Новый вызов (СИ) - Баранников Сергей - Страница 4

По-хорошему, они уже должны были проверить состояние всех пациентов к этому времени, но я так понял, ночка у наших коллег выдалась непростая, поэтому простительно.

— А с чем тортик? — поинтересовалась одна из оставшихся девушек, с интересом поглядывая на сладкое угощение.

— Я побоялся, что у кого-то может быть аллергия на мёд, поэтому вместо медовика взял тирамису с миндальным экстрактом.

— Костя, ты попал в самое сердечко, — расплылась она, созерцая угощение. — Берегись, моя фигура!

— Не волнуйся, в нём не так много калорий, к концу смены ты и так их все сожжёшь, а приятное послевкусие останется, — успокоил я девушку.

Когда самовар вскипел, а по чашкам разлили ароматный чай, мы собрались за столом.

— Что же, Константин, давайте знакомиться ближе, — произнесла женщина лет шестидесяти. —

Моё имя Сарычева Нина Владимировна, и я старший целитель первой бригады. Вы будете работать под моим руководством. Надеюсь, мы найдём общий язык.

Интересно, чтобы стать старшим целителем, нужно так долго работать? Куда ни глянь, не видел ни одного старшего медицинского сотрудника моложе сорока. Разве что Радимов — исключение из правил, и то он заведующий. Хотя, на памяти всплывает Журавлёва из Первой городской, но тенденция неприятная. А ведь для того, чтобы получить должность старшего целителя, достаточно отработать пять лет, получить рекомендации и пройти экзамены. Скорее всего, причина заключается в том, что претендентов на должность слишком много, и повышение получают только лучшие. И то, когда место освобождается.

В общем, мне пока нет смысла задумываться о повышении.

Следующей представилась светловолосая девушка с чарующими зелёными глазами.

— Паршина Алёна, младший целитель первой бригады.

Такая компания мне нравится. На первый взгляд, она всяко лучше Мартынова. Девушка показалась мне общительной и скромной, а на деле посмотрим как оно будет. Первое впечатление часто бывает обманчивым.

На шее девушки на тонкой золотой цепочке висел кулон с изумрудом. Издавна считалось, что этот камень покровительствует целителям и помогает нашей энергии скорее восстанавливаться, поэтому я ничуть не удивился её выбору.

— Макс Ключников! — представился парень, помахав мне рукой с места. Если остальные представлялись официально, то он решил не усложнять. Сарычева бросила на парня недовольный взгляд, но не стала его исправлять.

— Семенюта Марина Анатольевна, — произнесла девушка с длинными ровными тёмными волосами, которая рассматривала меня с каменным лицом, словно экспонат в картинной галерее. Её официальный тон не укрылся от моего внимания. Если с Алёной мы были ровесниками, то Марина была стажёром-первогодкой, поэтому старалась во всём придерживаться правил. Полная противоположность Максу, который, как могло показаться, был создан, чтобы правила нарушать.

— Что же, раз мы все перезнакомились, у нас есть ещё немного времени, чтобы выпить чаю и приниматься за работу, — взяла инициативу в свои руки старшая целительница.

В этот раз было всё иначе. Если в Первой городской целителями в основном были мужчины, то здесь большинство составляли девушки. Да и мне предстояло работать не с суровым и мрачным Семёновым, а под руководством Сарычевой, которая показалась мне вполне рассудительным человеком. Ощущения совсем другие.

— Ох, чувствую, будет сегодня горячо! — заявил Макс, когда мы засобирались на обход.

— С чего ты решил?

— Вы разве не знаете примету? Если появился новый целитель, жди наплыва пациентов. Чувствую, к концу смены попрут.

— Сплюнь, дурак! — одёрнула его Алёна и нахмурилась.

Уже возле входа в палату, когда Сарычева с Ключниковым вошли внутрь, Марина задержалась, чтобы перекинуться парой слов без свидетелей.

— Ребята, вы с Максом осторожнее, у него мать секретарь медицинской коллегии в Градовце. Я с ним в одной группе учусь в академии, поэтому знаю о чём говорю.

— Мне он не кажется человеком, который будет закладывать своих, — ответил я, посмотрев вслед Ключникову.

— Прецедентов не было, но то академия, а это реальная работа, — стояла на своём девушка. — В общем, я вас предупредила.

Мы зашли в палату и напоролись на сердитый взгляд Сарычевой.

— Пожалуйста, не теряйтесь! — строго произнесла целительница. — Мы не можем позволить себе проводить обход в течение всей смены. Нужно работать оперативно.

Сарычева сразу перешла к истории первого больного, который устроился на краю кровати и поморщился от боли.

— Павел Васильевич находится на лечении в нашем отделении уже четвёртый день с язвой желудка. Несмотря на все наши усилия, консервативное лечение оказывается неэффективным. Дамы и господа, какие будут предположения, почему так происходит?

— Неправильно подобранное лечение, — с ходу выпалил Ключников и замолчал, поймав на себе удивлённые взгляды. — Что? Могли ведь неправильно поставить диагноз, вот ему ничего и не помогает.

— Максим, нет ничего хуже в работе целителя, чем необдуманное действие, — принялась отчитывать парня старшая целительница. — Да, мы учим вас быстро соображать, но стажёры должны озвучивать максимально верные предположения. Сейчас вы совершенно не думали.

— А что тут думать? Если не помогает, значит, ошибка целителя. Нужно подбирать другое лечение.

— Костя, а вы как считаете? — поинтересовалась у меня Сарычева.

Я предвидел, что ко мне будет повышенный интерес. Если остальных членов бригады целительница уже успела оценить и составить представление об их способностях, то я пока оставался для неё чистым листом.

— Вопрос любопытный, потому как сразу дать на него верный ответ достаточно сложно, — начал я, выигрывая последние секунды для более детальной диагностики. — У Павла Васильевича диагностирована язва желудка, и я вижу, что диагноз поставлен корректно. Согласно стандартам лечения мы купируем проблему с помощью целительной энергии, а при дальнейшем лечении используется отвар из корня двужильника и репейника. Я провёл диагностику и не обнаружил в организме следов этих настоек. Исходя из этого, либо их не назначили пациенту, либо он их не принимает.

— А вы как думаете? — поинтересовалась Сарычева.

— Нужно проверить нет ли у пациента непереносимости этих компонентов, — осторожно заметил я, чувствуя, что вопрос может быть с подвохом. — А заодно изучить его историю болезни. Если там есть назначение, значит, целитель уже проверил реакцию организма пациента.

— У Павла Васильевича нет проблем с этими компонентами, — спокойно заметила Сарычева, а я увидел в её глазах неподдельный интерес.

— Выходит… Он их не принимает?

— Вот мы и раскрыли причину осложнений, — подытожила Нина Владимировна. — Господин Ардин, почему вы не выполняете назначения целителя?

— Как это? Выполняю! — засуетился мужчина, но по его испуганному виду и бегающим глазам я отчётливо понимал, что он лжёт.

— Хорошо, тогда пейте отвар прямо сейчас, — потребовала женщина.

— Я его уже принимал сегодня утром. Нельзя так часто! — запротестовал Ардин.

— Считайте, что я вам разрешила, — улыбнулась целительница, понимая, что загнала мужчину в угол.

Мы не стали дожидаться когда медсестра принесёт Павлу Васильевичу новую порцию отвара, и перешли во вторую палату. Но стоило нам справиться там с пациентами и выйти в коридор, Сарычева снова повернула к первой палате. Резко распахнув дверь, она застала Ардина возле раковины, куда тот выливал содержимое стакана. По комнате распространялся резкий и слегка горьковатый запах двужильника, отдалённо напоминающий полынь.

— Значит, так вы принимаете лекарства? — удивилась женщина. — Хорошо, не хотите лечиться — насильно вас никто держать не будет. Сегодня выписываем, можете дальше страдать от изжоги и болей в животе, но учтите, что через две недели язва проделает дыру в стенке вашего желудка, и всё его содержимое хлынет к вашим внутренностям. Вот тогда у нас не останется иного выхода, как разрезать вас и сделать экстренную операцию. И то, если успеем провести оперативное вмешательство.