Торианская империя. Раскалённая галактика. Книга 7 - Ган Денис - Страница 5

Гневная речь императора разносилась по залу.

– И сегодня, когда я простился с любимой женой и моим юным сыном, я объявляю захватчикам тотальную галактическую войну на полное уничтожение! Мы больше не будем терпеть наглого врага, уничтожающего наши планеты и пытающегося отнять нашу свободу, подчинив империю своей воле! Мы больше не станем заключать бесполезные союзы и останавливать войну в надежде найти недостижимый мир, и мы больше не станем ждать, когда нас завоюют и уничтожат!

Речь императора воодушевила буквально всех. Толпа придворных во дворце ревела от ярости и ненависти к врагам. На улицах во всех имперских мирах, в домах, дворцах и везде, где была доступна трансляция, население одобряло поступок императора Дасария точно такой же реакцией. Время для ответа пришло. Дасарий и Аргон верно рассчитали ситуацию и вовремя приняли окончательное решение, сплотив граждан империи этой трагедией.

На глазах зрителей безмолвные мечом отрубили послу голову, а затем расчленили его тело на куски. Со слов императора, остатки тела посла будут погружены на корабль и отправлены в центр галактики к сингулярности, через которую Шан`аркудийцы попали в галактику.

Дасарий ещё долго говорил, но вскоре закончил свою речь и под вопли толпы в окружении охраны покинул зал императоров.

– Я хочу видеть Асильву, приведи его в мои покои, – велел император Латуцию, когда проходил мимо него.

Латуций поклонился и, глядя вслед удаляющемуся Дасарию, быстро пробежал глазами ряды присутствующих. Председатель Гошран стоял там, где и полагалось имперскому сановнику его ранга, недалеко от императорского трона. Требуя расступиться, Латуций пробрался до председателя. Постепенно, после того как император ушёл, безмолвные начали выпускать гостей дворца из зала, но Латуций не собирался уходить тем же способом, что и все.

– Гошран Надирак Асильва, император желает Вас видеть и приглашает к себе, – официально сообщил он председателю.

– Сейчас? – Удивление главы имперского совета выглядело искренним.

– Перед тем, как покинуть зал, он велел мне разыскать Вас и немедля привести в его покои. Да, сейчас.

Асильва оглянулся на своё сопровождение, но Латуций быстро добавил:

– Распоряжение касалось только Вас. Свита останется в императорском зале, или они могут покинуть его, отправившись к транспортам. Полагаю, Вы задержитесь у императора.

Делать нечего, воля императора есть воля императора, и неважно, в каком контексте она выражена. У председателя Высшего совета есть свои привилегии, и, по сути, он по власти своей равен императору или даже выше, но император всё же глава империи, и игнорировать его приказы нельзя, если ты не собираешься открыто выступить против него. Асильва не собирался этого делать, к тому же не так давно он сам поспособствовал тому, чтоб у него и совета забрали часть полномочий. Дасарий укреплял империю, и с войной на пороге иного выбора не было, кроме как принять эти изменения ради всеобщей консолидации.

Переход по дворцу занял время, но уже в покоях императора стало ясно, что Асильва не единственный, кого Дасарий пригласил на разговор. Рабочий кабинет императора перенастроили, и сейчас он был больше похож на военный центр, с единственной оговоркой… Личные покои императора находятся в той зоне дворца, где нет свободного доступа и официальных приёмов. Эта территория дворца всегда блокирована. Помимо постоянных членов военного совета, тут присутствовали ещё две персоны, и присутствовали вживую. Адмирал Саредос и Верховный адмирал находились на удалённой связи.

Заметив вошедшего, император произнёс:

– Садитесь, Асильва, с этого момента Вы введены в состав военного совета как второе лицо империи.

Не так давно Асильва лично способствовал тому, что вся полнота военной власти перешла от Высшего совета к Дасарию. Совет больше не контролировал ничего, что было бы связано с планетарными и космическими войсками, оставив за собой только гражданское управление и законодательство. Заняв своё место, Асильва обратил внимание на карту, висевшую над столом, с которого она и проецировалась. Сам Аргон Макариа сейчас транслировал свою голограмму с борта флагмана, равно как и Верховный адмирал. В данный момент Аргон объяснял текущую ситуацию.

Случилось то, чего Латуций так опасался. В действие был приведён план под кодовым названием «Секарта». Так некогда называлась система, которую впоследствии переименовали. В этой системе произошло крупное сражение между империей и пиратским флотом. Оно знаменито тем, что было спланировано, организовано и осуществлено в тайне от всех, кроме основного военного командования империи. Об этой операции тогда не знал даже император, не то что Высший совет. Благодаря такой секретности была добыта ключевая победа, впоследствии приведшая к мирному договору между свободными погонщиками и Торианской империей. В системе тогда уничтожили более двух миллионов кораблей. Это была ловушка для свободных погонщиков, в ней уничтожили основную часть их флота. Сейчас система закрыта от посещения, потому что там опасная навигация и имперский мемориал памяти. За сотни тысяч лет её так и не расчистили, да и не собирались…

– Наша численность везде один к пяти в нашу пользу, плюс резерв в количестве один к трём. Благодаря внезапности первого удара мы уже добиваемся серьёзных результатов. Первый час атаки принёс нам победу в тех системах, в которых мы и планировали быстрый разгром. Коалиция вторжения разделила свои основные скопления, расформировав эти разрозненные группы слишком далеко друг от друга. К сожалению, уже имеются данные о передвижениях кораблей из того флота, что вошёл в договор и перемирие. Они начали двигать эти основные соединения, но ожидать их прибытия возможно не ранее двух, а то и трёх недель. Мы были правы, когда получали разведданные о том, что они тайно разбили часть этих флотов на более мелкие и перенаправляют их к нашим границам, но с других направлений.

– Сугив, что у вас? – поинтересовался император у Верховного адмирала, заметив, что тот спешит.

Трансляция перенастроилась на борт другого флагмана.

– Расчёт оказался верен, мятежники не готовы ускоренно направить часть своих сил на подкрепление Шан`аркудийцам. Наше совместное масштабное наступление парализовало их силы. Они явно не понимают, что происходит, когда в системе внезапно оказывается флот численностью в разы больше, чем тот, что её занял. Однако сопротивление бешеное и кровопролитное. Тут нам приходится сражаться против своих бывших сил…

– Это прискорбно, я понимаю, но этого не избежать. Мы не можем больше быть милосердны по отношению к мятежникам. Продолжайте натиск и не ослабляйте его ни на миг.

– Будет исполнено…

Сугив Шорак отключился, получив на это дозволение от императора. Дальше продолжили без него. Сейчас его флагман участвовал в контроле сражений более чем в нескольких тысячах систем. Корабль был включен в сеть прямого командования, равно как и флагман Аргона, но Аргон при этом находился не в гуще сражений. Его задачей была организация и контроль нападения на корабли Коалиции. Тут действовать нужно было быстро и осторожно. Затягивание боя дольше чем на сутки грозило большими потерями или вообще поражением. Сутки – это минимальное время, которое могло быть задействовано для подлёта подкрепления у вражеских флотов. Таких систем было выявлено немного, но они были обнаружены, и сейчас в них громили те силы Коалиции, которые уже успели там заблокировать.

Аргон Макариа получал сведения в прямом эфире и тут же транслировал их во дворец. Карта сражений указывала на то, что внезапный удар сработал так, как планировалось. Первые несколько часов стали решающими.

– Новые данные… Семнадцать процентов заблокированных кораблей уже уничтожено. Наши потери составляют чуть меньше четырёх процентов. Есть системы, в которых потери не выше полпроцента.

– Покажи! – велел Дасарий.

Список систем появился над картой.

– А что вот тут? – Дасарий выделил одну из областей пространства возле туманности.