Это спецназ, детка (СИ) - Орлова Юлианна - Страница 3

—Упс, вот это я ебанько, раздай патроны, собери и опять раздай. Малышка, давай отсюда чеши, а? Они тебе в этот коктейльчик много чего намешали, так что беги домой, уроки учи, агась?

Девчонка прикрывает рот рукой и в шоке рассматривает меня, затем пятится назад и уходит.

—Ты че офигел? Ты проблем хочешь? — бузит ее несостоявшийся насильник. Я таких ублюдков за километр чую. Он уже под чем-то, и явно разговор не про алкашку. —Типа дерзкий?— пихает меня в грудь кулаком.

—Да есть немного, но ты тоже не очень мягкотелый, смотрю, да? — улыбаясь криво, принимаю удар. Он снова пытается зарядить, и тут я уже заламываю мелкого додика и ударяю его лицом о стойку, отчего все стаканы на ней подскакивают, а гости удивляются.

—Ты отдохни, а то устал. Приуныл. Так бывает.

Мелкий верещит резаной свиньей.

А затем обращаюсь к бармену, который спешит смыться.

—Стоять. Бояться. Сюда чеши, мамина поця, —тот поворачивается и делает глубоко удивленный вид.

—Я тут не при чем!

Ага, а я прима балерина.

—Записи с камеры вот этой предоставь, — указываю на глазок над стойкой.

Но наш друг-зельегонщик оказывается тугодумом.

—Это муляж!

—Что ты мне чешешь? Муляж у вас по всему клубу, я сразу это заметил, а вот эта девочка пишет, так что давай мне записи за вчера, агась?

—Отпусти меня! — вопит парниша, чью руку я к лопаткам положил и слегка примял. Чуток.

—Неа, пока твой дружок мне запись не даст.

—У меня нет доступа к ней!

Вглядываюсь в “замаскированный” провод, ведущий под стойку. А там и коробочка…

Бросаю ксиву на стойку и выразительно изгибаю бровь.

—А так? Могу позвать друзей, чтобы мои аргументы до тебя дошли, а то как до жирафа пока что. А могу сам тебя отпиздить за то, что ты малолеткам вместе с подельниками наркоту подмешиваешь, дальше что? Уводят, трахают и обворовывают? Или что там у вас по списку? Смотри сам. Выбор тоже за тобой. Я так-то мальчик не очень хороший, люблю кулаками помахать. Но могу иногда и конструктив выдать. Например, попросить тебя больше так не делать, а то ноги оторву и затолкаю в задницу. Будешь примерно, как кузнечик. Ну как? Ферштейн?

Бармен всматривается в мое удостоверение и дрожащими руками достает из-под стойки ноут, после чего отправляет мне на почту запись с камеры за вчерашний день.

—Ну можешь же, когда хочешь, —подмигиваю, а однорукого ноунейма поднимаю со стойки.

—Снова здрасти. Повторяй за мной: я, — резко наклоняю его и прямо перед стойкой торможу, приложив помягче.

Крик разносится душераздирающий, как будто я ему кожу сдираю.

—Больше не буду, — снова рывок и почти удар о стойку, а потом мягко прикладываю его, —никому ничего подмешивать, — хлобысь, тут уже все-таки прикладываю его носопыркой о поверхность.

Потому что негоже быть падлой.

—Не буду, не буду, — почти плачет, а я довольно улыбаюсь.

Потому что как вещает наш царь-батюшка Архангельский: пропиздон — лучший учитель в мире. Коротко и ясно.

Уже в машине по времени нахожу идеальный кадр, где мы со Златовлаской во всей красе. Теперь мне бы Фроста напрячь, он у нас часто в управлении торчит, явно помочь может.

Набираю его, несмотря на детское время, он заспанным голосом мне отвечает:

—Что опять?

—Приветики, Фрост. Найди мне одного человека, пожалуйста, ты ж у нас в этом спец.

—Дай угадаю. Вчерашнюю барышню из клуба.

—Агась.

—Вы издеваетесь надо мной, или да?

—Кто вы? И че такого?

—Ничевотакова, —дразнит, а затем выдыхает и шепчет тише, словно боится кого-то разбудить. Слышу шуршание и мягкий голосок.

—Ты че там с бабой?

—Не твое дело. Присылай давай. Все пока.

Трубу бросает, а я довольный как никогда, рассматриваю фотку, которая уже улетела в мессенджер товарищу.

Красивая. И качество у камеры ничего так, можно повтыкать и полюбоваться. Огонь. Просто аааа.

Емае, а Фрост точно с бабой. Иначе какого хрена он там шепотом щебечет?

Офигеть! Я думал, он евнух. Фрост с бабой! Вот это да!

МАША

Я все еще не могу отойти от того «события» в клубе. Девчонки меня без конца и края спрашивают, как мне удалось стать той единственной на танцполе вместе с богом секса, а отмахиваюсь, сидя за кухонным столом.

Мы устроили девичник по случаю моего расставания с мудаком, потому что подруги решили меня поддержать.

Но вместо того, чтобы обсуждать что-то интересное, полночи и все утро обсуждаем чувака, который танцевал стриптиз в ночном клубе.

—Ну как он целуется? Думаешь, у него в штанах тоже ого-го?

—Боже, ты меня уже миллион раз спросила, как он целуется! Он просто засунул мне язык в рот, вот и все. Наглый и неотесанный мужлан, решивший, что я лужицей перед ним расползусь. Хватит уже с меня мудаков, в самом деле.

—Ну так он же спецназовец, альфач. Ты видела, какие парни у танцпола стояли? Не думаю, что он соврал, — защищает Саша, а я неоднозначно хмыкаю, касаясь губ пальцами. Там словно его фантомные прикосновения живут сами по себе.

—Да, я слышала что-то такое со сцены урывками, несмотря на грохочущий в ушах пульс. Но он наглый, и пусть будет хоть президентом, что теперь? И вообще не ясно, какого черта отряд спецназовцев танцует стрип. Але, девочки, они слегка другими делами заниматься должны!

—Ой, только не говори, что тебе не понравилось! Ну краснючая была, и явно ведь ответила ему, — толкает меня Кира в бок, а я закатываю глаза.

Нет, не признать тот факт, что этот Мекс горяч, невозможно. По меньшей мере, надо быть непроходимой идиоткой. Он красивый, накаченный, и бабы за ним уплетаются шлейфом в несколько километров, а те, кто впереди, падают штабелями.

Это факт.

Но это совсем не значит, что адекватные девушки должны на подобное позариться.

—Понравился! Ответила! Даааа! Только фригидная не ответила бы! — Саша пищит и хлопает по столу ладошками.

Еде сдерживаюсь, чтобы не заржать. Я не фригидная, но тем не менее, я пыталась вырваться. Пыталась же, да?

Это я сейчас себя успокаиваю, кажется, но моим подругам только дай повод языком почесать на тему красивых мужиков, это затянется надолго.

—Не надо было сбегать, Маш, реально. Мне кажется, он отличный вариант, чтобы выбить клин…клином.

—Отличный вариант, чтобы вляпаться по самые помидоры, девочки.

—Фу. Какая ты зануда, —Саша недовольно кривится и отворачивается, сложив руки на груди.

—Я включаю мозг! Мне кажется, иногда, это очень даже полезно. И только почти выбравшись из одного говна, не надо с головой нырять в другое.

—Бу-бу-бу, дайте Маше платок и посадите к бабкам у подъезда, будет обсуждать шлюх, проходящих мимо.

Смеемся все, заливисто и громко, потому что это и правда звучало как пенсионерский клич на тему «а в наше время», «а раньше было лучше».

—Не отстану, пока ты не признаешься, что он в твоем вкусе!

—О боже, да в моем, в моем! Но не красота главная в мужике.

—А диаметр члена! — поддерживает Саша.

—Я же говорила! — победоносно кричит Кира, а Саша хлопает по столу в такт музыки «We will rock you».

Но может я просто не готова к еще одному блядуну?

И словно по заказу в этот самый момент начинает звонить телефон, а на том проводе совсем не слон, а…

—О мудачина звонит, — читает Саша имя звонившего.

Да, я именно так его и подписала.

Добавить в черный список пока не могу, все-таки он мой непосредственный начальник, и я, по закону, обязана отработать положенных две недели, прежде чем навсегда перестану быть его секретарем-референтом, а еще и переводчиком китайского языка.

Зато теперь могу со спокойной душой слать его на символ плодородия у древних греков, а он как баран будет на меня смотреть. Хотя почему это «как»?

—Бери трубку, и дай я с ним поговорю