Золотая тьма. Том 1 (СИ) - Осипов Игорь - Страница 14

По гильдейской библиотеке, где книги размещались на полках в два этажа, и добраться до верхних можно исключительно либо колдовством, либо лесенкой, прокатилось хрипловатое эхо.

Немногочисленные женщины-переписчицы, из-под чьих испачканных чернилами рук вылетало лишь едва слышное «чирк-чирк-чирк» пером и шелест бумаги, замерли и заозирались.

— Что? — оторвавшись от документов, протянула бесцветным от внутренней усталости голосом высокопоставленная ведьма. В её руках был свиток, украшенный золотыми тиснениями, а на столе лежал тубус из-под него — весь в гербовых узорах, с разломанной сургучной печатью и шёлковым шнуром.

Справа от Николь-Астры размещался большой канделябр на десяток свечей с дрожащими огоньками и огромное колесо из лакированного дерева на подставке с подставками для книг, заменяя собой сразу пять поставок. Ежели провернуть колесо руками, то можно выбрать ту книгу, что нужна в сей момент.

Пахло воском, пылью, книжным тленом, зельями против них и мастикой, которой натирали пол.

А Старая Прачка воодушевлённо заголосила на весь зал:

— Представь себе! Эти халумари поставили на дороге столб, а на том — светильник с тремя цветами! Ты говорила изучить доклады видящих, и они гласят, что такие светильники — сильнейшие дорожные талисманы! Полупризраки поклоняются им и ставят везде, где только можно! Это же какая сила должна быть⁈

И начальница стражи с ходу опёрлась вытянутыми руками о край стола, нависнув, как осадная башня над стеной замка.

— Нет в них силы, — задрав на Старую Прачку хмурый взор, проговорила высокопоставленная волшебница, будучи мрачной, как зимняя туча. А потом уронила на стол свиток и громко, на всю библиотеку проговорила:

— Оставьте нас!

Когда переписчицы и хранительницы книг вышли, Николь-Астра устало заговорила:

— Герцогиня да Айрис прислала письмо. Она сулит почести и блага, если мы поддержим её. Вот что меня беспокоит, а не жалкие столбы с цветными фонарями.

— А что хочет остальной совет гильдии? — поинтересовалась Линда, нахмурив брови и скрипнув зубами.

Николь-Астра брезгливо повела рукой, и упавшие на стол крошки сами собой полетели на пол.

— Это письмо не было в совете гильдии. Оно прислано на моё имя, минуя всех. Что скажешь?

— Ну… сложно, — пробубнила с набитым ртом Старая Прачка.

— Будет ещё сложнее. Мне шепнули, что подобное письмо герцогиня да Берта прислала главе восточного крыла Магистрата, причём обещая ей моё место — место главы совета гильдии, — подняв со стола второй свиток, проговорила Николь-Астра.

Прачка пожала плечами и задумчиво покрутила подобранный со стола свиток.

— Будет раскол гильдии. Хорошо, если не война волшебниц. Но ты это… мой клинок с тобой, а на каком стуле сидеть, сама решай.

— Доложить о готовности, — с ощущением дежавю и чуть ли не по слогам отчеканил Пётр Алексеевич, глядя на колонну техники.

Стемнело. Опять ночь, техника, фонари.

— Первый готов!

— Второй готов!

— Третий готов! — послышались ответы. Но на этот не тестировали раз портал, а предстояло перегнать его к домику маркизы, выпрошенному во время ярмарки.

Пётр Алексеевич ещё раз окинул колонну взглядом и закричал:

— Заводи!

Команда снова эхом прокатилась от машины к машине. Первым заурчал бронированный внедорожник, расположенный в голове колонны. Тихо так, почти незаметно.

Он тронулся, шелестя шинами по асфальту, и исчез через ворота во мраке чужого мира — лишь алые габариты, словно глаза чудовища, взирали из глубин ночи.

За ним завыл движком и покатился бронетранспортёр с автоматической пушкой.

А следом раздалось клокочущее, набирающее обороты «дык-дык-дык-вру-у-ум!», принадлежащее тяжёлому седельному тягачу-вездеходу. И Бабье Царство услышало новый для себя звук — рёв танкового двигателя. Почти тысяча лошадей выбросила в воздух облако дизельной гари.

Тягач рявкнул перегазовкой и неспешно, и даже неумолимо, потащил на полуприцепе газотрубную электростанцию.

Исчезли испуганные мыши, попрятались птицы, а если взять бинокль, то можно увидеть, как факелы стражниц Керенборга заметались по крепостной стене в поисках неведомого чудовища.

Следом за первым монстром зарычал и второй — собственно с порталом.

За ними собачками на привязи потащились «Урал»-топливозаправщик и грузовик с бытовым барахлом. А замыкала колонну, поскрипывая и полязгивая гусеницами, боевая машина десанта, как пробник того, чему предстоит шастать по дорогам этого сказочного мира.

Пётр Алексеевич проводил взглядом технику, сел в уазик, но не поехал, а подозвал начальника штаба базы:

— Составь приказ. Все мелкие полевые группы, такие как геологи, топографы и этнографы, отозвать немедленно. Крупные группы разместить в наших ближайших представительствах. Организовать централизованную доставку денежных и продуктовых запасов и медикаментов. Понял?

— Так точно, товарищ генерал, — отозвался подполковник, зачиркав карандашом в блокноте. А потом вопросительно поднял глаза: — Как указать в документах домик маркизы?

Генерал вздохнул и потёр пальцами подбородок.

— Напиши, что это полевой пункт управления, и в скобках — по учению. Протяните туда связь.

— Есть! Что-то ещё⁈

— Что ты кричишь? — огрызнулся генерал-барон. — Ночь на дворе.

— Виноват, — чуть ли не шёпотом ответил подполковник и повторил: — Что-то ещё?

— Там видно будет. Но пусть подготовят к отправке полевую кухню и полевую баню, — ответил Пётр Алексеевич. А потом поправил кобуру с наградным пистолетом и похлопал по плечу водителя: — Трогай.

Клацнула дверца. Качнулись сложенные за сидениями удочки. И тёмно-зелёный уазик, слегка покачиваясь на ухабах, покатился по пыльной тропинке чужой планеты.

Холм со стройкой, с торчащими из короткой сухой травы валунами, с отшумевшей за день, но ещё не убранной ярмаркой — остался позади.

За спиной остались и поля. Фары машин выхватывали из тьмы обширные, огороженные от остального мира тонкими жёрдочками прямоугольники. В одних росла спелая, готовая к уборке пшеница, в других виднелся кудрявый лён, а третьи полыхали красно-сиреневыми угольками клевера, засаженного, дабы почва отдохнула от тяжкой сельскохозяйственной ноши. Среди этих полей зелеными айсбергами возвышались березовые колки.

Разок в лучах прожекторов мелькнула ветряная мельница, уподобившись великану из книги про благородного идальго Дон Кихота. Деревянный великан растерянно распахнул объятья обтянутых тканью каркасных крыльев, не зная, сбежать или накинуться. Но в итоге так и остался стоять истуканом.

Потом под колесами потекла лесная тропа, упрятанная меж берёз и сосен.

Средневековые дороги были слишком узкие для земных боевых машин, а уж седельные тягачи и подавно требовали большого простора для поворота, потому под колёсами то и дело хрустели жерди заборчиков и мялся край посева. А в лесу железные борта ломали ветки и обдирали стволы деревьев.

Но вскоре приехали, на удивление, без происшествий, если не считать испуганных крестьянок, бегающих и орущих на всё поле, словно настал конец света.

Разместились. И вот уж, здравствуй, утро.

Генерал-барон почти не спал этой ночью.

В итоге в руках была большая кружка кофе, заваренная на энергетике. Но всё равно не помогало.

А виноват во всём хронический недосып. Десятки часов медленно складывались в большую свинью-копилку, пока не выплеснулись наружу.

Меж тем инопланетное осеннее утро дарило лёгкую прохладу. Между самых обыкновенных берёз на заляпанном перистыми облаками голубом небе мелькала ранняя Шана.

Сегодня Сол встанет из-за горизонта часом позже. Но через десять дней карликовая звезда класса М пройдёт по орбите вокруг центра масс системы половину своего года и будет дарить совсем другое утро: холодное, часто очень туманное, и ярко-оранжевую точку на глубоко фиолетовом небосклоне.