

Мой мозг, тренированный действовать в критических ситуациях, когда счёт идёт на секунды, срывается с мёртвой точки.

Точно! Милена там, за дверью, в палате! Леннард знает, что она укрывается «где-то в лечебнице», но он, возможно, еще не знает, что она прямо здесь, за этой дверью!

Тем временем, Милена — единственная свидетельница, чьи показания могут разрушить всю грязную ложь Леннарда.

А еще, в той же палате лежит книга. Проклятая книга с именами, завернутая в одеяло, которая тоже является ключом к правде.

Если они ворвутся туда сейчас… они найдут Милену.

И, наверняка убьют на месте, а книгу сожгут и скажут, что ничего не было.

Мое сердце колотится где-то в горле.

Но как?! Как мне спасти девушку и улику, когда я сама через секунду буду в наручниках?!

Крикнуть Эйнару? Тогда они войдут туда первыми.

Попытаться прорваться? Да это чистой воды самоубийство — коридор наводнен солдатами.

— Я больше повторять не буду! — голос Джареда вибрирует от ярости, понижаясь до утробного рычания. Он делает шаг к Леннарду, и кажется, воздух вокруг него закипает от жара. — Прямо сейчас ты заберёшь свою грязную падаль и уберёшься отсюда. А ее, — он кивает в мою сторону, — не коснёшься даже пальцем.

Солдаты Леннарда синхронно поднимают оружие, нацеливаясь теперь на Джареда. Но это лишь разжигает его. Его глаза загораются ядовитым янтарным огнём.

— Ты думаешь, эти щепки меня остановят? — он усмехается, и в усмешке слышится треск будущего пламени. — Опустите свои палки. Или я превращу вас в пепел.

— Я бы не советовал этого делать, герцог, — ледяным тоном предупреждает Леннард, но в его глазах я вижу напряжение. — Сопротивление королевскому указу — отдельная статья.

В этот момент один из стражников, решив, видимо, выслужиться, делает резкий выпад, пытаясь обойти Джареда и схватить меня за локоть.

Это становится последней каплей.

Джаред даже не оборачивается. Он просто делает неуловимое движение рукой, будто отмахивается от мухи. Раздаётся глухой хруст, и солдат отлетает и врезается в каменную стену с таким звуком, что у меня сжимается желудок.

Тяжело и хрипло дыша, он медленно оседает на пол.

— Я, кажется, предупреждал, — снова рычит Джаред.

— Арестовать! ВСЕХ! — голос Леннарда теряет свою ледяную ровность. В нём прорывается ярость. Его безупречный план даёт трещину из-за этого неконтролируемого дикого зверя.

— Ну попробуйте! — злорадно рычит Джаред.

Я с ужасом и завороженностью вижу, как кожа на его шее и скулах подрагивает от ряби.