Бывает и хуже? Том 4 (СИ) - Молотов Виктор - Страница 2

— Да всё хорошо, — кивнул я. — Сам как? И кстати, как ты ездишь за рулём со сломанной рукой?

Гипс на правой руке Чердака всё так же присутствовал.

— Да я и не езжу, — признался тот. — Просто тачка так здесь и осталась, поэтому тебя решил в ней подождать. Заодно музыку послушать.

Это забавно. Но смеяться не стоит, Чердак — парень обидчивый.

— Вообще на следующей неделе контрольный снимок, может, уже снимут, — добавил он.

Это вряд ли, но разочаровывать его я тоже не стал.

— А как Настя и сестра? — продолжил я дружескую беседу. — Котёнок понравился?

— Сеструха вообще в восторге, и правда как будто чувствовать себя лучше стала, — бодро отозвался Чердак. — А Настёна начала намекать, что вместе нам, мол, жить пора. А я не хочу, брат! Свобода — она ведь так важна, верно? У меня дела в городе постоянные, а баба только отвлекать будет.

— Ну, наверное, — пожал я плечами. — Я не знаю.

Хотя сам тоже не заводил отношения, потому что пока что было не до этого. Но мы с Чердаком всё-таки немного разные люди, конечно.

— В общем, пока аккуратно сваливаю с этой темки, но там не знаю, — добавил Чердак. — За кота для Машки спасибо прям. Расцвела сестра моя.

Я кивнул. Рад был это слышать, ошибка Шарфикова в лечении сестры Чердака могла привести к катастрофе. Хорошо, что всё обошлось.

— Слушай, я по поводу Коляна, — перешёл я к главной теме. — Рыжий такой, из моей поликлиники. Который тебе в карты пятьдесят тысяч проиграл.

— Переговорщика прислал? — хмыкнул Чердак. — Зря, это ему не поможет. Саня, брат, я тебя уважаю, но карточный долг — это святое. Он должен мне сегодня к вечеру отдать деньги, иначе ему плохо будет.

Я вздохнул. Ну вот и угораздило меня в какой-то период жизни сдружиться с Чердаком. А ведь в этом тоже виноват Гриша, с этой своей любовью к Насте из цветочного.

— Чердак, я его знаю, и у него сейчас нет денег, — сказал я. — Можно ему отсрочку дать? На месяц хотя бы, а лучше на два.

— Саня, так дела не делаются, — возразил Чердак. — Что я за авторитет тогда, если меня сопляк будет кидать на бабки? Да меня уважать перестанут.

Железная логика.

— Я не говорю, что он тебя кинет, — возразил я. — Ему некуда деться будет, он же в поликлинике работает, с матушкой. Просто прошу дать ему пару месяцев отсрочки. Он отдаст, я готов за него поручиться.

Ведь если я поручусь — а он не отдаст, я и сам сделаю ему очень плохо.

— Поручишься за этого придурка? — удивился Чердак.

Да меня часто придурки окружают, мне не привыкать. Иногда беседа со скелетом кажется приятнее, чем со многими людьми.

— Да, — твёрдо кивнул я. — Поручусь.

Чердак задумчиво почесал целой рукой голову.

— Хороший ты человек, Саня, — заключил он. — Слушай, давай я дам ему отсрочку, хорошо. Два месяца, даже без счётчика. Но мне взамен твоя помощь нужна.

Кто бы сомневался.

— Снова кому-нибудь морду бить? — хмыкнул я.

— Не, махаться не будем, я пока травмирован, — Чердак ответил серьёзно. — С матушкой помоги мне.

Неожиданная просьба.

— А что с ней? — спросил я.

— Да живёт одна после того, как отец помер, — отозвался Чердак. — И что-то с давлением у неё, я таки понимаю. А ко врачу не идёт. Во-первых, там тоже этот гондон участковый, Шарфиков. А во-вторых, не доверяет врачам, мол, батю не спасли.

— Соболезную насчёт отца, — сказал я. — А что с ним было?

— Рак простаты, — ответил Чердак. — Спасибо, брат. Это давно было, но матушка считает, что врачи могли спасти. И теперь вообще не ходит к ним. А уж к Шарфикову я и сам больше никого не пущу.

Да к Шарфикову и я бы никого не пустил, чего уж там.

— А что ты от меня хочешь? — спросил я. — Раз она ко врачам не ходит?

— Так я вот план придумал, — гордо отозвался Чердак. — Пойдём сейчас к ней на обед. Мол, я друга привёл познакомиться. А ты так ненароком ей скажешь, чё попить от давления. Только не говори, что ты врач. Скажем, что мой новый друган просто.

Я задумался. Вообще обманывать пациентку нехорошо. Но если другого способа нет, то проблему со здоровьем надо решить хоть как-то.

Тем более по-другому мне не получить отсрочку для Коляна. Так что в любом случае надо соглашаться.

— Хорошо, давай попробуем, — кивнул я.

— Отлично, — Чердак хлопнул меня левой рукой по плечу. — Саня, брат, ты не пожалеешь! Матушка так вкусно готовит, что ты на неделю вперёд наешься!

Вряд ли я буду много есть, всё-таки продолжаю следить за здоровьем.

— Пошли, — кивнул я.

Мы вышли из машины, Чердак закрыл её, и мы отправились домой к его маме. Она жила в частном доме недалеко от центра. Небольшой кирпичный одноэтажный домик, очень аккуратный.

— Батя строил ещё, рукастый был, — с гордостью пояснил Чердак. — Проходи, Саня.

Мы вошли внутрь. Очутились в аккуратной прихожей.

— Матушка, мы пришли на обед! — крикнул Чердак. — Накрывай на стол!

К нам выглянула женщина лет шестидесяти, одетая в домашний костюм и мягкие тапочки. Внешне Чердак на неё совершенно не походил: она была невысокая, сухонькая, маленькая. Чердак же был крупным и высоким.

— Здравствуйте, — кивнула она. — Эдик, рада тебя видеть. Как друга зовут?

Эдик? Хоть узнал, как Чердака зовут по-настоящему. Похоже, имени своего он очень стеснялся, потому что бросил на меня быстрый взгляд и покраснел. Я сохранил невозмутимое лицо, мол, Эдик и Эдик.

— Александр, — представился я. — Можно просто Саша.

— Раиса Андреевна, — представилась женщина. — Очень рада, что у Эдика появился такой милый друг. Проходите, мойте руки и на кухню.

Она ушла готовить на стол, а Чердак Эдик проводил меня в ванную.

— И чтоб никому ни слова о моём имени, — строго сказал он мне. — Я Чердак.

— Я могила, — серьёзно кивнул я.

Главное, не заржать. Но я справился.

Мы вымыли руки, прошли на кухню. Раиса Андреевна уже разливала нам борщ по тарелкам.

— Только мне немного, — попросил я. — Я много не ем.

Она кивнула и сделала порцию поменьше. Мы уселись за стол.

— Ну так и где вы с Эдичкой познакомились? — спросила женщина.

— Да так, по случаю, — махнул рукой Чердак. — Матушка, хлеба ещё дай. Без хлеба-то как борщ есть?

Раиса Андреевна нарезала чёрный хлеб, поставила сметану. Прямо целый пир. Чердак трескал за обе щёки, попутно что-то рассказывая про свою жизнь. Не знаю, в курсе ли его мать вообще, чем занимается Чердак, но слушала она с интересом.

Когда она встала налить нам чай, я заметил, что она на секунду поморщилась.

— Снова голова, мам? — обеспокоенно спросил Чердак, незаметно кивнув мне.

— Давление снова сто шестьдесят было с утра, — кивнула Раиса Андреевна. — Никак оно не успокоится.

— У меня у матери такая же проблема, — невзначай сказал я. — Ей таблетки соседка посоветовала, и матушка говорит — всё как рукой сняло. Давление теперь как у молодой.

Раиса Андреевна посмотрела на меня с интересом. Не очень правильно делать то, что я сейчас делал, но куда деваться. Буду ссылаться на несуществующую соседку.

— А что за таблетки? — спросила она.

— Ко-Перинева, — я решил посоветовать хороший препарат. — Соседка по телевизору услышала про него. Комбинированный какой-то, и давление снижает хорошо. Там дозировка 8 миллиграмм, что ли…

Сделал вид, что задумался, хотя дозировку я помнил хорошо. Раиса Андреевна слушала очень внимательно.

— Да, восемь, — через пару мгновений кивнул я. — Очень хороший препарат, мама теперь совсем с давлением не мучается.

— Дай-ка запишу, — мама Чердака взяла блокнот и ручку. — Ко-Перинева, да?

Я кивнул.

— Спасибо, надо попробовать, — кивнула женщина.

Чердак подмигнул мне с благодарностью. Мы принялись пить чай, снова разговаривая ни о чём. Потом Чердак ненадолго оставил нас, отошёл в туалет.

— Вы же врач, да? — вдруг обратилась ко мне Раиса Андреевна.

Я с удивлением посмотрел на неё. Как она узнала?

— Я газету видела, — улыбнулась женщина. — Читала, как вы мужчине ногу спасли.