Меня зовут Гудвин (СИ) - Корнев Павел Николаевич - Страница 9

— Так ты и убил, больше некому.

Осунувшаяся физиономия упыря приобрела на редкость озадаченное выражение.

— Всех троих? — уточнил он, словно не мог поверить собственным ушам.

— Ага! — кивнул я. — Ты как первого куснул, так и слетел с катушек. А поймал две пули и вовсе озверел. Я тебя от последнего оттащить пытался, но не сумел. Такие дела.

Дядя Вова забухал, но тут же совладал с приступом кашля и уточнил:

— А с протоколом что не так?

— Это легко! Одного покойника в такой ситуации любому упырю спустят, а три разом — это уже откровенно асоциальное поведение. За такое и сесть можно. Вот твои кореша из конторы и повесили на меня двух мертвецов.

— Бред же!

— Одному в место укуса гарпун воткнули. Второго топором искромсали так, что никакое вскрытие ничего не покажет. А меня обещали за сто первый километр выслать, если в отказ пойду. Но я-то не промах, отвертелся от дурки. Ибо нефиг!

— Клоун, ля! — выдал дядя Вова. — Тебя ж в цирк переведут!

— Не знаю, не знаю, — покачал я головой. — Медсестрички поверили, что ты сюда с похмельем загремел.

Фельдшер сел на кровати столь резко, что я невольно сделал ещё один шажочек по направлению к двери.

— Так ты это серьёзно?

— Предельно, — подтвердил я.

Дядя Вова хватанул себя ладонью по лицу и повалился обратно на подушку. После тяжко вздохнул и сказал:

— Про контору Жора сказал?

Я шофёра выгораживать не стал и подтвердил:

— Он. Мол, попёрли тебя оттуда после того, как пищевод кровью экстрасенса сжёг.

Упырь закатил глаза.

— Во-первых, не из конторы, а из пси-контроля. Во-вторых, не попёрли, а сам ушёл, когда оперчасть расформировали и только надзорные функции оставили.

Акцентировать внимание на том, что прозвучавшее заявление отнюдь не опровергало работы в органах госбезопасности, я не стал и усмехнулся.

— Я тебе, конечно, верю, но если с пищеводом порядок, то чего ж тебя так скрутило вчера?

— Говорю же: пищевое отравление у меня, сопряжённое с острой аллергической реакцией! Я ж сортовую кровь от доноров получаю, а тут уголовник, который невесть что пил и курил. И хорошо, если ещё не колол!

— Н-да… — протянул я. — Непросто вам…

— Иди ты! — ругнулся упырь и закрыл глаза. — Утомил.

— Выздоравливай! — сказал я, но только взялся за дверную ручку, как дядя Вова приподнялся на локте.

— Заглядывай! — попросил он и ухмыльнулся. — Дюже интересно, куда тебя теперь законопатят!

Оскал у него вышел без малого кровожадным, в прошлой жизни у меня непременно бы втянулась мошонка, ну а орки мало того, что отличаются повышенной толстокожестью, так ещё и мошонка большую часть бодрствования в сжатом состоянии пребывает. Постоянно начеку, ага.

— Загляну ещё, — пообещал я и ушёл.

Забрал сумку у интерна, наведался в раздевалку, где сдал дежурной халат и оставил в шкафчике больничную униформу, а сам уже в спортивных штанах и олимпийке поспешил в пси-блок на ежедневную капельницу.

Максим Игоревич при моём появлении даже очки на лоб приподнял.

— Ты! — поразился он.

— Я!

— На капельницу?

— Так точно! — подтвердил я, а когда эльф замялся, развёл руками. — Ну а что? Мне строго-настрого запретили капельницы пропускать. Грозились заведующему нажаловаться!

— И в самом деле… — озадаченно протянул Максим Игоревич. — А я думал, после вчерашнего долго тебя теперь не увижу.

— Ну а я, вот, припёрся.

Переводить на меня дефицитный препарат эльфу определённо не хотелось, но деваться было некуда — полез отпирать сейф. Всё прошло как обычно, и уже четверть часа спустя я рванул к центральной проходной, дабы погрузиться в трамвай и покатить в динамовский спорткомплекс, но пихаться локтями в общественном транспорте не возникло нужды: у главного корпуса повстречался Лев.

Лейтенант пытался расчёской привести в порядок растрепавшиеся чёрные волосы, а те никак не желали укладываться, словно были наэлектризованы.

«Нормально они там с Дашкой друг о друга потёрлись», — мысленно отметил я, а на предложение поморского эльфа подвезти сказал:

— Мне в «Динамо».

Тот округлил глаза.

— На кой?

— Ты к нам, я к вам.

— Спортом заняться решил?

— Подработку нашёл.

Мы дошли до зелёного «меркурия», и хоть салон того был несколько просторней малолитражки Арама, я забираться на переднее пассажирское сиденье не стал и устроился на заднем диванчике.

— Что за подработка? — полюбопытствовал Лев, поворачивая в замке зажигания ключ.

— Спасателем взяли.

— Даже так? — удивился эльф, но больше ни о чём расспрашивать не стал и включил радио.

Передавали прогноз погоды, погоды ожидались прекрасные.

Скучать на пляже точно не придётся.

Домчал Лев меня на место буквально за десять минут, и я воспользовался выгаданным временем, дабы расположиться в тренерской и сожрать обе пачки творога, в кои-то веки запив его не водой из-под крана, а минералкой.

Но проку с такого завтрака! В желудке перестало сосать, и только.

Есть в последнее время я хотел постоянно, ведь мало того, что сгонял сальце с боков на гребном тренажёре, так ещё и дополнительно развивал мускулатуру. Вот и худел, поскольку лишённому привычного мясного рациона организму отчаянно не хватало калорий, жиров и невесть чего ещё. Вроде бы и до того нормально было, но по мере избавления от лишнего веса жить становилось заметно легче.

Натянув шорты и нахлобучив на голову панаму, я прихватил с собой свисток и, покручивая его на шнурке, отправился отмечаться. Эд предупредил, что сегодня задержится и слово своё сдержал, но по утрам пляж обычно пустовал, так что я в обиде на напарника не был. Сплавал несколько раз до буйков и обратно, обсох и отправился на спортплощадку. Размялся и совершил несколько подходов к турнику и брусьям, перемежая их отжиманиями и качанием пресса, затем взялся постукивать висевший тут же боксёрский мешок. Сначала бил вдумчиво и не частил, стремясь акцентировать удар, затем начал наращивать темп, и точно бы набрал хорошую скорость, если б только не сдохла дыхалка.

— Неплохо-неплохо! — похвалил меня чёрно-зелёный громила, подошедший на площадку в компании лесостепного орка, телесной мощью ему особо не уступавшего. — Юрок, как он тебе?

— Удар надо ставить! — авторитетно объявил Юрок. — Бьёт, будто весу меньше центнера!

И орк легонько вроде бы ткнул кулачищем мешок, но показалось, будто его сейчас попросту сорвёт.

— Привет, Борис! — протянул я руку таёжному орку, в котором узнал тренера регбистов.

Мы обменялись рукопожатиями, и Борис спросил:

— Увлекаешься?

— Для общего развития.

— А то смотри, боксёрам и борцам отдельный корпус отдали. Мы там сейчас ремонт делаем — надумаешь, заходи.

— Погоди! Ты ж регбист!

Борис хохотнул:

— Так тоже для общего развития! — Он огляделся и уточнил: — Эд не появлялся ещё?

— Эд ближе к обеду будет, но это между нами.

— Понял, — кивнул здоровяк и окликнул спутника: — Юрок, он позже сегодня появится, сам с ним поговорю. Пошли!

Юрок бросил избивать беззащитный мешок, и громилы утопали прочь. Я постоял-постоял и двинулся к вышке спасателей. Сел там под навесом и вздохнул, сообразив, что с собой нет не только шахматного учебника, но и завалящей газеты.

Ну вот что стоило купить, а?

Но тут стало не до чтения: снова как по расписанию на пляж заявилась Ирена. Девчонка во всё том же чёрном спортивном купальнике подбежала, упёрлась ладонями в колени, шумно выдохнула и потребовала:

— Пошли купаться!

— Иди, — кивнул я на озеро. — Я уже.

— Не будь букой! — возмутилась Ирена. — Ты должен научить меня плавать!

— Прям должен? С чего бы это?

Девчонка запустила пальцы в короткие белые волосы и ещё больше встопорщила их, после чего объявила: