Бывает и хуже? Том 4 (СИ) - Молотов Виктор - Страница 7

— Не факт, — задумчиво отозвался я.

Елизавета Михайловна взглянула на меня с подозрением.

— Что вы задумали? — спросила она.

— Ничего такого, просто поддерживаю беседу, — отозвался я.

Ей пока что решил не говорить о предстоящем перевороте. Савчук может начать сильно нервничать, и это всё подпортит. Тем более что она и правда отличный кандидат на пост главного врача. И если у меня получится всё это провернуть, пусть для неё это окажется сюрпризом.

— Ну-ну, — она, похоже, не поверила. — У вас глаза так хитро блестят. Ну да ладно. Вы, случайно, не хотите в театр сходить?

Теперь уже я немного помолчал, поворачивая ток мыслей в другую сторону. Обычно такие резкие смены темы были характерны для меня, а не для собеседников.

— В театр? — переспросил я.

— Ну да, — Савчук немного смутилась. — Я достала два билета на постановку в театре в субботу, седьмого марта. А сходить не с кем. Театр в Саратове, но я за рулём, так что доберёмся быстро. Ну, если вы согласитесь.

Собственно, почему бы и нет. Я ещё ни разу не был в этом мире в театре.

— С радостью бы сходил, — улыбнулся я.

— Отлично! — обрадовалась Елизавета. — Тогда на седьмое марта ничего на вторую половину дня не планируйте. Выедем из города в четыре часа, а спектакль в семь.

— Хорошо, — я кое-что вспомнил. — А почему тогда на встречу с вашей подругой мы ходили пешком? Я вообще не помню, чтобы вы упоминали наличие у вас машины.

Савчук снова смутилась.

— Она в ремонте была, — отозвалась она. — Долгое время. Поэтому я пешком ходила.

Почему-то мне показалось, что она лукавит. Но решил не допытываться, захочет — сама потом правду расскажет.

— Тогда договорились, — я допил кофе и встал. — В субботу идём в театр.

— Ой, я же забыла то, из-за чего вообще звала! — вдруг заявила Елизавета Михайловна. — У вас ещё у трёх пациентов инвалидности надо сделать, не просрочьте их!

Я усмехнулся. Проговорить обо всём на свете — и уже под конец сказать про работу.

— Просмотрю списки, — кивнул я.

Инвалидности я действительно давно не сверял, слишком много было других дел. Так что да, ко всему прочему надо будет заняться. Зато по крайней мере с ЕФАРМом наконец-то все дела были решены.

По пути назад в поликлинику я позвонил Агишевой.

— Александр Александрович спешит взять следующее дежурство? — взяла она трубку. — Каждый раз думаю, что больше вас в терапии не увижу. Хотя после последнего случая вы тут стали у нас героем.

— Рад это слышать, — усмехнулся я. — Но нет, бросать дежурства я точно не намерен. Когда можно выйти снова?

— Со вторника на среду, — пошуршав расписанием, ответила та. — Надеюсь, в этот раз ваше дежурство пройдёт без подобных приключений.

А уж как я-то на это надеялся.

— Договорились, — отозвался я и повесил трубку.

Отлично, со вторника на среду мне подходит. Во вторник как раз вечерний приём, а в среду утренний.

Кроме того, на «СберЗдоровье» у меня тоже появилась первая запись на консультацию. Сегодня в девять вечера. Проводить решил из дома, с телефона. Не очень удобно, но торчать так долго в поликлинике тоже не хотелось. В общем, дел было просто вагон.

Я вернулся к себе в кабинет, поразбирался с бумажными делами, затем поехал на вызовы. Сегодня их было аж девять штук, но справиться всё равно удалось довольно быстро. Я уже разработал себе систему, как оказывать на дому качественную помощь и при этом не тратить много времени.

Мысли только и были о предстоящем разговоре с Кариной Вячеславовной. Поэтому, посидев ещё немного в поликлинике, я поспешил в психушку.

В этот раз пропуск снова ждал меня на проходной, так что проблем со входом не возникло. Добрался до кабинета Карины Вячеславовны, вошёл внутрь.

— Всё гораздо хуже, чем я вообще себе предполагала, — вместо приветствия тут же заявила она.

Интригующее начало. Хотя чего-то подобного я и ожидал, честно говоря.

Сел напротив неё.

— Рассказывайте, — кивнул я.

— Я была уверена, что всё ограничивается и так известными мне схемами, — начала женщина. — Выделение средств на медикаменты и закупки, сдача служебных квартир под аренду — это всё вы и так знаете.

Майнинг-ферма в подвале больницы… Кстати, давно её не навещал. Вполне возможно, что Власов уже прикрыл этот свой источник дохода, ведь я его раскрыл.

— Это всё мне и так известно, — подтвердил я. — Есть что-то ещё?

— Да, — кивнула Карина Вячеславовна. — Всплыло то, что не должно было. Самая большая проблема. Федеральная катастрофа.

Звучит как что-то очень масштабное.

— Рассказывайте, — снова повторил я. Карина Вячеславовна запустила свой ноутбук.

— Три года назад на строительство нового больничного комплекса в Аткарске выделили восемьсот пятьдесят миллионов рублей, — начала она. — Федеральный и областной бюджеты. Огромные деньги.

Такую сумму мне себе и представить сложно, честно говоря.

— По плану к две тысячи двадцать пятому году должно было быть готово новое пятиэтажное здание, — продолжила жена главврача. — Современное, с новым оборудованием. Потому что старые здания больницы и поликлиники построены в тысяча девятьсот шестьдесят восьмом году. Они аварийные. Трещины в стенах, фундамент проседает, крыша течёт.

Это я отмечал, и не раз. Здания больничного комплекса отчаянно требовали ремонта. Что уж говорить, если в больнице проводка ужасно старая. Трещины в потолках.

А оказывается, в принципе должно было быть построено новое здание. Интересно.

— И что с ним? — ответ мне явно не понравится.

— Готово на тридцать процентов, — хмыкнула Карина Вячеславовна. — Это та стройка на улице Чапаева, дом пятьдесят два.

Мы с Костей много раз проезжали её, когда ездили по вызовам. Да я и пешком проходил мимо каждый день, когда ещё жил в прошлом доме.

Всегда было интересно, что же там строят. Вот оно что, новый больничный комплекс. Тридцать процентов больничного комплекса.

— Из восьмисот пятидесяти миллионов на стройку ушло сто, — продолжила Карина. — Остальное разворовали.

Внушительная сумма. Женщина внезапно подошла и взяла меня за руку.

— Поверьте мне, я не знала, — торопливо заговорила она. — Я понятия не имею, куда Сергей девает все эти деньги. У нас уже давно раздельный бюджет. Я подозреваю, что у него есть… женщины, на которых он оформляет это имущество. Я знала о связи с вашей заведующей регистратуры, но может, есть и другие. Честное слово, сама я не трачу никакие деньги. Честно.

— Я вам верю, — успокоил я её. — Верю, не волнуйтесь вы так.

Пришлось даже налить ей стакан воды, чтобы она чуть успокоилась. И продолжила свой рассказ.

— Лучше бы я в это не лезла, — она показала мне документы. — За вечер воскресенья мне удалось разузнать всё это, потому что Сергей напился и не закрыл свой кабинет на ключ, как делал это обычно. Смотрите, я скачала себе копии документов.

Она повернула ко мне свой ноутбук.

— Тендер выиграла компания ООО «СтройГрупп», — пояснила она. — Директор этой компании — Костин Виктор Семёнович. Но это подставное лицо. Реальный владелец офшор на Кипре. А за офшором стоит Шмелёв, наш мэр. Через племянника жены.

Я пролистал документы. Договоры, платёжки, акты.

— А Власов что? — спросил я.

— Восемьдесят миллионов, — тихо ответила Карина. — Откаты за то, что лоббировал тендер. Подписывал акты приёмки несуществующих работ. Закрывал глаза на нарушения. Шмелёв получил сто двадцать миллионов. Он организатор. Его брат владеет одной из строительных фирм. Зять другой. Племянник третьей. Все они получали субподряды. И все они просто пилили бюджет.

Мало что понимал, но главное усвоил: деньги были разделены между всеми ими.

Жена главврача закрыла ноутбук, подошла к окну.

— Но это ещё не всё, — сказала она. — Самое страшное — это сроки.

— Какие сроки? — спросил я.

— Старые здания больницы и поликлиники в аварийном состоянии, — пояснила Карина Вячеславовна. — В январе прошлого года в больнице частично обрушился потолок. Ночью, никто не пострадал. Но Роспотребнадзор провёл экстренную проверку.