Измена. Малыш от бывшего - Томченко Анна - Страница 3

Я забыла выключить свет в коридоре, когда убегала.

Я слишком торопилась узнать все.

Я прикасалась липкими пальцами к гладким стенам и вздрагивала от каждого шороха, который издавал Тим. Он стянул галстук, снял пиджак, расстегнул верхние несколько пуговиц.

– Златица, – теперь его голос похолодел. Теперь он посмотрел на меня словно я в чём-то виновата. – А сейчас ты забудешь все, что видела. И станешь тихой, милой, родной женой, которую я оставил дома, уезжая.

– Нет.

Я поджала губы. Сложила руки на груди.

– Да, – приблизившись за пару мгновений, выдохнул мне в губы Тимофей. Он положил ладонь мне на затылок, вынуждая приблизиться. Меня сразу замутило. Затрясло от следующих слов. – И закончишь то, что прервала в клубе.

Глава 4

– Меня воротит от тебя, – прошипела я сквозь зубы. Меня била крупная дрожь, а сердце заходилось бешеным бегом. – После всего, что я увидела, мне противны твои прикосновения…

Я толкнула Тимофея в грудь и отошла к стене.

Тим рассмеялся громко.

– У тебя выбора никакого нет, Златица. Ты мужняя жена.

– Только ты не мой муж… – слова давались мне с трудом. Я украдкой вытирала щеки. – Ты предатель. Изменник. И я такое не смогу никогда простить. И забыть.

Тим расстегнул рубашку, обнажая мускулистую грудь. На запястьях расстегнул манжеты. Стянул с плеч ткань и бросил на диван.

Подходил муж медленно.

– Тебе просто кажется… – от аромата теперь уже знакомого – лёгкая ментоловая нота и немного дыма восточных благовоний – у меня закружилась голова. – Все забывается. А впредь постарайся не выходить из дома, если напрямую запрещаю…

Меня этот его запрет выбесил.

– Какого черта тебе не хватало? – дрогнувшим голосом спросила я.

Тим склонил голову к плечу, словно под новым углом рассматривая меня.

– Как ты узнала, где меня найти? – вопросом на вопрос ответил Тим, намекая, что не собирался говорить о своих увлечениях.

– Пока ты мне не ответишь о причинах, я ни слова не скажу, – быстро выпалила и шагнула к арке на кухню. Подхватила первую попавшуюся чашку и налила в неё воды.

Шаги Тимофея были медленными и едва слышными. Я глотала безвкусную воду, стараясь успокоиться. Сейчас эмоции не к чему. Один разговор, от результата которого зависело, что дальше будет с моей жизнью.

– Сделка? – прошелестел голос мужа позади. Я сделала шаг в сторону. – Я тебе называю причины, а ты отвечаешь, как узнала обо всем. У тебя минута…

Холодом дохнуло.

Я понимала, что проваливаюсь куда-то в глубину, в самое тёмное место из существующего, где только грязь, предательство и гнилые люди.

– Да… – прошептала я, и этого оказалось достаточно для того, чтобы Тим резко приблизился ко мне, перехватил ладонью под грудью, вдавил меня в себя.

Я взвизгнула.

Я не хотела, чтобы он меня трогал.

Но губы Тимофея прошлись мне по шее сверху вниз, а зубы сжались на тонкой коже.

Внутри все задрожало, завибрировало от знакомых чувств.

Я дёрнулась, стараясь разорвать прикосновение, но муж только сильнее прижал, шагнул к столу, чтобы я уперлась в него бёдрами, и жутко, хрипло прошептал:

– Не дёргайся, и не будет больно.

Мое сознание заметалось.

Я до боли прикусила губы. Почти ощутила привкус крови. А ладонь Тима нажала мне на лопатки, вынуждая прогнуться.

Мне пришлось оттолкнуться от столешницы и влететь ягодницами в пах мужа.

– Да, детка, так ты можешь делать.

Сволочь!

Он веселился, а меня разрывало от противоречивых эмоций. Граница знакомого возбуждения и острой, парализующей сознание боли.

Ладонь поднялась по груди и сжала мое горло. Я успела сделать вдох. Совсем небольшой, чтобы прошептать:

– Не трогай меня… Ты сказал, ответишь мне, чего тебе не хватало в браке, – голос срывался, скрывал то, о чем кричало тело, которое требовало привычной ласки.

Тим коротко усмехнулся и все же прижал меня грудью к столу. Я заелозила руками, сбивая вазу с сухоцветами и салфетницу.

– Отвечаю, маленькая стерва! – рявкнул муж и дёрнул пояс джинсов вниз.

Я взвизгнула. Постаралась оттолкнуться от стола, но Тим в два раза крупнее меня и черт знает во сколько раз сильнее.

У меня не было шансов.

Я прикусывала губы, чтобы не закричать в голос, который тут же бы наполнился слезами. А внутри поднималась горячая волна, сосредотачиваясь внизу живота.

Рука Тима прошлась по спине, очерчивая каждый позвонок. Сквозь ткань я чувствовала, как горят адским огнем прикосновения мужа-изменника.

Ладонь скользнула ниже.

К заднице, которую не защищали джинсы.

Я прикрыла глаза, внутри просто сходя с ума от собственного крика.

Зачем он так со мной?

Зачем?

Он же самый чуткий, самый нежный.

Наша первая брачная ночь и его тёплые губы, которые рисовали тропинку поцелуев от щиколотки к бёдрам.

А сейчас его ладонь нагло и больно сминала мои ягодицы, оттягивала ткань трусиков, которые впивались в нежную кожу…

Я переступила с ноги на ногу.

– Отпусти… – ниже границы слуха, одними губами, шепнула я…

Мир задрожал. Словно хрустальная ваза, которая вот-вот треснет.

Тим убрал от меня руки. По звуку я поняла, что он ещё и отошёл к окну.

Я тяжело привстала со стола. Запуталась в джинсах, стянула их со щиколоток. Поправила белье и на носочках выбежала из кухни.

В ванной меня вырвало.

Я испытывала отвращение. К себе тоже.

По лицу стекали слёзы. Они мешались с водой, которой я старалась умыться и прополоскать рот.

Рвота выворачивала меня наизнанку. Я кашляла и сплевывала кислую слюну.

В душевую я так и зашла в футболке, белье и носках.

Горячие струи докрасна били по коже. Я сползла по стенке и села на кафель.

Обняла себя. Подтянула колени к груди.

Уйти я не могу. Остаться тоже.

Это невыносимо. Меня будет каждый раз так выворачивать, как только Тим ко мне прикоснется. Я буду дрожать при звуках его голоса и выжигать душу изнутри при воспоминаниях, с кем он проводит ночи.

И у него будет ребёнок.

Я закусила кожу на запястье, чтобы не заорать.

Дверь душевой резко распахнулась.

– Злат, ты с ума сошла?

Тим попытался меня поднять с пола, но я, задыхаясь слезами, била его по груди. Тимофей вытаскивал меня из душевой.

– Зачем ты меня предал? – сквозь слёзы спросила я Тима.

Он отвёл глаза, а потом выдохнул в губы, мешая слова и невесомый поцелуй:

– Затем, что люблю тебя сильнее жизни, а эту суку, которая испортила тебе настроение, я выпорю так, что месяцами сидеть не сможет.

Глава 5

– Что? Что ты сказал? – я нелепо приоткрывала рот и пыталась понять услышанное. Обнаженная грудь Тима ходила под моими пальцами.

– Если ещё раз эта сука напишет тебе или, упаси Боже, позвонит, я ее придушу… – холодно протянул Тим, вынося меня на руках из ванной. Я закричала в голос. Зажала ладонями лицо.

Все правда.

Действительно его любовница, не обычная клубная шлюха, от него беременна. И он только что почти в этом признался.

Я задергалась, стараясь вырваться из рук мужа.

– Тихо, Злата. Не заставляй меня снова делать тебе больно. Не ходи по краю обрыва, – скупо бросил Тим и усадил меня на край кровати. Я дернула футболку наверх, стараясь избавиться от мокрых вещей. Запуталась в ней. Тим приблизился и, задевая оголенную кожу, помог раздеться. При этом он очень многозначительно проходился по голой моей груди взглядом. А потом, не дав мне завернуться в одеяло, присел на корточки, сдавил своими коленями мои ноги, чтобы я не могла вырваться, и притянул к себе за талию. Упёрся лбом мне в грудь, обдавая ее горячим дыханием.

– У тебя беременная любовница, – тихо констатировала я, положив ладони на плечи мужа. Одеяло под моей задницей стало влажным от мокрых трусиков. Я ёрзала. Пыталась оттолкнуть от себя Тима, но он упорно дышал мне в грудь.